Чтение онлайн

–  Попробуй договорись в Твери с контрразведкой. Возможно, они помогут тебе укрыться. Ты же не из «наркоманов», - вступил в разговор Степан Битюгов.

–  Хм… Большой человек… Ты думаешь, что люди из Твери смогут укрыть меня от мести Ашмаи?
–  чуть ли не засмеялся вампир.

–  Ты вампир, и ты абориген, - ответил Степан.
–  Для тебя нет ничего страшнее лича. А я бы поставил в этой ситуации на контрразведку.

Утром субботнего дня меня разбудил тяжелый стук в дверь дома. Я выглянул в окошко сбоку и, к своему удивлению, увидел на крыльце Степана Битюгова. Странно, меня становой пристав пока еще не навещал на дому ни разу.

Открыл дверь, пригласил внутрь. Он вошел, втянув голову в плечи. Степан во все двери и незнакомые помещения так входит: привык головой обо все притолоки да балки биться. Ну что поделаешь, коли таких невозможных размеров человек.

–  Спишь, лентяй?
–  прогудел он, протягивая руку, широкую как лопата.

–  Суббота, законный выходной. Чаю хотите?

–  Нет, некогда мне. Я мимо проезжал, поэтому сам тебе новость завез: контрразведка умруна требует к себе. А я вспомнил, что ты собираешься сам в дорогу, и тоже в Тверь.

–  Решили меня припахать?

–  Припахать?
–  удивился Степан.
–  Ну наверное. А заодно дать тебе возможность попасть в контрразведку совершенно легально, чтобы тебе от ворот поворот не указали. У тебя же вопросы к ним есть, так? А так будешь официальным сопровождающим. А с тобой отправлю еще «воронок» и двух бойцов своих.

–  Ох… спасибо в таком случае. Это и вправду подарок.

Контрразведка тем и отличается, что имеет полное право, а что самое худшее - еще и привычку плевать на все сыскные поручения, равно как и другие документы. А вот если я доставлю пленного, то поговорить со мной придется.

–  Во, теперь спасибо сказал. Так бы и сразу. В пять часов приходи в околоток, познакомлю тебя с конвоем. И пригляди за ними, у меня с вампирами раньше никто дела не имел, так что… сам понимаешь.

–  Понял, буду!

Битюгов вышел, топая сапогами пятидесятого размера. У крыльца его ждал «виллис» с неизменным его водителем и помощником - Серегой Зайцевым, с которым я хорошо знаком был. Я вернулся в дом, поставил чайник на плиту.

Маша спала в моей спальне тихо, как мышка. А я пока в горницу переселился. С утра в доме было зябко, пол холодил босые ноги. Я сунул их в войлочные тапки, какие привозили из степных государств с юго-востока и которые пользовались в наших краях большой популярностью. Накинул рубашку на плечи.

Так. Если завтра в поход, то сегодня надо собраться до самой последней детали. А в нашем случае - взять почти весь мой наличный арсенал, благо машина увезти его позволяет, а вот кто нам в дороге встретится - это уже неизвестно. Даже лич вон прорезался.

А лич - это не вампир, даже древний, лич - это обер-вампир. Если вампир обычный пьет кровь, то лич пьет силу и жизнь. Если вампир владеет магией простейшей, лишь той, что «по праву крови» дается ему, умеет глаза отвести, немного зачаровать, то лич всегда получается из колдуна. Причем обычно из великого колдуна - могучего, умышленно ставшего нежитью. И силы его удесятеряются, наверное, когда он переходит в это состояние, превращаясь в нежить. Личу становятся открыты те планы бытия, которые недоступны даже самому сильному некроманту. Он черпает мощь из многих колодцев, и всюду она ему равно доступна.

Тех личей, что упомянуты в моих книгах, можно посчитать на пальцах. Каждому посвящена если не книга, то добрый десяток глав. Я подсчитал - восемь. Этот самый Ашмаи получается девятым. И это за весь период письменной истории Великоречья. И каждому из них книги приписывают деяния столь жуткие и при этом столь великие, что волосы шевелятся, когда представляю, что мы одного такого поискать намерены. Хотя кое-какие идеи есть, не стану пока их излагать, чтобы не утомлять. Но в принципе эта затея меня пугает. Я вообще-то не за ним собрался, а за Пантелеем. Хотя… посмотрим, что со всего этого нам обломится.

А еще у меня появилась помощница. Хорошая такая молодая колдунья, которая через недельку оклемается и вновь начнет управлять Силой. Или через пару недель. А у меня пока помощников не было - вечно один работал. Пора обзаводиться. Хотя бы на одну работу покуда. Васька-то за пределы городских стен если только в Тверь ездит, и то в каюте первого класса на «Ласточке», что купцу первой гильдии Германскому принадлежит. Куда в поля-болота - он ни в жисть не соберется: комфорт любит. А кто его не любит? Не всем просто удается в нем жить. Ваське вот удается. Завидую.

Затем мне, по цепочке ассоциаций, вспомнилась Лари, полудемонесса, что с Васькой живет. Вспомнилась, и я сомлел. Магия магией, но все же… Эх…

Кто-то опять постучался в дверь. Я с чашкой чаю в руках подошел к окошку, выглянул. Оба-на! А это как это? Так не бывает. На крыльце стояла та самая Лари, о которой я как раз и размышлял. Непонятно. Не на ауру же моих грешных мыслей она явилась? Придется открывать.

Я открыл дверь. Она отстранила меня с дороги плавным движением руки, блеснув ярким лаком на длинных белых пальцах, подхватила с пола небольшой рюкзачок из кожи тритона и вошла в дом, топая невысокими каблучками высоких сапог по половицам. Поставила рюкзачок на пол возле вешалки, подошла к зеркалу, посмотрелась в него. Убедилась, что совершенство не нарушено, поправила рукой рыжую прядь, выбившуюся из-под намотанного на голову подобия небольшого черного тюрбана. Но под тюрбан ее не убрала - наверное, эта легкая небрежность была задумана изначально.

Одета она была, с одной стороны, скромно, но с такой тщательно выверенной скромностью, что появляются мысли о глубокой внутренней порочности. На ногах у нее были сапоги до колен, напоминающие кавалерийские. Голенища из дорогой кожи обтягивали икры, демонстрировали щиколотки и колени. На ней были кавалерийские же лосины из незнакомой мне ткани, идеально обтягивающие бедра той самой формы, которая все время вызывает в памяти слово «совершенство». Не хуже обтягивали они и идеальный полусферический зад, который, впрочем, был скромно почти прикрыт свободной курткой из кожи все того же тритона, из которого сработан ее рюкзак.