Полюс Света
Шрифт:
«Просто он мне завидует», думала она в расстроенных чувствах покидая лагерь «Ангстрема», окружённый чёрными флагами.
Глава 4
Райан направился домой и по-быстрому побросал свои шмотки в старую походную сумку. Она была совсем пустая, прямо как та, с которой он когда-то давно прилетел в Омикрон. Тогда на уме у него было лишь одно – смерть.
«Ничего не поменялось», думал Маршал, закрывая свою хижину на замок и направляясь в сторону полевого аэропорта.
«Если поспешить – я ещё сегодня буду в Омикроне… пожру, посплю, приму душ. Надо ещё успеть погулять по славным местам», в душе улыбался он.
Навстречу ему вышел Полковник, тот был слегка встревожен, если не сказать озадачен. Рома протянул ему руку для приветствия, и Райан её пожал.
– Видел твою Юльку… она была не в духе. Так быстро улетела, - сведя брови, проговорил Полковник.
«Чёрт», подумал Райан, не желая о ней сейчас даже думать.
– Мы расстались, я её послал. Пускай валит куда захочет на все четыре стороны.
– Чего?
– Не понял Полковник друга. – Думал у вас серьёзно.
– Это у вас там серьёзно с твоей гражданской женой. Она у тебя умница, в третий раз беременная ходит. А у нас так, интрижка. Всё, не напоминай мне больше об этой.
– Ладно, но мне-то как старому другу, скажи, что случилось. Что она натворила-то?
– Просто она дура, на которую я потратил слишком много времени, а у меня, как знаешь, с этим не очень. Ошибкой было с ней связываться. Как говорится: дурному – хорошо и одному.
– Ну не знаю, как-то это неожиданно. Вы такая красивая пара. И Юлька девушка такая… ничего, - он попытался руками показать её большие сиськи, но вспомнив что у Юли нулевой размер просто опустил руки.
– Ну и хрен с ней, - махнул Полковник.
– В точку, - ответил Райан. – До аэропорта проводишь?
– Конечно, - вскинул брови Роман, и они вместе направились по тропинке ведущей в полевой аэропорт Ангстрема.
– Ты всё, с концами? – Спросил Полковник.
– Я уже говорил.
– И не вернёшься.
– Зачем, - пождал плечами Маршал, глядя в серую даль. Он посмотрел на друга и похлопал того по плечу. – Хочу, когда всё случиться, быть в родных стенах. Они же, как известно, помогают.
– Ты про наступление? – Спросил Рома, но Райан не ответил.
Они поднялись на пригорок, вдали сиял своими белоснежными куполами аэропорт. Там было несколько транспортников и парочка судов поменьше. На одном их таких Райан скоро отправится в свой последний путь.
Рома посмотрел на него и протянул руку:
– Дальше не провожаю, - сказал он.
– И не надо, - в очередной раз пожал ему руку Маршал.
– Для меня была честь жить с тобой в одно время, капитан.
– Да что ты всё время меня хоронишь, - хмыкнул Райан и, закинув сумку на плечо, по узкой тропе направился в аэропорт.
А Рома остался стоять. Он несколько секунд смотрел на отдаляющуюся фигуру Маршала, а после прокричал ему вслед:
– Я документы не отправлял. Ты остаёшься лидером ОТГ «Ангстрем» до последнего вздоха. Прощай командир! Прощай!
Райан его уже не слышал, он ковылял по тропинке, протоптанной среди пустынных сухотрав в направлении сияющего белым купола портативного аэропорта. Не все транспорты помещались в башне комбината, и омикронцам пришлось строить свой лагерь и свой аэропорт рядом с ним. Вот только линию обороны по настоянию Якова они так и не стали создавать, не хватило времени. Хотя всё ещё впереди.
Дул приятный тёплый ветерок, а пустыня шипела, издавая странные звуки. Их можно было слушать вечно и находить в них каждый раз что-то новое. Это пустыня и стала родиной Райана Маршала.
«Родина не там, где родился, - думал он. – Моя родина – Омикрон», и сердце отдавало в груди приятным теплом.
О Юле он думать не хотел. Лишь на секунду вспомнив:
«Зазвездившаяся сучка… решила, что она целым миром командовать может…» Но тут же поспешил выбросить её из головы. Он выбросил из головы всё, что мешало наслаждаться пустыней.
Райан смотрел в сереющую даль и думал о вечном.
«Где-то там, за горизонтом, целый бесконечный мир. А я лишь крохотный ангстрем, песчинка в этом пространстве времени. Ничтожество в тени бесконечности». Такие мысли успокаивали. Он сделал в этой жизни всё. Остался в памяти своего поколения.
«Мне памятник поставят… может даже улицу назовут моим именем. А значит всё было не зря».
В раздумьях он подошёл к аэропорту, где его встречал опущенный шлагбаум.
Навстречу вышел начальник охраны и отдал честь:
– Капитан.
– Вольно, - лишь приложив к виску руку, Райан отбросил её. – Полковник должен был предупредить.
– Он предупреждал. Ваш транспорт ещё не прибыл.
Райна глянулся по сторонам. Ему не улыбалось последние часы провести в «зале ожидания» посреди пустыни, где и кресел-то нормальных нет.
– Может есть другой? – Вопросительно посмотрел на него Райан.
– Сейчас, сейчас подождите минуточку, сейчас, - засуетился тот.
Он принялся куда-то звонить. Стал на кого-то кричать, наводя шороху.
А Маршал смотрел на это и думал:
«Как был бардак в Омикроне – так и остался. И ничего ты изменить не смог».
К шлагбауму подъехал армейский джип за рулём которого сидел запыхавшийся Эдик.
Он подбежал к Маршалу и отдал честь:
– Виноват, виноват капитан, что сам не предложил. Идём.