Шрифт:
I. Выстрел
Раймонда прислушалась. Шорох повторился опять, достаточно четкий, чтобы его можно было отличить от прочих неясных ночных звуков, но однако же столь тихий, что она не в состоянии была определить, откуда он доносился, из глубины ли замка или снаружи, из сумрачного парка.
Она тихонько встала. Окно было приоткрыто. Девушка слегка приотворила ставни. Лужайки и купы деревьев были залиты лунным светом, среди них мрачно возвышались то тут, то там развалины старинного аббатства: усеченные колонны, куски сводчатых стен, портиков, остатки арок. От легкого дуновения ветерка, скользящего меж неподвижных голых ветвей, чуть шевелились только что появившиеся маленькие листочки в цветниках.
Внезапно звук повторился снова… Он шел слева, с нижнего этажа, где располагались гостиные западного крыла замка.
Сильная и храбрая от природы, сейчас девушка была охвачена страхом и тревогой. Она набросила одежду и взяла спички.
— Раймонда… Раймонда…
Тихий, как дыхание, голос раздавался из соседней комнаты, дверь в которую не была закрыта. Она ощупью направилась туда.
Кузина Сюзанна, выбежав навстречу, бросилась к ней.
— Раймонда… это ты?.. Ты слышала?
— Да… А ты не спишь?
— Наверное, меня разбудила собака… давно уже. Но она больше не лает. Сколько может быть сейчас времени?
— Около четырех.
— Слышишь? В гостиной кто-то ходит.
— Не волнуйся, Сюзанна, ведь там твой отец.
— О, значит, он в опасности. Его спальня рядом с гостиной.
— Там же еще господин Даваль.
— Он в другом конце замка. Как же он может услышать?
Они не знали, на что решиться. Позвать на помощь? Закричать? Страшно было даже чуть повысить голос. Но тут Сюзанна, выглянув в окно, не смогла сдержать сдавленного вскрика:
— Смотри… У бассейна человек.
И в самом деле, там кто-то был, какой-то человек быстро удалялся. Он нес под мышкой довольно большой предмет, однако они не смогли разглядеть, что это было такое. Предмет этот задевал его за ногу, мешая идти. Они увидели, как неизвестный прошел мимо старинной часовни, направляясь к маленькой дверце в стене. Видимо, дверь была открыта, так как человек пропал из виду, и они даже не услышали обычного скрипа петель.
— Он шел из гостиной, — прошептала Сюзанна.
— Нет, если бы он спустился по лестнице и прошел через вестибюль, то вышел бы левее. Если только не…
Обе подумали об одном и том же и высунулись из окна. Прямо под ними к стене была приставлена лестница, достававшая до второго этажа. На каменном балконе была видна полоска света. Вот появился еще один человек, тоже с ношей, перелез через балкон, спустился по лестнице и скрылся тем же путем, что и первый.
Потрясенная Сюзанна без сил опустилась на колени, шепча:
— Позвать… позвать на помощь!
— Кто услышит? Твой отец… А если там еще кто-то есть, он набросится на него.
— Может быть, слуг позвать? Из твоей комнаты можно позвонить к ним на этаж.
— Да… да… наверное, это хорошая мысль, лишь бы они не опоздали!
Раймонда нащупала возле кровати электрический звонок и нажала кнопку. Наверху зазвенело, и им показалось, что снизу тоже услышали этот звук.
Они ждали. Тишина становилась угрожающей, и даже ветер не шевелил больше листья на кустах.
— Мне страшно… мне страшно… — повторяла Сюзанна.
И вдруг в глубокой ночи у них над головой послышался шум борьбы, грохот опрокидываемой мебели, вскрики, а затем ужасный зловещий хриплый стон живого существа, которому перерезают горло…
Раймонда бросилась к двери. Сюзанна в отчаянии повисла у нее на руке.
— Нет, не бросай меня, мне страшно…
Раймонда оттолкнула ее и бросилась в коридор, а та поспешила следом за ней, пошатываясь от стены к стене и испуская пронзительные вопли. Раймонда добежала до ступеньки и вдруг замерла на пороге гостиной, а рядом с ней и Сюзанна в полуобморочном состоянии. В трех шагах от них с фонарем в руке стоял мужчина. Луч фонаря был направлен на их лица, слепил их. Человек спокойно их разглядывал, затем не торопясь взял фуражку, подобрал с пола обрывки бумаги и несколько клочков соломы, стер следы на ковре и, подойдя к балкону, обернулся к девушкам с поклоном, чтобы исчезнуть в следующее мгновение из виду.
Сюзанна первой бросилась в маленький будуар, отделяющий спальню отца от большой гостиной. Но на пороге оцепенела.
В лунном свете на полу виднелись распростертые рядом два неподвижных тела.
— Отец!.. Отец!.. Это ты?! Что с тобой? — в панике закричала она, склонившись над одним из них.
Чуть погодя граф де Жевр пошевелился. Слабым голосом он ответил:
— Не бойся… Я не ранен. А как Даваль? Он жив? А нож? Где нож?
Тут вбежали двое слуг со свечами в руках. Раймонда склонилась над вторым лежавшим и узнала Жана Даваля, секретаря и доверенное лицо графа. Лицо его уже покрыла мертвенная бледность.
Тогда она поднялась, вернулась в салон, сняла со стены ружье, зная, что оно заряжено, и вышла на балкон. С тех пор как неизвестный ступил на лестницу, не прошло и минуты. Значит, он не мог далеко уйти, тем более что ему пришлось убирать лестницу, чтобы никто не мог спуститься вслед за ним. И верно, вскоре она заметила, как он пробирается вдоль развалин монастыря. Вскинув ружье, она спокойно прицелилась и выстрелила. Человек упал.
— Попали! Попали! — обрадовался один из слуг. — Теперь не уйдет. Побегу туда.
— Нет, Виктор, он снова приподнимается… спускайтесь по лестнице и бегите к дверце в стене. Только через нее он может выйти.
Виктор ринулся туда, но не успел он выскочить из дому, как человек снова упал. Раймонда позвала другого слугу:
— Альбер, видите его там? У Большой аркады?
— Да, ползет по траве… Его песенка спета.
— Следите отсюда за ним.
— Да, теперь не убежит. Справа от развалин открытая лужайка.
— А Виктор пусть сторожит у дверцы слева, — приказала она, снова берясь за ружье.