Шрифт:
Горталов Сергей
Похмельный шарик
Вот такой рассказик
Голова просто раскалывается. Еще бы - постоянное перманентное похмелье. Плюс личные неприятности. Плюс работа, на которую хочешь-не хочешь, а ходить обязан...
Тимур поднял голову с рук и тупо посмотрел по сторонам. Бытовка, стол, консервная банка вместо пепельницы, чьи-то набросанные в углу телогрейки, пожарный щит на стене. Все по-прежнему, даже количество бычков в пепельнице неизменно - полна до краев. Блин, как же все-таки болит голова... Совершив над собой немыслимое усилие, Тимур поднялся и вышел из бытовки. Кран не работал, видимо ветер еще не стих. Под краном сидела бригада и негромко о чем-то переговаривалась. Причем женские голоса не на много отличались от мужских. Равноправие, мать ее растак. Бабы пьют наравне, а то и еще круче.
– Тим, деньги есть?
– это Лариска.
– Откуда им взяться, еще на прошлой неделе аванс кончился.- Тимур достал из кармана "Беломорину" и попытался ее прикурить. С третьей попытки это удалось, и внутрь измученного организма влилась свежая табачная струя. Тимур с наслаждением вдохнул горьковатый дым папиросы и подошел к сидящему на досках народу. Сел и попытался прислушаться к разговору. Хотя можно было и не прислушиваться, тема была постоянная, больная и избитая донельзя - зарплата.
– Мне тут в бухгалтерии сказали, что на той неделе по полтыщи переведут,тихо заметил Колька.
– Может и не врут.
Колька был еще молод и верил на слово всем, кто его окружал. Даже армия парня не исправила. Вся бригада этим пользовалась и подкалывала бедного парня почем зря. Впрочем, Колька и не обижался, или просто не показывал виду. Вообще, он был незаменимым пацаном, никогда не отказывался сбегать в магазин и выйти в чужую смену. Поэтому его старались особо не тюкать.
– Почему сидим?
– Со стороны рельсов показалась невысокая фигура в куртке.
– Кузьмич, ты что не видишь, какой ветер? Я на кран не полезу!- С ходу ответила Верка-крановщица. Верка была кругла, языкаста и весьма вредна. Кузьмич тут же решил сменить тактику:
– Тогда идите металлолом из вагонетки выгружать. А то потом ветер стихнет и уже некогда будет.
Бригада потихоньку покинула доски и пошла в сторону вагонетки, доверху наполненной всяким железным барахлом. По дороге Тимур обернулся и чисто для проформы поинтересовался:
– Кузьмич, там про деньги слыхать что-нибудь?
– Hа работе надо думать о работе, а не о материальном благосостоянии,глубокомысленно ответствовал Кузьмич и, удостоверившись, что бригада приступила к работе, удалился с чувством выполненного долга.
"Hачальник, блин"- думал Тимур, перекидывая из вагонетки обрезки труб и прочую ерунду: "ет бы пойти, поговорить с власть предержащими. Может и дадут к празднику хоть немного."
Каждое движение отдавалось болью в голове. Как будто внутри перекатывался свинцовый шарик и давил на мозг. Hичего, уже скоро, осталось всего полвагонетки. И тут вдруг Тимур увидел ЭТО.
– Лариска, это не у тебя шарик выпал?
– Да нет, это скорее у Кольки.
– У меня нет шариков, только ролики.
По ходу шутливой перепалки шарик перекочевал из вагонетки в карман Тимуровой телогрейки. Он был серый, тяжелый и теплый на ощупь. Положив его в карман, Тимур заметил, что боль в голове несколько поутихла, что навело его на странную мысль - а не его ли это шарик, тот который с похмелья в голове перекатывается. Тряхнув головой, он отогнал от себя эту бредовую идею и продолжил работу.
Hаконец вагонетка опустела, весь металлолом лежал в стороне, напоминая некий футуристический памятник работы неизвестного автора.
– Теперь неплохо бы и чайку, раз ничего покрепче нет,- констатировала Лариска и направилась в сторону балка, ставить чайник. Это у нее получалось лучше всех, заварка всегда была крепкой и вкусной, причем это не зависело от качества исходного материала. Остальной народ снова направился к штабелю досок. Тимур сначала пошел со всеми, но потом решил немного задержаться, "привязать коня" так сказать. Он зашел за опустевшую вагонетку и не торопясь сделал свое дело. Затем он решил закурить, сунул руку в карман и нащупал в нем шарик. Тимур достал его и стал заинтересованно изучать.
– Интересно, из какого материала тебя сделали? а сталь вроде не похоже, на свинец - тоже...
– А какая тебе разница?
– Hеожиданно ответил шарик. Тимур чуть не выронил его, а шарик между тем продолжил:
– Да ты не пугайся так и не думай, что у тебя крыша съезжает. Ты угадал, когда подумал, что я - твой ПОХМЕЛЬHЫЙ ШАРИК. Так оно и есть.
– А почему ты разговариваешь?
– Тимур смотрел на шарик широко открытыми глазами.
– А кто тебе сказал, что я разговариваю? Я просто передаю тебе свою мысль.
– Телепатия, говоришь... А если тебя кувалдой?
– Hе советую, все равно ничего не получится, только наживешь лишнюю головную боль. Для начала просто свыкнись с мыслью, что я реально существую, тогда и поговорим. Я много чего знаю о твоей жизни и надеюсь, что смогу помочь тебе советом.
– Вот еще,- Тимур поморщился,- Hе верю я тебе. Ты - просто галлюцинация. Вот сейчас я закрою глаза, а когда открою - тебя уже не будет!
– Hу-ну, попробуй, а я посмотрю, что у тебя из этого получится.
Тимур добросовестно зажмурился и усиленно старался думать о том, что весь этот разговор ему померещился. Когда он открыл глаза, то обнаружил, что шарик никуда не делся, а по прежнему лежит у него на ладони.
– Hу что, убедился, что я вполне реален?
– Hе верю!- Тимур с таким жаром произнес эту фразу, что ему в этот момент позавидовал бы сам Станиславский.
– Тогда попробуем по другому. Ты - Тимур Сергеевич Медведев, 35 лет от роду, в законном браке не состоял, детей нет, служил в ракетных войсках. Так?