Чтение онлайн

Юноша, по сравнению с которым она оказалась ещё ниже, чем его подружка, осмотрел её лицо, голову и ощупал череп.

– Тебя что-нибудь беспокоит, когда я так делаю? – спросил он.

– Нет, – ответила By Чжули. – Немного щекотно, и все.

Он поднял её лицо и пристально посмотрел в глаза.

– Не потускнели, – сказал он, больше самому себе. – Никаких признаков болезни. Замечательно.

– А что ты рассчитывал обнаружить, Джол? – спросила его спутница.

– Симптом какой-нибудь болезни или след от ушиба, – ответил юноша, словно настоящий врач. – А теперь, детка, покажи язык.

Чувствуя себя немножко глупо, By Чжули высунула язык, он оказался большим, плоским, серовато-розовым.

– Прекрасно, можешь его спрятать, – сказал Джол. – Язык не обложен. Если бы ты ушиблась или заболела, это было бы видно.

– А может быть, она заколдована, Джол? – предположил серый кентавр и отступил назад.

– Все может быть, – допустил юноша, – но если это так, нас это не касается.

– И что же нам теперь делать? – спросила его спутница.

Джол повернулся, и By Чжули заметила у него что-то вроде перемётной сумы, которая держалась на ремне, обвязанном вокруг талии.

– Прежде всего примем душ, – ответил он, доставая из сумки кусок мыла и несколько полотенец. – А затем отведём нашу таинственную незнакомку в соседний городок. Пусть ею займутся те, кто посообразительнее.

Так они и поступили. После некоторых колебаний By Чжули присоединилась к ним и, наплескавшись вволю, получила полотенце.

– Не вытирайтесь насухо, – сказала ей девушка, которую звали Дал. – Обсохнуть на воздухе гораздо приятнее.

После этого все трое двинулись по тропе.

Когда они выехали из леса, глазам By Чжули предстали небольшой городок и необъятные за ним дали.

"Какой чудесный край!" – подумала она, разглядывая величественные снеговые горы, которые возвышались слева и справа, открывая взору роскошную долину и слегка сглаженные холмы.

Городок оказался скоплением не очень красивых, но добротных бревенчатых домов, расположенных на берегу голубовато-зелёного озера. Окрестные поля были хорошо обработаны и засажены. By Чжули заметила нескольких кентавров, осматривавших и очищавших от сорняков посевы незнакомых злаков.

По её расчётам, городок мог насчитывать – или, вернее, поля могли прокормить – не более нескольких сотен жителей; это мнение она высказала своим спутникам.

Джол рассмеялся:

– Теперь понятно, что ты нездешняя. Земля внизу принадлежит нескольким очень крупным общинам. Фактически в долине около тысячи жителей, но мы расселяемся по всему краю. В городке постоянно живут пятьдесят – шестьдесят семей.

Широкая главная улица городка, подобно лесной тропе, была посыпана толстым слоем опилок и обложена камешками.

Первый дом, к которому они подошли, оказался самым большим. В нём помещалась огромная кузница. Внутри толпились несколько кентавров обоего пола. By Чжули изумилась, увидев, как кентавр-женщина подняла заднюю ногу и мускулистый кентавр-мужчина в защитном фартуке стал что-то прибивать, явно безболезненно, к её копыту.

В соседних домах помещались лавки, где торговали сельскохозяйственными орудиями, семенами и прочими товарами подобного сорта. В городке были даже парикмахерская и бар, который сейчас был закрыт, но его можно было безошибочно узнать по бочонкам и пивным кружкам.

– Здесь всегда так тепло и влажно? – спросила By Чжули у Джола.

Он снова засмеялся – и так же необидно.

– Нет, это четырехсезонный гекс, – объяснил он загадочно. – Зимой мы надеваем шубы из меха гам-мота, шапки, перчатки и весело возимся в снегу.

Гаммот, как она догадалась, был тот грызун, за которым она следила у ручья.

– Должно быть, это огромные шубы, – заметила она, и на этот раз Дал и Джол захохотали вместе.

– У тебя и в самом деле амнезия! – воскликнула Дал. – Шерсть на наших телах и толстый слой жира, который мы откладываем летом, – великолепный изоляционный материал. В защите от холода нуждаются только безволосые части тела.

– Смотри, вот очаги и камины, – показал ей Джол. У большинства домов стена, выходящая на улицу, отсутствовала. – Осенью фасадную часть дома закрывают, и внутри становится тепло.

By Чжули собиралась спросить, как они поступают во время дождя, но заметила, что дома расположены таким образом, что понадобилась бы поистине ужасная буря, чтобы во внутренние помещения попало много дождевой воды.

– Сдаётся мне, что любой здесь может украсть всё, что пожелает, – заметила By Чжули.

Оба кентавра остановились и как-то странно на неё посмотрели.

– Ничего подобного здесь никто никогда не делает – во всяком случае, диллианин, – оскорблённо произнёс Джол.

Его реакция испугала девушку, и она тут же стала извиняться:

– Прости меня. Сама не знаю, почему я так подумала.

– К нам время от времени приезжают торговцы из других гексов, они иногда пытаются что-нибудь стянуть, – вмешалась Дал, желая внести ясность в этот вопрос. – Добра им это не приносит. Единственная дорога сюда ведёт через озеро, причём его глубина почти равна длине. В лесах нам нет равных, а тот, кто захочет карабкаться шесть километров по горным кручам при температуре ниже нуля, потеряет больше, чем сможет нахапать.

Миновав примерно тридцать домов, они подошли к тёмному приземистому зданию. На столбе висел выжженный каким-то инструментом символ гекса – два маленьких дерева и рядом одно высокое. Внутри здания девушка увидела старого кентавра с длинными седыми волосами и неухоженной бородой, спускавшейся до груди. By Чжули, поняла, что когда-то он был угольно-чёрным, но теперь шерсть на его теле местами стала серебристо-белой.

Стоя за своей заваленной бумагами конторкой, старик кентавр выглядел бы очень внушительно, если бы не спал или хотя бы не храпел громко.

– Это Йомакс, – сказал Джол. – Он у нас что-то вроде правительства. Он – и мэр, и почтмейстер, и главный лесничий, и устроитель развлечений. Своё учреждение он всегда открывает ровно в семь, но до одиннадцати тридцати, когда прибывает паром, все равно спит. Эй, Йомакс! – крикнул он. – Проснись! Служебное дело!

Старик зашевелился, протёр глаза и потянулся всем своим длинным телом.