Поиски в темноте
Шрифт:
Хильдебранд у нее за спиной мрачно покачал головой. Упрямство было его щитом. И в конце концов, его могло оказаться достаточно.
Управляющий «Лебедя» возился со связкой ключей, отыскивая нужный, не ведая о том, какие бури бушуют вокруг него. Он взволнованно предлагал мисс Нейпир все: прислать горничную, которая поможет ей разложить вещи, принести чай… Мисс Нейпир трогательно поблагодарила его за заботу. После того как нужный ключ нашелся, ее с поклоном проводили в номер.
Оставив Хильдебранда и управляющего заботиться о благополучии Элизабет Нейпир, Ратлидж спустился к машине. Хэмишу нечего было сказать.
Когда он принес чемоданчик, Хильдебранд как раз собрался уходить. Вниз они спустились в молчании, которое стало зловещим. Ратлидж готовился к неминуемой буре, которая разразится, как только они отойдут подальше и их не услышат служащие отеля.
Хэмиш напомнил, что и ему не стоит выходить из себя второй раз. Ратлидж сухо приказал ему не вмешиваться.
Буря была катастрофической. Быстро оглядев тихий, пустой вестибюль, Хильдебранд высказал Ратлиджу все, что думает о нем, — тихим, дрожащим от ярости голосом. Среди прочего он пожелал узнать, почему Ратлидж счел нужным отправиться в Шерборн в одиночку и какого черта в это ужасное дело без разрешения Хильдебранда впутали Нейпиров.
— Не знаю, где вы узнали об этой Тарлтон и почему вы решили, что она имеет какое-то отношение к делу, но уверяю вас, мисс Нейпир ошибается! Видели бы вы, как она испугалась! Она сама не понимала, что говорит! — продолжал он. — А когда ее отец узнает, что случилось, кого он, по-вашему, во всем обвинит… обвинит в этих тщетных мучениях? Меня и моих подчиненных! Нам еще повезет, если никого из нас не уволят! Подумать только, Томас Нейпир! Да одно его слово способно поставить крест на карьере людей куда более сильных, чем мы!
— Вы, надеюсь, понимаете, что для эксгумации потребуется разрешение министерства внутренних дел? — сухо осведомился Ратлидж, как только Хильдебранд взял паузу, чтобы набрать в грудь воздух. — И теперь, когда появились сомнения…
— Какие еще сомнения? У кого? У вас и молодой женщины, которую вы совсем запутали своими бреднями? Черт побери, едва ли это можно назвать опознанием!
— В таком случае становится понятным, почему мы никак не можем найти детей, — продолжал Ратлидж. — Потому что никаких детей нет и найти их невозможно!
— Они есть, их где-то спрятали! И когда я их найду — а я их непременно найду, помяните мои слова, с вашей помощью или без нее, — уж я позабочусь, чтобы от вас камня на камне не осталось! Не знаю, каким вы были до войны, но, по-моему, сейчас вы никуда не годитесь! И чем скорее вы это поймете, тем лучше для вас!
Он круто развернулся и ушел.
«Интересно, а как Моубрей нашел эту девицу Тарлтон? Почему она оказалась на дороге и шла пешком в Синглтон-Магна? Вряд ли Уайеты послали ее пешком на станцию!»
Ратлидж думал об этом и когда вез Элизабет Нейпир из Шерборна, и когда ждал ее в вестибюле «Лебедя». Но ответов не находил. Пока…
Что-то было не так. Он твердил себе: если ему настолько изменило чутье, пора уходить из Скотленд-Ярда. Если уж он видел только то, что хотел увидеть, а не истину…
«Ну да, ты уже понял, что мисс Тарлтон нет в Лондоне и она не приезжала в Шерборн, где ее ждали. Но с чего ты взял, что она умерла? Может, она поехала в Глостершир навестить родню и сказать им, что переезжает в Дорсет?» — снова и снова повторял Хэмиш. Его голос гулким эхом отдавался в голове Ратлиджа.
«Не предупредив по телефону мисс Нейпир, которая к тому же рекомендовала ее Уайету? Нет, вряд ли», — возразил он мысленно.
Головная боль усиливалась. Ратлидж потер глаза. На него давили одиночество и тоска. Стараясь не поддаваться, он вышел в ветреную ночь, посмотрел на звезды, которые ярко сияли в темноте.
Проклятый Хильдебранд!
«Ну и ладно, — сказал себе Ратлидж. — Скоро выяснится, кто из нас прав. И в Лондоне скоро узнают, ошибаюсь я или нет. Для одного дня достаточно…»
Развернувшись, он немного прошелся по улице, сообразил, что направляется к кладбищу, и остановился. Ни к чему тревожить призрак жертвы… Ему и своих призраков хватает! Подходя к «Лебедю», он поднял голову и заметил, что занавески в комнате на верхнем этаже, которую заняла Элизабет Нейпир, задернуты.
Она взяла с собой чемодан, потому что заранее рассчитывала, что ночевать останется в Синглтон-Магна. А может быть, она решила задержаться здесь не только на ночь? Ратлидж подслушал, как она тихо разговаривала с управляющим, пока записывала свое имя в журнал. Мисс Нейпир осведомилась, можно ли снять номер не на одну ночь, а на несколько дней.
Она в самом деле уверена в том, что платье и туфли принадлежат ее бывшей секретарше? Ответить на его вопрос может только сама Элизабет Нейпир.
Она понимала, что от ее слов зависит очень многое. За ее хрупкой оболочкой таится стальная воля. Ратлидж не сомневался: Элизабет Нейпир привыкла получать то, что хочет.
Ему показалось, что он знает, какова цель Элизабет. Она хочет получить мужа Авроры Уайет.
За последнее он готов был поручиться собственной жизнью.
Глава 10
Рано утром, до того как зашевелились жители городка, Ратлидж снова отправился в Чарлбери, прикидывая по дороге, что и кому он скажет. Небо затянули дождевые облака; жара закончилась.
Он приехал к Уайетам, когда хозяева еще завтракали. Горничная попросила его подождать. Когда она ушла, Ратлидж огляделся по сторонам. Гостиная, куда его проводили, была обставлена красивой, изящной полированной мебелью. Ее с гордостью передавали по наследству из поколения в поколение. Ему показалось, что обстановка в основном относится к георгианскому стилю. На столах, правда, стояли многочисленные фотографии в викторианских рамках. Над камином висел большой портрет: мужчина, одетый в черное по моде ранневикторианской эпохи. Он очень походил на стройного и умного принца Альберта. Ратлидж догадался, что перед ним, наверное, первый Уайет, ставший членом парламента. На темном фоне позади него угадывались очертания Вестминстерского аббатства, как будто его нарисовали на мосту в полночь. Портрет производил сильное впечатление.