Полуночный Прилив
Шрифт:
Брюс Беддикт нашел финеда Геруна Эберикта на Втором Ярусе. Тот смотрел на канал в окружении толпы привилегированных зрителей утреннего утопления. Через давку проталкивались букмекеры, принимая ставки и делая записи на глиняных табличках. Их голоса вздымались над возбужденным гулом собравшихся. Какая-то женщина взвизгнула и захохотала. Ей ответили мужские голоса.
— Финед.
К Брюсу повернулось спокойное, покрытое шрамами лицо, хорошо известное почти всем горожанам. Брови поднялись: — Поборник Короля. Вы как раз вовремя. Аблала Сани готов поплыть. Я поставил на ублюдка восемьсот доков.
Брюс Беддикт склонился над ограждением. Оглядел стражников и чиновников, толпившихся внизу. — Я слышал это имя, но не могу припомнить преступления. Вон тот Аблала? — Он ткнул пальцем в накрытого плащом и капюшоном человека, возвышавшегося над окружающими.
— Он. Полукровка — Тартенал. Поэтому к штрафному весу добавили две сотни доков.
— Что он натворил?
— Чего только не натворил. Три убийства, повреждение собственности, нападение, два похищения, проклятия, мошенничество, неспособность платить долги и хождение в голом виде. И все за один день.
— А, заварушка в квартале ростовщика Урума?
Преступник скинул капюшон. На нем не было ничего, кроме набедренной повязки. Кожа исполосована шрамами от кнута. Бугры впечатляющих мышц.
— Вот это да.
— Сколько же он понесет?
— Сорок три сотни.
Брюс и сам разглядел огромный мешок, привязанный к широкой спине. — Благослови Странник, он и двух гребков не сделает.
— В этом все согласны, — ответил Герун. — Все ставят на Молочение, Бульканье или Камень. Ни ставки на Прорыв.
— А ваша?
— Семьдесят к одному.
Брюс нахмурился. Такие ставки означают лишь одно. — Вы верите, что он прорвется!
При этом выкрике все головы повернулись к ним, шум стал еще громче.
Герун оперся на парапет, протяжно вздохнул, не разжимая зубов, так что раздался неприятный свистящий звук. — Большинство полукровок берут от Тартеналов худшие черты, — тихо пробурчал он. И усмехнулся: — Но не Аблала Сани.
Гул голосов раздался на всех ярусах, донесся и с другой стороны. Стража вела преступника к старту. Аблала сгорбился, сражаясь с весом мешка. У края канала оттолкнул стражников и повернулся.
Сбросил повязку. И пустил тугую струю.
Где-то вскрикнула женщина.
— Это тело подберут внизу, у Водоворотов, — благоговейно прошептал какой-то купец. — Я слышал, хирурги могут…
— Не хочешь заплатить за него пик, Вершок? — вмешался его компаньон.
— Я не нуждаюсь, Хальбат. На свой посмотри! Я к слову…
— А десять тысяч баб просто мечтают…
Внезапное шиканье. Аблала Сани повернулся к каналу. Вошел в воду. По колено. По грудь. По плечи.
Еще миг — и голова скрылась под грязной, вонючей водой.
Ни бульканья, ни молочения руками. Все, кто ставил на Камень, смотрели воронами. Толпа забурлила, люди собрались у букмекеров.
— Брюс Беддикт, каково расстояние?
— Сто шагов.
— Да.
Они все склонялись над парапетом. Еще миг — Брюс метнул на финеда недоумевающий взгляд. Герун кивнул на поверхность канала. — Следи за веревкой, приятель.
Веревка внезапно задергалась. Брюс увидел — как и все остальные, судя по гулу голосов — что она все еще разматывалась. — Он идет по дну!
Брюс понял, что не может оторвать глаз от мотков веревки. Дюжина ударов сердца. Две дюжины. Полсотни. А веревка все змеится, уходя в воду.
Крики и вопли достигли оглушающей громкости. Голуби взлетали с ближайших крыш, впав в панику. Любители ставок дрались с букмекерами, выхватывали таблички. Кто-то упал с Третьего Яруса и, к несчастью, разминулся с каналом на два жалких шага. Его тело недвижимо простерлось на камнях; подбежали очевидцы.
— Вот и все, — вздохнул Герун Эберикт.
На той стороне из воды показалась фигура. Грязь стекала ручьями.
— Четыре легких, приятель.
«Восемьсот доков. Семьдесят к одному». — Финед, вы богач, который стал еще богаче.
— А Сани стал свободным. О, я только что видел вашего братца. Теола. На той стороне канала. Он был в одной рубашке.
— Не стой так близко — нет, поближе, Шенд, чтобы ты смогла меня слышать, но не слишком близко. Мы же не знакомы.
— Ты совсем разум потерял, — ответила та.
— Может быть. Но ты его видела?
— Кого?
— Преступника, конечно. Полукровку, который все разгромил у Урума. Этот вымогатель сам напросился…
— У Тартеналов четыре легких.
— И у этого тоже. Надеюсь, ты не ставила?
— Презираю игру.
— Смешно, подруга.
— Так что с ним?
— Наймите его.
— С удовольствием.
— И купите одежду.
— А зачем?
— Мы нанимаем его не за телесные достоинства… хотя и за них тоже. Вам нужен телохранитель.
— Пусть хранит мое тело днем и ночью.
— Точно, Шенд. И на сегодня беседа окончена.
— Нет, не окончена, Теол. В полночь, в мастерской. Приведи Багга.
— Но все идет как надо. Нет нужды…
— Будьте там.
Четыре года назад финед Герун Эберикт в одиночку сорвал попытку покушения на короля Дисканара. Возвращаясь во дворец очень поздно, он наткнулся на тела двух стражников, охранявших дверь личных покоев короля. Магическая атака заполнила их легкие песком, вызвав асфиксию. Тела были еще теплыми. Дверь стояла нараспашку.