Чтение онлайн

— Они — лучшие, — с гордостью произнес Толл Уорсон.

— Да, это мы, — шутливо, но с серьезным подтекстом согласился Юджин.

— Чемпионы Уимблдона по телепортации, чемпионы всей Вселенной.

Уимблдон считался абсолютно нормальной планетой с солнцем К-типа и умеренно влажной атмосферой. Внешняя радиация у поверхности планеты была ниже, чем на Земле, и намного ниже нормы для тех планет, которые люди освоили в эпоху переселения.

По неизвестной причине значительная часть детей, рожденных в Уимблдонской колонии, обладала способностью телепортироваться. Этот дар не исключал средств передвижения, поскольку хороший прыжок равнялся тридцати сантиметрам, а выдающийся — пятнадцати метрам. Однако телепортация находила применение и в войне, и в повседневной жизни.

— Они тоже в команде, — сказал Уорсон. — Способны на все. Если один из них будет стрелять, советую тебе подойти к мишени.

— С нами ты познаешь чувство ложной безопасности, — усмехнулся Луис, трогая пальцем защитный комбинезон Неда, на котором тот оставил свои нашивки. — «Вышибалы Хаммера», да?

— Лейтенант в отставке Фризийских сил обороны, — сказал Нед. — «Вышибалы» были официально распущены после того, как полковник Хаммер вернулся домой и стал президентом. Они… Есть еще общественная организация с таким же названием.

— Твое имя? — осведомился Юджин.

— Прости. — Нед в замешательстве протянул руку. Он не собирался вклиниваться в разговор ветеранов. — Эдвард Слейд. Нед.

— Слейд? — Луис пожал протянутую руку. — Тебе не доводилось бывать на Крейтере?

— Это был мой дядя Дон.

— Слейд перешел через Кингстон-Джордж, — пояснил Юджин Толлу, — чтобы вызвать огневые подразделения на позиции Корвинов. Они хотели послать нашего кузена, но там было двенадцать кликов.

— Даже в горах Крейтера воздух спертый, — сказал Луис. — А в долинах нельзя жить без скафандра. На датчики это действует, как дерьмо на завтрак.

— Дядя Дон говорил, что у него на Крейтере вспотели даже кости, — согласился Нед, — а атмосфера была такой влажной, что воду можно было глотать при каждом вдохе.

Дон Слейд часто рассказывал о природных условиях, географии, формах жизни, но никогда не говорил о том, что они делали на фоне этих экзотических пейзажей. По крайней мере если и рассказывал, то не племяннику.

— Нам пора, малыш, — заторопился Уорсон. — Через час я должен быть в городе, если кто-нибудь одолжит мне немного денег.

— Рад оказаться с тобой на борту, Слейд, — сказал на прощание Юджин, и братья исчезли в гимнастическом зале.

— Я еще не на борту, — ответил Нед.

— Беспокоишься, что не понравился Лордлингу? — усмехнулся Уорсон. — Выкинь из головы. Тадзики стоит двух таких, как он.

— Все зависит от решения капитана, — произнес Нед, стараясь не поддаваться надежде.

Из трещин бетонной дороги, ведущей к зданию экспедиции, выбивалась густая растительность с темно-зелеными листьями, более пышная, чем заросли на заброшенных площадках по обе стороны от дороги.

— Сказать по правде, — признался Уорсон, — я иногда думаю, что Тадзики стоит любых двух парней. Он не похож на других, дело свое знает и понимает, что к чему.

Нед взглянул на спутника. По виду его трудно принять за головореза, и, наверное, многие поплатились за свою ошибку жизнью.

Когда они вошли, Тадзики сидел за столом и разговаривал с каким-то человеком, склонившимся над бумагами.

— Вы можете прождать капитана больше часа, мистер Джонс.

— Гром и молния! — воскликнул Толл Уорсон. — Какого дьявола ты здесь делаешь?

— Подписываю контракт, — повернулся к нему незнакомец. — А ты, оказывается, выискал тут себе тепленькое местечко. — Он криво улыбнулся Тадзики. — Вряд ли я и дальше смогу быть Джонсом, а? — Несмотря на безразличный тон, в его голосе слышалась озабоченность.

— Вы можете быть кем угодно, мистер Уорсон, — ответил адъютант — Но властям Тел арии вы не нужны.

Нед отступил в угол, а Толл Уорсон повернулся к нему и сказал:

— Это мой брат Дик, малыш. Когда мы виделись в последний раз? Да, стареем, Дик.

— Эдвард Слейд, сэр, — представился Нед, стараясь ничего не упустить.

— Не говори мне «сэр», Слейд, — проворчал Дик Уорсон. Он был чуть ниже Толла и, возможно, на год или два моложе.

Он вопросительно взглянул на брата.

— Его дядя, — ответил тот. — Помнишь Сангре-Кристи?

— Помню, что был рад выбраться оттуда с целой задницей, — ответил Дик. — И до сих пор считаю, что легко отделался.

— Тадзики, я уведу Дика? Нам надо выпить и поговорить, — сказал Толл.

— С его заявлением никаких проблем. Он в списке приглашенных, хотя вряд ли посыльный застал его дома.

— Работал по узкому профилю, — прогудел Дик. — Были небольшие осложнения после Стэнвея.

— Если вы напьетесь и разнесете центр Лэндфолл-сити, — продолжал адъютант, — постарайтесь задержаться в тюрьме не дольше трех дней. Через три дня мы произведем пробный старт. — Он кивнул в сторону открытой двери, из которой был виден «Стриж». Рабочие приступали к разборке лесов. — Если все окажется в порядке, вылетаем на Панках через двенадцать часов.

Братья плечом к плечу двинулись к выходу, и Нед уже подумал, что они снесут дверной косяк, но в последний момент они разделились, как пара танцоров, и Толл вышел первым.

Обернувшись, Дик отдал честь Тадзики. Это могло показаться насмешкой. Они были солдатами, воинами, с укоренившейся неприязнью к чиновникам, им трудно давалась почтительность, даже когда это бывало необходимо.

— Я, э… — начал Нед. — Мне подождать капитана, сэр?

— Тадзики все сделает, Нед. — Адъютант развалился в кресле. — Если не хочешь, тебе нет нужды ждать.

— Думаю, она не примет решения, пока Толл не доложит официально, что я прошел испытания. — Даже оставшись с Тадзики наедине, Нед не мог расслабиться.