Чтение онлайн

— Иду мыться.

— Но ты же…

— Голый, — ответил он за нее.

— Мог бы прикрыться хоть чем-нибудь!

— А ты не смотри!

— А я и не смотрю! — прокаркала она, продолжая откровенно его изучать.

Он был таким притягательным и очень красивым. Она даже приоткрыла рот от восхищения. Все его тело было вылеплено из мышц. И плавно опуская глаза все ниже, она, наконец, остановилась на самом интересном месте.

— Может мне повернуться, чтобы ты все могла рассмотреть? — не без сарказма произнес он.

— А почему бы и нет! — воскликнула она. — Ты ведь видел меня голой, я тоже хочу посмотреть на тебя.

— Тогда смотри, — он повернулся к ней лицом и упер здоровую руку в бок.

У Назефри упала челюсть. Глаза распахнулись, и она с нескрываемым интересом начала рассматривать только одну часть его тела.

— Э-э…

— Это называется "половой член", Назефри. Ты все рассмотрела?

— О, Боже… — промямлила она.

Камилли посмотрел вниз и, обронив матерное слово, с разбегу прыгнул в воду. Она одним своим взглядом начала возбуждать его, и пугать ее этим он не хотел.

Назефри пережила культурный шок. Несмотря ни на что, Камилли был первым мужчиной, которого она по собственному желанию видела обнаженным. И она не испугалась!

Спустя некоторое время, он вышел из воды на берег, обтерся полотенцем, которое прихватил с собой вместе с другими вещами, и обмотал его вокруг талии.

Назефри не шевелилась. Она знала, что настал ее черед.

Он подошел к ней.

— Я обещаю смотреть только тебе в глаза, — подбодрил он ее.

— От этого не легче. А не мог бы ты раздеть меня и оставить одну на берегу на несколько минут?

— Зачем? — не понял он.

— Пожалуйста! — взмолилась она.

— Ты хочешь в туалет?

— Камилли, пожалуйста…

Она заплакала. Беспомощность — что может быть хуже? Да, она хотела в туалет. Она чувствовала эту потребность уже давно, но как она могла сказать об этом? Если бы Эста была рядом — все было бы намного проще. Но здесь ее не было.

— Не плачь, слышишь? — тихо заговорил он. — Это ведь нормальная потребность твоего тела. Хорошо еще, что ты можешь ее контролировать.

— Камилли! — вновь воскликнула она, и он замолчал.

Он оставил ее нагую на берегу, а через несколько минут вернулся и затянул ее в воду.

— Это ужасно, — прохрипела она.

— Нет, Назефри, это всего лишь испытание, которое тебе придется пройти вместе со мной.

— Ты будешь мыть меня всю?

— Да. Сейчас оторву кусок полотенца, потерпи.

Она свободно лежала на поверхности воды, пока он снимал с себя перевязь и отрывал от нее довольно приличный кусок. Затем он намылил эту тряпку и вымыл девушку с головы до ног. И все это время он смотрел ей только в глаза.

Когда все было сделано, он вытащил ее на берег, обтер сухим полотенцем и переодел в чистые штаны и майку, которые нашел в домике. Она больше не плакала, но и сказать ему тоже ничего не могла.

Урджину все далось намного проще. Эста даже ненадолго проснулась, когда он раздевал ее. Она приоткрыла глаза и, абсолютно не соображая, что происходит, закрыла их вновь. Урджин спокойно привел жену в порядок, и в чистой, сухой одежде перенес в дом.

Камилли накормил Назефри одной из консервированных каш, завернул ее в теплое одеяло и уложил на кровать.

— А ты? — спросила она, когда увидела, что он не собирается ложиться рядом.

— Если ночью станет холодно, я лягу к тебе. А пока посплю на полу.

— На полу ты мгновенно замерзнешь и заболеешь. И что тогда? Нас всех будет купать Урджин?

— Мыть Камилли — это как минимум интересно, — съязвил кузен.

— Здравый смысл? — удивился Камилли. — Назефри, откуда?

— Заткнись и ложись рядом, — приказала она.

Он больше не спорил. Лег на кровать, забрался под ее одеяло и мгновенно отключился.

Ночью Урджин не смог заснуть. Вокруг действительно стало холодно и тепло Эсты согревало его куда лучше одеяла, но все равно, избавиться от внутреннего озноба он не мог. Кто? Зачем? Почему? А главное, что делать теперь? Он не знал ответов, и это еще сильнее раздражало его. Эста зашевелилась и что-то пролепетала.

— Малыш?

Она не ответила и зашевелилась вновь.

— Спи, малыш, — нежно шепнул он ей на ухо и, как ни странно, она успокоилась.

Нет, теперь все для него изменилось. Приоритеты неожиданно поменялись местами, и на первом месте оказалась его зазноба, его Эста, его малыш…

Первой утром проснулась Назефри. Ей никогда еще не было так хорошо. Она ощутила свое тело, приятно покоящееся в истоме, и слабость, разливающуюся по нему. Она почувствовала, насколько ей тепло и уютно здесь, в этом тесном пространстве, в котором она оказалась.

Назефри улыбнулась этим ощущениям. Не открывая глаз, она прислушалась к себе. Теплое дыхание едва заметно касалось ее кожи в ямочке за ушком. Теплота струилась вдоль всего позвоночника, скапливаясь где-то в низу живота. И пульсация его жизненной энергии вторгалась в ее пространство, излучая все самые приятные эмоции, на которые был способен человек.

Назефри открыла глаза. Камилли лежал за ее спиной, плотно прижавшись к ней всем своим телом, перекинув больную руку над головой, а здоровой обнимая ее. Как так получилось, что их ноги сплелись во сне? Она не могла понять, где заканчивается она и начинается он. Она не шевелилась, не в состоянии нарушить тот хрупкий мир, который они создали во сне, сами того не подозревая. Назефри прикрыла глаза и еще долго слушала его мерное дыхание возле своего ушка.

— Тебе не холодно? — вдруг спросил тихий низкий голос, едва очнувшийся ото сна.