Чтение онлайн

Кэрли стало не по себе. Значит, она поставила Дона Рамона на место? Но это вовсе не входило в ее намерения! Девушка в последний раз посмотрел на испанца, перехватила его взгляд, а потом заметила, как он лучезарно улыбнулся Пилар Монтойя.

Кэрли ахнула — шип от розы вонзился в ее палец.

Андреас де ла Герра вместе с ковбоями направился к лошадям. Эти люди прибыли из самых разных Meqr, чтобы посмотреть, как Рамон будет состязаться с gringo [14] . Он не разочаровал их. Каждый ковбой воспринимал эту победу как свою собственную.

Вспоминая бешеную скачку и возмутительную подлость англичанина, Андреас сжимал кулаки. Мастерство брага спасло его, но от этого ярость молодого человека, представлявшего, что могло произойти, не уменьшилась.

Однако этого следовало ожидать.

Андреас сражался с gringos с тех пор, как вернулся в Калифорнию и застал отца на смертном одре в маленькой асиенде ранчо Лас-Алмас, изначально называвшемся ранчо дель Роблес, но покинутом после возведения большого дома.

Он боролся с ними шесть долгих месяцев до приезда брата из Испании, пытаясь отстоять то, что принадлежало им по праву.

Рамон присоединился к нему, хотя поначалу весьма неохотно, ибо не признавал насилия. Чувство вины за смерть погибшего от рук англичан отца, за страдания, перенесенные матерью, пока он сам припеваючи жил в Испании, заставило Рамона помогать младшему брату.

Андреас знал: брат не может простить себе то, что слишком поздно вернулся в Америку и подвел семью в тяжелую минуту.

Но вина лежала не только на Рамоне. Диего де ла Герра не сомневался, что сам справится с ситуацией, докажет свои права на землю, а в случае необходимости даст бой англичанам и сохранит свои владения. После его смерти Андреас придерживался точно такого же мнения, ибо приятно ощущать себя мужчиной и выйти из-под опеки брата. Он был полон решимости навести порядок, восстановить справедливость с помощью закона или другими средствами.

Андреас начал борьбу под маской Эль Дракона и продолжал ее по сей день.

— Пора возвращаться в горы, амиго.

Педро Санчес, один из помощников отца на ранчо Дель Роблес, ехал рядом с Андреасом. Этот сильный, ловкий человек, знаток ковбойской жизни, недавно отметил свое шестидесятилетие и был вынослив как буйвол.

— Поезжай, — улыбнулся Андреас. — У меня есть дело в Сан-Хуан-Батиста.

— Такое же, каким твой брат хочет заняться с хорошенькой молодой gringa? — спросил Санчес. Возможно, он видел, как Рамон протянул девушке розу.

— Брат сказал, что она сулит одни неприятности, и ему еще большие, чем мне.

— Сеньор Остин не одобрит его интереса. Твоему брату не стоит злить такого человека.

— Рамон все понимает. Едва ли он собирается это делать. Брат поклялся, что никто из рода де ла Герра не ступит на землю дель Роблес, пока она не станет нашей. — Андреас пожал плечами. — Верит в это Рамон или нет, он всего лишь человек, а эта женщина восхитительна, правда?

— По словам твоего брата, она сулит беду.

— Думаю, мне следует спасти его. Если бы он съездил со мной в Сан-Хуан…

— Эта вдова Пилар может спасти его. И всегда есть Миранда. Она тоскует по нему, когда он покидает лагерь.

— Si, полагаю, ты прав. — Андреас бросил последний взгляд на людей, толпившихся у подножия холма, и ему показалось, что он видит под полосатым бело-розовым зонтиком маленькую женщину с золотисто-каштановыми волосами. Андреас улыбнулся. — С другой стороны, что такое жизнь без небольших осложнений?

Педро засмеялся. Мужчины пришпорили коней и продолжили подъем. На пересечении дорог Андреас свернул на юг, а Педро поехал вверх. Мысли об американке с красивыми зелеными глазами, светлой кожей, высокой, пышной грудью и изящными щиколотками волновали Андреаса. Он надеялся найти в Сан-Хуане женщину с таким же полным бюстом, которая за монету-другую или за несколько комплиментов пригласит его в постель.

Отправится ли брат к Пилар, подумал Андреас, или проявит терпение и подождет красивую американку?

Рамон, одетый во все черное, въехал на холм на вороном жеребце и посмотрел вниз на узкий ручей, текущий под платанами. Андреас ждал брата с дюжиной лучших ковбоев, хранивших верность семье де ла Герра со времен пращуров. Колонну замыкали два йокута — индейца из большой восточной долины.

Рамон направил жеребца вперед и начал спускаться по склону к заваленному валунами ручью. Его путь освещал только месяц, затянутый прозрачными серыми облаками.

— Buenas noches, amigos [15] , — сказал Рамон мужчинам, остановив перед ними коня. — Как всегда, рад вас видеть.

Он увидел Педро Санчеса, Руиса Доминго, Игнасио Хуареса, Сиско Виллегаса, Сантьяго Гутиереса и еще нескольких человек. Почти всех Рамон знал с детства.

— Я предупредил Андреаса, что сегодняшний набег опаснее всех прежних. Остин и его люди могут ждать нас. Есть шанс, что это не так и к настоящему моменту он отпустил охрану, но полной уверенности нет. Если кто-то из вас заметит нечто настораживающее, тотчас дайте сигнал и мы покинем ранчо — с лошадьми или без них.

— Нам нужны эти лошади, Рамон, — возразил Андреас. — Не запугивай людей. Мы справимся с Флетчером Остином и его помощниками.

Рамон тихо выругался. Андреас вечно проявлял безрассудство, однако не следует подрывать авторитет брата.

— Просто будьте осторожны. Глупо недооценивать Остина. Если что-то произойдет, уходите как можно скорее. Спасайте себя.

Не успел Андреас возразить, как Рамон повернул жеребца и направился по тропе. Их пристанище в горах было в двух днях пути от ранчо дель Роблес, но Андреас и другие мужчины сейчас разбили лагерь неподалеку, среди соседних холмов. Лошади были свежими, мужчины — бодрыми, отдохнувшими перед ночной вылазкой.

Они достигли спуска к ранчо и остановились среди деревьев. Рамон спешился, а вслед за ним Андреас и Педро Санчес.

— Ну что? — спросил Андреас Рамона, оглядывая обширную асиенду, establo [16] , зернохранилище, дом, бойню и загоны с лошадьми.

— Похоже, все тихо.

— Si. Смотри, как много лошадей. Он построил для них дополнительные загоны.

— Покупатель — gringo из Сакраменто — будет доволен, — сказал Педро. — Ему нет дела до того, откуда взялись животные, лишь бы их было побольше.