Полководец
Шрифт:
В состав войск фронта были включены и переданы из 1-го Украинского фронта: 1-я гвардейская и 18-я армии, а также 8-я воздушная армия. И еще 17-й гвардейский стрелковый корпус и другие специальные части.
Прибыв на фронт, генерал Петров сразу же, еще в процессе формирования своего нового фронтового управления, включился в руководство войсками, которые вели бои и ни на минуту не прерывали наступления.
5 августа 1-я гвардейская армия освободила город Стрый, а на следующий день, преодолев трудную, заболоченную местность, овладела областным центром Украины – городом Дрогобыч. Продолжая продвижение, войска фронта 7 августа освободили Борислав и Самбор.
Фронт, располагая такими небольшими силами – всего две армии, – не мог долго успешно наступать. По мере дальнейшего продвижения в предгорья Карпат наступление замедлялось. Да и создавался 4-й Украинский не для активных наступательных действий. Вот что пишет об этом генерал С. М. Штеменко:
«Советское командование не собиралось тогда форсировать Карпатский хребет прямым ударом. Действия в лоб могли стоить нам очень дорого. Горы следовало обойти. Эта идея и закладывалась в замысел будущих операций в Карпатах, где предполагалось действовать небольшими силами».
29 августа Петров получил директиву, подписанную Сталиным, в ней было указано:
«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Войскам фронта с получением настоящей директивы по всей полосе перейти к жесткой обороне.
2. Оборону создать глубоко эшелонированную.
3. Подготовить в полосе фронта не менее трех оборонительных рубежей с общей глубиной 30–40 километров, имея на основных направлениях сильные корпусные, армейские и фронтовые резервы…»
Как видно из директивы Ставки, 4-му Украинскому фронту ставилась задача чисто оборонительная и было прямо указано о построении глубоко эшелонированной обороны.
Этим обеспечивались фланги войск Конева на сандомирском плацдарме и войск Малиновского в Румынии, потому что иначе, при отсутствии обороны, которую и было поручено создавать Петрову, противник мог пройти по карпатским дорогам и ударить очень чувствительно не только по флангам, но даже по тылам войск 1-го Украинского и 2-го Украинского фронтов.
Но не успел командующий фронтом генерал Петров принять еще решение на организацию такой прочной обороны, как буквально через три дня, то есть 2 сентября 1944 года, поступила новая директива Ставки, приказывающая наступать.
Что же произошло за эти три дня?
Здесь деятельность генерала Петрова впервые соприкасается с делами уже международного масштаба, и, чтобы она была понятна читателям, я вынужден сделать небольшое отступление.
Разумеется, не только события этих дней так резко изменили обстановку и решение Верховного Главнокомандования. События назревали давно, но именно в эти три дня достигли своего апогея. Дело в том, что в Чехословакии, за Карпатскими хребтами, перед которыми стояли войска генерала Петрова, назревало восстание.
Чем дальше шла война, тем больше росло и ширилось в Чехословакии освободительное движение.
Еще 12 декабря 1943 года был подписан советско-чехословацкий Договор о дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве. В соответствии с этим договором Советское правительство оказывало чехословацкому освободительному движению большую помощь оружием, боеприпасами и всем необходимым для борьбы с гитлеровцами. Бурно развивавшемуся партизанскому движению необходимо было руководство. Но самые стойкие, отважные борцы против фашизма, чехословацкие коммунисты, при вступлении гитлеровцев в Чехословакию в 1939 году либо погибли в застенках, либо сидели в концлагерях, либо таились в подполье и в эмиграции за пределами родной земли. В течение 1941—1943 годов несколько раз делались попытки переправить в Чехословакию некоторых руководящих работников Коммунистической партии Чехословакии, оказавшихся в нашей стране, и воссоздать там Центральный Комитет партии. Четырежды эти попытки были неудачными, все переправленные арестовывались гитлеровцами.
Летом 1943 года все же удалось (в пятый раз!) перебросить несколько товарищей. Вскоре был сформирован Центральный Комитет Компартии Словакии во главе с К. Шмидке, Г. Гусаком и Л. Новомеским. Кроме этого, был создан Словацкий национальный совет как; руководящий орган национально-освободительного движения в Словакии.
Возглавлял этот совет президиум, куда на паритетных началах входили представители различных партий, были в его составе и коммунисты. Коммунист К. Шмидке был одним из председателей совета.
Второй силой, которая претендовала на руководство народным и партизанским движением, было чехословацкое эмигрантское правительство, находившееся в Лондоне.
Лондонское правительство вело свою политику и намеревалось для ее осуществления использовать словацкую армию. Эта армия существовала легально и была как бы союзницей гитлеровской Германии. Дело в том, что Словакия была в 1939 году объявлена независимым государством под «охраной» фашистской Германии. Поэтому у нее сохранялось свое правительство, возглавляемое Тисо, сохранялась и армия. Вот эту армию эмигрантское правительство и намеревалось использовать для быстрого захвата всех руководящих постов и установления буржуазной власти еще до того, как Красная Армия придет на территорию Чехословакии.
Командование словацкой армии было предано лондонскому правительству. Оно получило от него указание оттянуть срок народного восстания, произвести перед самым вступлением в Словакию советских войск переворот силами армии и полиции и установить форму правления, задуманную эмигрантским правительством.
Особые надежды эмигрантское правительство возлагало на восточно-словацкий корпус, которым командовал генерал А. Малар. Этот корпус по приказу гитлеровского командования еще весной 1944 года был передвинут из Центральной Словакии в район Восточных Карпат к Прешову.
При этом гитлеровцы все же опасались вывести восточно-словацкий корпус на передние линии, боясь, чтобы во время соприкосновения с Красной Армией солдаты не обратили бы свое оружие против Германии. Поэтому перед словацким министерством обороны гитлеровское командование поставило задачу – силами этого корпуса готовить в Карпатах оборонительный рубеж.
Восточно-словацкий корпус действительно оборудовал мощный оборонительный рубеж, особенно сильный в районе Дуклинского перевала и южнее.