Чтение онлайн

Его отец никогда этого не понимал. Хенк не пускал на кухню даже собственных родных, не говоря уже о посторонних людях. Он никогда не смог бы понять радость Стоктона, видевшего, как его ресторан меняется в соответствии со вкусами его клиентов.

— Но ведь в большом городе ты смог бы расширить свой бизнес. Уверена, «Растика» имела бы бешеный успех.

— Я много думал об этом и понял, что сейчас у меня есть как раз тот объем успеха, который мне нужен. Не все хотят постоянно расширяться, Дженна. Мне достаточно того, что я могу платить по счетам и жить своей жизнью.

— Значит, сейчас у тебя есть все, о чем ты мечтал?

— Практически. А у тебя? У тебя есть все, о чем ты мечтала, Дженна?

Она отвела взгляд:

— Ммм… Ну наконец-то последняя картофелина почищена и нарезана, можно ставить кастрюлю на огонь. Я ведь не хочу заставлять шеф-повара себя ждать.

Она понесла заполненную картофельными дольками кастрюлю к плите, но поскользнулась и чуть не упала. Стоктон едва успел одной рукой подхватить кастрюлю, а другой удержать Дженну за талию.

Его прикосновение обожгло Дженну огнем. Она не ожидала, что так отреагирует на это, и невольно отпрянула.

— Спасибо, — смущенно прошептала она.

— Все в порядке. — Кого он пытается убедить? Себя? Или ее?

— Пожалуйста, Стоктон, согласись быть поставщиком продуктов на дне рождения Эунси. Ты мне очень нужен, и не важно, что происходило между нами раньше.

Обиженный любовник в нем кричал, что не хочет иметь с Дженной Пирсон ничего общего. Кроме того, он только что провел два часа в компании Дженны, и все это время напряжение на кухне только нарастало. Как же они смогут работать вместе?

Но Стоктон смотрел на нее и видел напряжение в ее позе, взволнованную складочку между ее бровями и сжатые в кулаки руки. Только сейчас он понял, как непросто ей было прийти к нему и попросить о помощи. Когда-то они были близкими друзьями, всегда готовыми помочь друг другу. Может, поэтому он неожиданно почувствовал давно забытое желание заботиться о ней. Хотя его разумный внутренний голос все еще кричал о том, что он совершает ужаснейшую ошибку в своей жизни, Стоктон кивнул:

— Похоже, ты только что наняла поставщика продуктов.

Ужин был в самом разгаре, и Стоктон позволил себе полностью сосредоточиться на приготовлении заказанных блюд. Он резал мясо, смешивал соусы, тушил овощи… В общем, делал все, чтобы не думать об их с Дженной соглашении. За все это время они обменялись лишь парой фраз. В последний раз он послал ее в кладовую за новой порцией овощей, на время избавившись от ее присутствия. Конечно, когда-нибудь им придется поговорить, хотя бы для того, чтобы обсудить меню для дня рождения Эунси и ход организации его собственной вечеринки, но Стоктон собирался малодушно оттягивать этот момент как можно дольше, благо сейчас он был слишком занят.

Работа в «Растике» всегда была для Стоктона отдушиной, способом отвлечься, привести в порядок мысли. Когда ресторан только открылся, он на время забыл, что за дверями его «Растики» существует еще какая-то жизнь — все его силы были направлены на обустройство ресторана, рекламу, создание уникальной атмосферы, совмещающей домашний уют и шик элитного ресторана. Но когда лихорадка нескольких первых месяцев спала, он так и не смог вернуться к обычной жизни и по-прежнему посвящал изучению новых рецептов куда больше времени, чем встречам с друзьями и девушками. Но в последнее время Стоктону начало казаться, что в его жизни чего-то не хватает. Может, если бы у него было бы больше времени, он смог бы завести роман с кем-то, кроме ножа и разделочной доски. Именно желание снять с себя хотя бы бремя подготовки к первому юбилею «Растики» стало для него важным стимулом согласиться на предложение Дженны.

Внезапно воздух наполнился едким запахом гари. Заметив полыхнувшую огнем сковородку, привычный к критическим ситуациям на кухне Стоктон закрыл ее крышкой и, дождавшись, когда пламя потухнет, отправил ее в раковину, залив содержимое водой, и повернулся к смущенной Дженне:

— Что произошло?

— Думаю, соус бешамель придется готовить заново, — с извиняющейся улыбкой сказала она. — Прости, я думала, у меня все под контролем. Я, конечно, сказала, что умею готовить, но это не касалось кулинарных шедевров, которые создаются здесь.

— Что ж, теперь я могу быть уверен, что сжигать еду ты умеешь, — усмехнулся он. — Не расстраивайся. В первый раз всегда тяжело, но, если проработаешь здесь достаточно долго, войдешь в ритм с остальными поварами и будешь действовать почти автоматически.

От ее смеха по коже Стоктона побежали мурашки. Они были таким разными, но, похоже, какой-то злодей рассказал его гормонам, что противоположности притягиваются, и теперь они яростно тянули его к Дженне.

— Это значит, что у тебя никогда ничего не пригорает? — лукаво спросила она.

— Только когда я пытаюсь делать слишком много дел одновременно, но в работе повара это неизбежно. Нужно уметь готовить сразу три разных блюда, принимать заказы и исправлять чужие ошибки одновременно. — Он поставил на огонь чистую сковородку. — А теперь попробуй приготовить соус еще раз.

— Ты уверен, что не хочешь сделать это сам? Я ведь только что сожгла его.

— Все получится. Ты должна научиться готовить его сейчас, пока не начался новый наплыв заказов.

Тяжело вздохнув, Дженна бросила на сковородку кусок масла и, дождавшись, когда оно расплавится, добавила муки и мелко нарезанной зелени.

— Теперь возьми венчик и взбей его.

— Хорошо, — кивнула Дженна и начала мешать соус, чуть посторонившись, чтобы Стоктон мог добавить в него молока.

Сделав это, Стоктон осознал, что должен был дождаться, когда Дженна сделает это сама. Весь вечер ему удавалось держаться от нее на расстоянии — только так он мог сдерживать свое влечение и сохранять самоконтроль. Но сейчас, находясь всего в паре дюймов от нее, он понял, что не может думать ни о чем, кроме легких черных прядей, выбившихся из пучка, в который Дженна забрала свои роскошные волосы и упавших на ее нежную шею. Как бы он хотел прижаться губами к ее коже, ощутить, как мягкий шелк ее волос стекает по его пальцам, услышать, как когда-то шепчет его имя в порыве страсти…