Поле боя – Сибирь
Шрифт:
– Старший лейтенант Рахимов! Объявляю вам благодарность! – командир авиагруппы майор Стрепетов крепко пожал руку молодому летчику. – Ну, каков снайпер – двух «Хищников» одной ракетой уложил! Как уток – влет!
Так что вечером Артем Рахимов свои законные «наркомовские» сто граммов выпил с чувством выполненного долга.
Решительная демонстрация силы остудила горячие головы на борту американского атомного авианосца. Больше отряду русских кораблей никто не мешал.
* * *
У побережья Вьетнама русскую эскадру встретили вьетнамские «сторожевики» и ракетные корветы. И уже под их эскортом корабли под Андреевским флагом вошли в бухту Камрань.
На военно-морскую базу заранее самолетами военно-транспортной авиации были переброшены подразделения инженерно-строительных войск, так что к прибытию русской оперативной эскадры в основном все было готово.
Корабли разместились у причалов, а личный состав – в казармах и домах офицерского состава.
Началась плановая боевая работа. Ударный эсминец «Бравый» пошел во вьетнамский порт Хайфон, куда должен был прибыть большой противолодочный корабль Краснознаменного Северного флота «Адмирал Левченко». Он также должен был теперь базироваться на ВМБ Камрань и осуществлять функции противолодочной обороны базы.
Тяжелый атомный ракетный крейсер «Адмирал Лазарев» вместе с авианесущим крейсером «Контр-адмирал Руднев» тоже у причалов долго не задержались. Пополнив припасы, они снова вышли на патрулирование.
Утяжеленная такими внушительными силами, чаша геополитических весов в Азиатско-Тихоокеанском регионе снова качнулась в пользу России.
Глава 10
Из огня да в полымя…
Над Амуром в районе Благовещенска стояло зарево. Река пылала, языки пламени поднимались выше корабля.
– Что за черт?! – Капитан-лейтенант Вячеслав Макаров отнял от глаз бинокль. – Радист! Срочно дай запрос в Благовещенск, пусть объяснят, что у них тут творится. И передайте боевым расчетам – пусть отключат всю инфракрасную оптику. Не хватало еще сканеры попалить от таких ярких засветок.
– Товарищ капитан-лейтенант! Благовещенск на связи. Они говорят, у китайцев на том берегу Амура крупная авария на химической фабрике. Река горит, вылилось большое количество какой-то химической дряни. Просят у нас помощи.
– Ясно. Блин, мы же ведь не госпитальное судно…
Убитого матроса и двоих раненых эвакуировали специально вызванным вертолетом. Но все равно в корабельном лазарете могло разместиться не более трех человек.
В Благовещенске малый артиллерийский корабль ошвартовался глубокой ночью. А утро принесло страшные картины разрушений.
На другом берегу Амура город Хэйхе был разрушен, а саму реку заполонили всевозможные лодки, на которых на русский берег перебирались китайские беженцы.
На пристани их встретили русские пограничники и милиция. Но китайцы рвались вперед, бросаясь на выставленные вперед автоматы. В конце концов беженцы с истеричными воплями прорвали оцепление.
Однако прибывшее подкрепление все же сумело с ними справиться. Улицы города перегородили бронетранспортерами. И только тогда удалось более-менее обуздать толпу.
На ошвартованный у причала малый артиллерийский катер тоже полезли китайцы. Но капитан-лейтенант Макаров отдал приказ с ними не церемониться. Беженцы стали уже откровенно бросаться на матросов. И получали в ответ прикладами автоматов по ребрам. Впрочем, моряки границ не переходили. Но вверенную боевую технику нужно было защитить. Рукопашный бой был яростным.
– Уф-ф! Отбились, слава тебе господи! – молодой штурман потер огромный, во всю скулу синяк. – Кунфуисты хреновы… Прут – как стая бешеных собак!
– Да, здесь поспокойнее теперь будет, – согласился капитан-лейтенант Макаров. – А что в городе творится?..
– Товарищ капитан-лейтенант! – прервал его связист. – Срочная радиограмма от пограничников.
Командир корабля спустился в крохотную радиорубку и взял у радиста наушники и микрофон.
– «Уссуриец», прием. Вызывает «Тридцать третий», как слышишь меня? – донеслось сквозь шипение и треск из круглого динамика.
– На связи. Слышу тебя, «Тридцать третий».
– Прошу прикрыть высадку десанта.
– Понял. А что здесь вообще происходит?
– Потом объясню. Прикрой нас.
– Понял, сделаю.
Капитан-лейтенант снова поднялся на мостик:
– Боевая тревога! По местам стоять, со швартовых сниматься! Машинное отделение – малый назад. Рулевой, выходи на середину реки.
Малый артиллерийский катер вышел на середину протока и развернул орудия в сторону китайского берега. Стрелки за пулеметами напряженно всматривались.
К пирсу подошел сторожевой корабль «Слепень», на его мачте развевался зеленый вымпел морчастей погранохраны.
На берег деловито стали высаживаться бойцы маневренной группы, все – в полной экипировке. Автоматы они держали наготове. Вячеслав Макаров заметил у них и тяжелое вооружение: крупнокалиберные пулеметы «Корд» и автоматические гранатометы АГС-30. А это уже наводило на не очень веселые мысли…
Пограничники умело рассредоточились по берегу, установили тяжелое оружие. Подошел еще один «Слепень» и выбросил очередную волну десанта.
А «Уссуриец» все так же держал противоположный берег и русло реки под прицелом своих орудий и пулеметов.
– Товарищ капитан-лейтенант! Приближается китайский катер!
* * *
Из предрассветного тумана проступил массивный силуэт китайского бронекатера класса «Речной дракон». Капитан-лейтенант Вячеслав Макаров оценил его размеры: они были ненамного меньше размерений собственного корабля. Это был настоящий речной монитор, хорошо защищенный броней и с мощным и разнообразным вооружением.