Чтение онлайн

Кыпчаки после Мономаха: забытые уроки

В этот период половцы были достаточно напуганы, чтобы избегать попыток самостоятельной борьбы с Русью. С ними была заключена серия династических браков. А затем русские князья периодически привлекали степных родственников для выяснения отношений со своими русскими родственниками – другими Рюриковичами.

Так продолжалось до 1170х, но, закономерно, не могло длиться вечно. Подросли новые поколения ханов, не сидевших лично в плену русских и не видевших устрашающих походов Мономаха и его братьев вглубь степей.

Хан Кончак, к тому же, нашел где-то мусульман, которые построили ему огромные стрелометные машины и некий «жидкий огонь».

Что это – понять трудно, но речь явно не о греческом огне. Надо сказать, что арабы XII века уже могли знать перегонный куб, а с ним создание зажигательных жидких смесей высокого качества – вполне решаемая задача.

И тем не менее, несмотря на частные успехи, типа разгрома Игоря из «Слова о полку Игореве», в целом даже с новыми технологиями половцы не преуспевали: русские разбили того же Кончака в полевом бою, и опробовать жидкий огонь на русских городах у него не вышло.

Битва при Хороле, 1184 год, в представлении художника прошлого века. В ней наемник-мусульманин, стоявший за производством жидкого огня у Кончака, был пленен русскими, да и сам хан, столь склонный к военно-технологическим инновациям, с трудом спасся

Причины были, вероятно, в большом опыте боев с половцами и том, что на службе у русских уже были князья половецкие, а также часть печенегов и иных тюркских племен (в частности берендеев, переселенных на земли Руси, в том числе на Владимирщине).

Так бы оно все и было, если бы не катастрофа. С востока пришли монголы, применившие совсем иные принципы ведения войны.

В отличие от кыпчаков, они напали на Русь зимой, пользуясь замерзшими реками как широкими дорогами для быстрого движения в глубину.

Еще больше дело усложняла любовь монголов к заходу в тыл противника, в том числе – небольшими отрядами, действующим вне связи с основными силами, а равно и фланговым ударам, и засадам.

К тому же они двигались сразу несколькими группами на разных оперативных направлениях. Выделив место, где противник был недостаточно готов к бою, они часто стягивали туда силы с других направлений (пользуясь своей более высокой подвижностью) и громили русских.

Другой их сильной стороной был обширный импорт технологий (и специалистов) из недавно завоеванного Китая. Те делали камнеметные машины, впервые давшие возможность кочевникам брать города, что уже позволяло им закрепить свою власть в завоеванных регионах.

Казалось бы, причем тут половцы, спросит читатель?

Ведь это уже эпоха монголо-татар?

Увы, школьные ярлыки на тех или иных народах часто вводят нас в заблуждение.

Потомкам Батыя досталось всего четыре тысячи монгольских воинов, и они вполне растворились в сотнях тысяч кыпчаков, которые и составили основной народ Золотой Орды.

Собственно, как видно из Кодекса Куманикус, сами половцы (куманы у западных авторов) и называли себя tatarlar, но, как ясно из того же кодекса, язык кыпчаков-половцев суть язык крымских татар.

К огромному сожалению для русских, кыпчаки усвоили у монголов новые приемы войны: движение по несколькими оперативным направлениям, быстрый маневр силами по фронту для удара по самому слабому звену, фланговые атаки и удары с тыла.

Русские научились у ордынцев тому же самому далеко не сразу: только к 1380 году они уничтожили крупное войско Орды, кстати, как раз внезапным фланговым ударом, в чисто монгольской (а теперь еще и кыпчакской) стилистике.

Но и это не решило проблему полностью. Даже после развала Орды надежных средств против быстрых набеговых операций кыпчаков, которых летописи перестали называть половцами и стали называть татарами, просто не существовало. К счастью, татары сами позабыли уроки монгольского вторжения и в основном отправлялись в набеги летом, а не зимой.

Это позволяло русским князьям не беспокоиться за русла рек и перегораживать путь на север засеками, проходы между которыми заполняли крепости.

За то время, что степняки преодолевали засечные черты, земледельцы мобилизовали свои армии, компенсируя меньшую мобильность защитными линиями.

Но и это не всегда гарантировало успех: еще в 1571 году силы Крымского ханства (кстати, его самоназвание Улуг Орда ве Дешти Кипчак) смогли выжечь предместья Москвы.

К счастью, прогресс артиллерии и строительства крепостей (а также технологий их штурма) у русских шел быстрее, чем у кыпчаков кочевников. Поэтому хотя бы крупные города и тот же московский кремль татары больше сами взять не могли.

Но это вовсе не значило, что проблема татар-кыпчаков – тех, что до монгола звали «половцы», была легкой. По неполным подсчетам только до конца XVII века одно Крымское ханство угнало из русских земель в качестве пленников-рабов почти два миллиона человек.

Это приблизительно равно численности населения центральной России того же XVII века.

Некоторые скажут, что десять тысяч пленных ежегодно – не так много. Но тут надо вспомнить, что кроме пленных были и убитые в деревнях и мелких городах, а с ними цифры потерь от кыпчаков были куда больше.

Крымских ханов трудно обвинять в этой политике.

Согласно современным исследованиям доходов их госбюджета, он в основном наполнялся за счет торговли этими рабами. Без них крымские правители были бы обычными скотоводами, неспособными позволить себе строительство мечетей, дворцов ханов и тому подобного.

Сожжение Москвы в 1571 году силами крымского войска / ©Wikimedia Common

Само крымское государство без массовой торговли русскими рабами было обречено на экономический коллапс, не могло долговременно и успешно существовать, что и проявилось явным образом в XVIII века, когда с кыпчаскими набегами наконец покончили.