Чтение онлайн

— Ой?

— Ничего.

— Что значит «ничего»? Не делай так.

— Просто подумала, что какие-нибудь энергетические решётки, падающие над входом в пещеру, могли бы произвести эффект, который погасил бы мой свет. Вот и всё.

— Энергетические решётки.

— Да. Энергетические решётки.

— Как решётки. Сделанные из энергии. Скажем, для тюрьмы. Чтобы держать кого-то или что-то в ловушке внутри.

— Или снаружи, — пожала плечами Чарм, продолжая прокладывать себе путь через пещеру.

Оуэн схватил её за руку, его сердце бешено колотилось.

— Так ты говоришь, что это ловушка?

— Возможно, — проговорила девочка. — Это было бы не в первый раз. Кого это волнует? Если это так, мы будем пробиваться наружу с боем. Вот как это работает.

Оуэн проглотил несколько отборных слов для неё, затем заставил себя продолжить идти, в его голове всплывали видения роботов-вирусов в Оригинальном компьютере.

Заклинание света освещало не больше, чем на несколько футов перед ними, и ещё меньше — позади них. Оглянувшись, Оуэн не смог разглядеть вход, несмотря на то, что снаружи был яркий дневной свет. По какой-то причине у него пересохло во рту, больше всего на свете ему хотелось убежать тем же путем, которым они пришли, и никогда не возвращаться.

Хотелось надеяться, что книга была почти закончена, потому что это оказалось не так весело, как он изначально думал. Было гораздо меньше потрясающей магии и науки, и слишком много смертельных опасностей. Всегда ли книги были такими опасными?

И между прочим, куда подевался Никто? Разве он не должен был вернуть Киля и Магистра обратно? А если серьёзно, что случилось с Бетани? Собиралась ли она когда-нибудь вернуться за ним? Или она решила наказать его, оставив в книге умирать какой-нибудь ужасной смертью в пещере? Читала ли она прямо сейчас седьмую книгу, смеясь над ним?

Или, что ещё хуже, она попала в беду и не могла помочь ему, даже если бы он в этом нуждался, точно так же, как он не мог помочь ей?

Никто говорил, что Оуэн может застрять в книге до конца. Отлично. Он просто проживёт остальную часть истории так быстро, как только сможет, а потом найдёт Никто или Бетани, ждущую его. И если Бетани была в беде, то тем больше причин покончить с этим здесь, чтобы он мог вернуться и разобраться с этим.

Ни одна из этих мыслей не заставляла его чувствовать себя лучше, поэтому Оуэн крепче прижал к груди свою рассерженную книгу заклинаний и попытался выбросить эти мысли из головы.

Казалось, прошли годы, прежде чем они действительно что-то нашли, хотя, вероятно, прошло всего несколько месяцев. Или минут. Одно из двух. Но постепенно они начали замечать странные разломы в пещере. Кое-где вместо камня был лишь намёк на что-то металлическое, как будто камень был каким-то поддельным покрытием. Оуэн постучал по камню, и он показался реальным, но почему за ним был металл? К тому же металл, в Магистерии? Они всегда использовали дерево или камень в своих зданиях. Металл был слишком научным.

— Смотри, — сказала Чарм, указывая прямо перед собой в темноту. — Прямо там, за этой стеной, что-то есть. — Оуэн последовал за ней к тому месту и осторожно, медленно протянул руку, чтобы коснуться чего-то похожего на стекло.

— Это… экран? — спросил он.

— Компьютерный монитор, — сказала ему девочка. — Похоже, электричества не было уже много лет. И я начинаю думать, что это не дом Первого волшебника. Похоже, это что-то вроде Научной Тюрьмы.

— Для кого? — спросил Оуэн. — Для него или для нас?

— Давай не будем портить этот сюрприз, — произнесла Чарм, приводя в действие свои лучевые пистолеты.

Ох. Почему эта часть миссии не могла быть лёгкой и потенциально не смертельной?! Разве читатели не хотели бы, чтобы получилась хорошая глава о том, что ничего плохого не происходит?

Чем дальше они продвигались, тем сильнее крошились стены, пока, наконец, пещерный камень совсем не исчез, а заклинание света Оуэна показало стальные полы, стены и потолок. Огромные, старые компьютеры выстроились рядами, сложенные друг на друга, как будто им не было лучшего применения. Повсюду валялись разбитые стеклянные бутылки и пробирки, вокруг некоторых из них виднелись следы копоти, как будто кто-то разгромил лабораторию.

Но хуже всего были тела.

— НЕТ, Я УХОЖУ! — закричал Оуэн, когда увидел первое из них.

— Успокойся! — проговорила Чарм. — Это всего лишь солдат Науки! — Она пнула робота, лежащего на земле с оторванной головой. — Видишь? Роботы! О чём тут беспокоиться?

— Их около пятидесяти, — произнёс мальчик. — Что вывело их из строя, Чарм? И что эта штука сделает с нами?

— Враг моего врага — не мой враг, — сказала она ему, высоко подняв лучевые пистолеты, затем перешагнула через тела роботов, чтобы двигаться дальше.

— Эта фраза звучит не так, — прошептал Оуэн ей вслед, а затем поспешил догнать.

Тела роботов появлялись всё чаще, пока почти не перекрыли туннель впереди. Чарм начала оттаскивать роботов друг от друга, пытаясь расчистить путь, затем вопросительно посмотрела на Оуэна. Мальчик вздохнул, затем помог ей убрать останки солдат Науки с дороги, ровно настолько, чтобы они могли пролезть.

— Мы умрём здесь, не так ли? — удручённо спросил он, когда они уносили последнее тело.

— Что бы здесь ни случилось, это произошло много лет назад, — сказала она ему. — Посмотри на слой пыли. Не может быть, чтобы то, что это сделало, всё ещё было здесь.

Оуэн громко застонал.

— Что я тебе говорил насчёт того, чтобы сглазить нас?

— Раньше ты никогда так не нервничал, — удивилась Чарм. — Перестань беспокоиться. Логика есть логика, независимо от того, звучит она позитивно или нет. Просто нет никаких шансов, что что-то могло уничтожить все эти вещи, а затем оставить их так надолго. Это не имело бы смысла.

Что-то лязгнуло позади них, и они оба замерли.

— Видишь, что ты наделала? — прошептал ей Оуэн.

— Это просто роботы оседают, — сказала ему Чарм. — Перестань быть параноиком.