Похитители Историй
Шрифт:
«И что теперь?»
«Теперь мы будем осторожны. Мы оба разыскиваемые преступники. Не попадись».
Оуэн кивнул, и они двинулись по кругу, стараясь держаться подальше от других людей. К сожалению, это было непросто, поскольку повсюду были другие цифровые аватары.
«Это всё, что они теперь делают», — написала Чарм в записке, когда они проталкивались сквозь толпу. — «Это так печально. Люди просто целыми днями сидят за компьютером, а роботы всё делают за них в реальном мире».
Оуэн кивнул, его мысли унеслись в реальный мир. Почему Бетани так долго не могла вернуть Киля и Магистра? Всё, что ей нужно было сделать, это прикоснуться к ним и вернуться в книгу, верно? Неужели у неё действительно неприятности? Мальчик закатил глаза. Бетани попала в беду? Она бы никогда не сделала ничего настолько весёлого.
Оуэн оглянулся на Чарм. Её волосы были собраны сзади в конский хвост, её красный глаз робота наблюдал за всем сразу. Конечно, она была вымышленным персонажем, но было в ней что-то такое… прямолинейное. Честное. Было отчасти приятно, когда кто-то просто говорил всё, что думал.
Кроме того, она была очаровательна, особенно со своими лучевыми пистолетами.
«Перестань глазеть на меня», — говорилось в её записке. — «Ты заставляешь меня нервничать».
Его взгляд метнулся вперёд, и Оуэн покраснел. Справедливо.
Девочка указала на рекламу нового устройства связи, которое было не больше чипа, который она вставила ему в голову.
«Они изобрели это столетия назад. Теперь оно просто становится всё меньше и меньше. Ничего нового. По крайней мере, маги используют своё воображение и придумывают что-то новое».
«Но магия длится недолго», — написал он в ответ. — «По крайней мере, эта штука существует дольше, чем заклинание».
Чарм пожала плечами.
«Квантериум сдался. Во многих отношениях, не только позволив доктору Верити взять верх».
Оуэн следовал за ней сквозь толпы людей, время от времени останавливаясь, чтобы толпа высказала своё мнение о том или ином предмете или просто показала большой палец вверх или вниз здесь или там. Единственное пустое пространство вокруг них заполняли прозрачные трубки, в некоторых из которых люди выкрикивали случайные фразы, а затем их уносило прочь. Что они делали?
Чарм указала на несколько ближайших трубок.
«Туда. Они приведут нас к Исходному компьютеру.»
«Что они такое?»
«Увидишь.»
Толпа вокруг труб была такой же плотной, если не хуже, чем везде, так что потребовалось немало времени, чтобы пробиться. По пути Чарм дала ему ещё несколько записок, втолковывая, чтобы он ни с кем не разговаривал, никому ничего не говорил и вообще ни с кем не заговаривал. Оуэн заметил, что всё это означает одно и то же, но она только сердито посмотрела на него.
— Выучи шестнадцать языков всего за три секунды! — крикнул робот Оуэну достаточно громко, чтобы его было слышно в толпе. — Да, ты, в чёрном плаще! Построй свою собственную голопалубу! Купи одну машину времени, получи на вторую скидку в полцены, только сегодня! Купи своей девушке транспортёр материи!
Оуэн тут же покраснел и замер на месте.
— Она не моя девушка, — произнёс он вслух.
Чарм ахнула, и каким-то образом Оуэн это услышал. На самом деле, как только он заговорил, весь Интернет — Налворк — замолчал. Все разговоры, вся болтовня, всё просто полностью прекратилось. Видео остановилось, огни перестали мигать, и люди со всех сторон повернулись, чтобы посмотреть прямо на Оуэна.
Чарм с силой хлопнула себя ладонью по лбу.
Глаза робота сменили цвет с дружелюбно-голубого на ярко-красный.
— ГОЛОС РАСПОЗНАН, — произнёс он гораздо более монотонным, менее похожим на голос продавца голосом, как будто им завладела какая-то внешняя сила. — МАГИСТЕРИАНСКИЙ ПРЕСТУПНИК КИЛЬ ГНОМЕНФУТ ОПОЗНАН.
— Бегите! — крикнул кто-то в чате. — Он собирается убить нас!
— Магистерианские преступники так разыгрались, — сказал кто-то ещё. — Сейчас всё дело в вампирах-магистерианцах из альтернативной реальности. Вот где весь кайф.
Третий человек просто стоял с какой-то камерой, снимая всё происходящее.
— Большой палец вверх, если вы ненавидите магию! — сказал он в объектив.
— ЧТО Я ТЕБЕ ГОВОРИЛА? — крикнула Чарм. — Вот что происходит, когда откликаешься на рекламу Налворка!
— ГОЛОС РАСПОЗНАН, — сказал тот же робот. — КВАНТЕРИАНСКИЙ ВОЕННЫЙ ПРЕСТУПНИК ЧАРМ МЕНТУМ ИДЕНТИФИЦИРОВАНА.
— Никаких разговоров, — прошептал Оуэн в ответ, не в силах удержаться от ухмылки.
Она шлёпнула его, её цифровая рука, по-видимому, всё ещё была достаточно твёрдой, чтобы ударить его.
— Нам нужно убираться отсюда! — прошипела она. — СЕЙЧАС ЖЕ!
— Что такого плохого? — спросил он, когда толпа вокруг них поредела. Все, кроме одного парня, который не выключал камеру, разбегались. — Что они могут сделать?
Трубы вокруг них начали захлопываться, как запирающиеся тюремные камеры. Один за другим Налворк перекрывал им пути к отступлению.
— Это, — сказала Чарм. — А теперь прыгай, или мы застрянем здесь, пока не появится охрана!
— Охрана? — сказал Оуэн. — Как защита от вирусов?
— Тебе лучше надеяться, чтобы нам не понадобилась защита от вирусов, — проговорила Чарм, хватая его за руку и подтаскивая к единственной всё ещё открытой трубе. Та начала закрываться, но девочка просунула внутрь свою роботизированную руку и удержала трубку открытой. — ВПЕРЁД!
Мужчина с камерой застонал.
— Подождите! Охрана ещё даже не прибыла! Я хотел заснять это на плёнку!
Чарм вытащила цифровой лучевой пистолет и выстрелила в камеру. Она взорвалась прямо в руках мужчины, нисколько не повредив его цифровой форме. Он свирепо посмотрел на неё, затем показал ей опущенный большой палец. Как ни странно, на её футболке появился крошечный отпечаток большого пальца с цифрой один, прямо над сердцем.