Чтение онлайн

– Вы опасаетесь, что его заключили в тюрьму или, возможно, он попал в рабство.

– Видимо, так. Он охотился один, люди его племени часто так делают. Мы все иногда нуждаемся в одиночестве, - кивнула Весс.
– Мы не беспокоились о нем, пока не наступил праздник, а он не пришел домой. Тогда мы бросились на поиски. Мы нашли его лагерь и старые следы. Мы думали, что его похитили, чтобы потребовать выкуп, но требований выкупа ниоткуда не было. Следы вели прочь.

– Мы пошли по следам, до нас доходили слухи о нем, - сказала Аэри. Но дорога разветвилась, и нам пришлось выбирать, какой дорогой идти.

Она встрепенулась ненадолго и отвернулась в отчаянии.

– Я не смогла найти след...
– сказала Аэри, которая каждый день летала на большие расстояния в поисках следов Сатаны и каждый вечер возвращалась в лагерь, который разбивали друзья на дороге, измученная и переутомленная.

– По-видимому, мы выбрали не ту дорогу, - сказала Квотс.

– Дети, - сказала Лизанде, - дети, frejojan.

– Frejojan, - сказал Чан автоматически и развел руками, как бы оправдываясь.

– Ваш друг - один из многих рабов. Вы не сможете отыскать его по бумагам, пока не узнаете, под чье имя они подделаны. Узнать его по описанию было бы большой удачей, даже если бы у вас была уменьшенная копия. Братья, сестры, вы сами можете не узнать его теперь.

– Я бы узнала его, - сказала Аэри, - мы все узнали бы его даже в толпе близнецов. Любой, кто видел его хоть раз, узнал бы его. Но никто не видел его, а если и увидит, не скажет нам. Видите ли, он крылатый.

– Крылатый?!
– Лизанде была поражена.

Аэри продолжала:

– Я полагаю, крылатые люди - редкость на юге.

– Крылатых людей не существует на юге. Крылатые? Вы действительно имеете в виду...

Аэри начала откидывать назад свою накидку, но Квотс обняла ее за плечи снова. Весс быстренько вмешалась в разговор:

– Кости более длинные, - сказала она, дотрагиваясь растопыренными пальцами левой руки до ладони правой.
– И сильные. Между ними разворачиваются перепонки с перьями.

– И люди летают?

– Конечно, зачем же им еще крылья?

Весс взглянула на Чана, он кивнул и полез в карман.

– У нас нет уменьшенной копии, но у нас есть картинка. Это не Сатана, но он очень похож.

Чан достал деревянную коробочку, которую он носил с собой всю дорогу от самого Каймаса. Он достал оттуда лист тонкой хорошо обработанной лайки. Одна сторона была исписана, на другой было изображение с подписью внизу.

– Это из библиотеки в Каймасе, - сказал Чан, - никто не знает, откуда она там. Я думаю, она очень старая, видимо, из книги, но это все, что осталось.

Он показал Лизанде исписанную сторону.

– Вы можете это прочитать?

Лизанде покачала головой:

– Этот язык мне незнаком.

Разочарованный Чан перевернул манускрипт той стороной, на которой было изображение, и протянул Лизанде. Весс тоже потянулась к нему, разглядывая детали и при неясном свете свечей. Изображение было прекрасно, даже прекраснее, чем сам Сатана. Удивительно, насколько Сатана был похож на это изображение, хотя оно находилось в библиотеке задолго до его рождения. Стройный, сильный, крылатый человек имел золотисто-красные волосы и крылья, пылающе окрашенные.

Казалось, выражение его лица наполовину составляла мудрость, наполовину - безысходное отчаяние.

Большинство летающих людей были черными, или переливались глубоким зеленым цветом или темно-синим. Но Сатана, так же, как изображение на рисунке, был цвета огня.

Весс объяснила это Лизанде.

– Мы предполагаем, что подпись под картинкой - это имя человека, изображенного на ней. Мы не были уверены, что правильно произносим его, но матери Сатаны понравилось, как мы произносим его, она именно так его называла.

Лизанде долго молчала и неподвижно смотрела на золотую и ярко-красную картинку, потом покачала головой и откинулась в кресле. Она затянулась и выпустила колечко дыма к потолку. Колечко растянулось, заискрилось и рассеялось в дымке.

– Frejojan, - сказала Лизанде, - Джубал и другие работорговцы устраивают шествия живого товара по городу перед каждым аукционом. Если бы ваш друг был в этом караване, любой в Санктэри знал бы, любой в империи знал бы это.

Аэри под плащом сжала руки в кулаки и пронзительно посмотрела на нее.

– Но, может быть... Такое необычное существо не продавалось бы с обычного аукциона. Его предложили бы в частной продаже, или на выставку, или даже самому императору для его зверинца.

Аэри вздрогнула, и Квотс заметила, как проступила под плащом рукоятка ее кинжала.

– Это самое лучшее, неужели вам непонятно? С ним будут прилично обращаться, поскольку он бесценный. Обыкновенных рабов бьют плетью, стригут и заставляют повиноваться.

Чан побледнел, Весс вздрогнула. До сих пор, беспристрастно рассуждая о рабстве, никто из них не понимал, что оно значит на самом деле.

– Но как мы найдем его? Где искать?

Лизанде задумчиво ответила:

– Если хоть кто-нибудь будет знать, Джубал будет знать тоже. Вы мне нравитесь, дети. Сегодня ночью поспите, возможно, завтра Джубал поговорит с вами, - она поднялась, беспрепятственно прошла сквозь толпу и растворилась в ночной темноте.

Весс и ее друзья некоторое время сидели молча, задумавшись над тем, что сказала Лизанде.

Молодой стройный парень пересек комнату и, подойдя к их столику, обратился к Чану. Весс узнала в нем человека, который в начале вечера смеялся вместе со своими друзьями у стойки.

– Добрый вечер, путешественник, - сказал он Чану, - мне сказали, что эти леди - не ваши жены.

– Кажется, каждый в этой комнате хотел бы знать, мои ли жены эти женщины, но я до сих пор не понял, о чем вы меня спрашиваете, - сказал Чан доброжелательно.

– Что же здесь трудного, понять, что означает "жены"?
– мужчина изогнул дугой одну бровь и продолжал.
– Женщина, которая связана с тобой законом, которая рожает и воспитывает твоих сыновей. Никто, кроме вас, не может пользоваться ее благосклонностью.