Чтение онлайн

С лица Генри исчезает всякое веселье.

— Еще раз назовешь ее так, и отправишься в гроб к отцу, — ледяным тоном предупреждает он.

Но Скотта не так-то просто остановить.

— Ты врал ему прямо в лицо, что не трахаешь ее.

— Я рассказал ему об Эбби до того, как он умер. Моя совесть чиста. Как насчет твоей?

Теперь и мои глаза расширяются от удивления, мое внимание смещается влево, туда, где лежит этот выдающийся человек. Все такой же внушительный, даже будучи мертвым. Я не знала, что Генри рассказал о нас своему отцу.

Скотт, прищурившись, долго смотрит на брата, словно пытаясь прочитать что-то между строк.

— Ты лгал отцу прямо в лицо, и все же досталось именно мне.

Генри отпускает мою руку и делает шаг вперед. Он на шесть дюймов выше своего брата, и теперь возвышается над ним.

— Тебе досталось, потому что пытался подставить меня, обвинив в изнасиловании, чтобы захватить Wolf Hotels, — шипит он сквозь стиснутые зубы и сжимает кулаки. Он выглядит так, словно готов снова ударить Скотта.

— Я просто хотел, чтобы отец знал, что за мужчина на самом деле его драгоценный мальчик, — бросает в ответ Скотт, выпячивая грудь, чтобы компенсировать разницу в росте.

— Мужчина, который будет с достоинством управлять семейным бизнесом? — Генри делает шаг вперед, пока они не оказываются нос к носу. Скотт отказывается уступать. — Который может удовлетворить женщин, присутствующих в его жизни? Который всегда с ними честен?

Двум Вульфам каким-то образом удалось наполнить это огромное помещение напряжением. Я разрываюсь между тем, чтобы броситься между ними и предотвратить взрыв, и спрятаться за гробом, чтобы избежать шрапнели.

Дверь позади нас со скрипом открывается, и входит мужчина в костюме.

— Прошу прощения, но снаружи собралась довольно внушительная толпа. Вы не возражаете, если мы начнем впускать людей, чтобы разгрузить холл? Если все готовы? — В его голосе слышен скепсис. Должно быть, он чувствует повисшую в воздухе угрозу.

— Да, мы готовы. Спасибо. — Генри делает глубокий вдох и отступает на два шага назад, тихо бросая Скотту:

— Держись от нас подальше.

Я вздыхаю с облегчением. Белинда, генеральный менеджер Wolf Cove и женщина, которая, кажется, хорошо знает Вульфов, как-то заметила, что Генри и Скотт не могут находиться в одной комнате дольше пяти минут без того, чтобы не взорваться.

Теперь я понимаю.

Это будут долгие три часа.

***

Я кладу руку на плечо Генри, привлекая его внимание прежде, чем подойдет следующий соболезнующий.

— Я принесу тебе воды. Вернусь через секунду.

Мы уже два с половиной часа стоим на этом самом месте, слева от гроба, принимая бесконечные соболезнования. Все эти люди мне незнакомы, но я улыбаюсь и выслушиваю их, словно я член семьи, потому что какие у меня еще варианты, раз я стою рядом с Генри?

— Спасибо, — отвечает он охрипшим от разговоров голосом.

Я пробираюсь сквозь толпу, радуясь возможности размять ноги, хотя ступни ноют от этих каблуков. К счастью, Скотт остался по другую сторону тела Уильяма Вульфа, на некотором расстоянии, занятый посетителями и неспособный устроить новые проблемы. Прямо сейчас он утешает рыдающую Бекки — ту самую женщину, с которой Уильям был в ночь своей смерти. Эта женщина — именно то, чего я ожидала от богатого пожилого мужчины вроде Уильяма, и в то же время нет. Она ослепительно красива и молода, с ровным загаром, пухлыми алыми губами, высокими скулами и фигурой «песочные часы». Я на девяносто процентов уверена, что ее платиновые светлые волосы длиной до талии — результат высококлассного наращивания.

По всей видимости, именно из-за нее Уильям принял таблетку виагры в ночь своей смерти, как выяснилось из предварительного заключения патологоанатома. Генри, узнав об этом, швырнул бокал в стену гостиной, и тот разлетелся на сотни осколков. Уильям знал, что не может принимать эти таблетки из-за проблем с давлением, сказал Генри. Но, должно быть, все же принял — желание насладиться своей двадцатипятилетней игрушкой перевесило все риски. Он явно не ожидал, что последствия окажутся столь фатальными.

Снаружи я нахожу зону обслуживания, заполненную кувшинами с горячим кофе и чаем, а также холодильник, полный прохладительных напитков. Я достаю две бутылки холодной воды, вскрываю одну для себя и делаю большой глоток.

— Работа на мистера Вульфа всегда такая… хаотичная? — раздается за моей спиной голос Майлза, заставляющий меня вздрогнуть.

Я с сочувствием улыбаюсь ассистенту Генри, проглатывая воду.

— Да. Так и есть.

Он тяжело вздыхает и отпивает из своей бутылки, а затем ловит каплю, вытекшую изо рта и скатившуюся по подбородку.

— Можно было подумать, что он сбавит обороты с учетом произошедшего, — он делает жест в сторону траурного зала. — Но, на самом деле, он стал работать еще больше.

— Это просто его способ справляться с ситуацией. Скоро он успокоится. — Надеюсь. Генри каждую ночь забирается в постель, когда я уже сплю, а когда я просыпаюсь, он либо сбрасывает напряжение в своем домашнем спортзале, либо разговаривает по телефону. Единственное доказательство того, что он вообще спит — его золотые часы на тумбочке и божественный аромат его одеколона на подушке.

С тех пор, как мы вернулись из Франции, между нами не было ничего, кроме нежных поцелуев.

Чтобы Генри выдержал четыре дня без секса, когда я готова дать ему все, что он пожелает?

Ему больно.

Майлз проводит рукой по своей копне вьющихся каштановых волос.

— Он поручил мне тысячу дел, и теперь у меня есть тысяча уточняющих вопросов. Я не хочу беспокоить его, но в то же время знаю, что он спросит о статусе, едва переступив порог офиса, и будет ожидать, что все уже сделано, а у меня не будет ответов, и он решит, что я идиот, и уволит к чертям. Я не хочу, чтобы меня увольняли. Мне нравится работать на него! — Парень явно в стрессе.