Помогайка
Шрифт:
– Ну и дела, – протянула Калина, – бывает же такое!
– Ну вот! А ты ревешь из-за пустяков! – ласково пожурила подругу Таня. – Представляешь, как им сейчас хреново? Особенно женщине! Она, наверно, уже размечталась о том, что купит, а…
– Слушай, Таня, – перебила ее Калина, – а ты когда это все увидеть успела? Я вот никогда ничего такого не вижу, все на твою долю достается!
– Когда ты фотографии искала, а потом перемигивалась с той женщиной!
– Не перемигивалась я, – обиделась Калина, – а подавала сигналы. Надо же было мне как-то обратить на себя внимание!
– Ну хорошо, хорошо, – примирительно похлопала подругу Татьяна, – самое главное, что мы уже в Китае! Сейчас передохнем, умоемся и ну сумки шмотками наполнять! Все, подымайся, мы приехали. Вперед, в гостиницу!
Глава четвертая
Убийство
Гостиница, где остановились Калина и Татьяна, называлась просто и незатейливо: «Ромашка». Калина быстро привела себя в порядок и минут через десять была уже готова. Выйдя в коридор, она долго ждала подругу у лифта, пока ее терпение не лопнуло. Вернувшись в номер, она хотела высказать, все что наболело, но застала подругу за странным занятием: Татьяна осматривала стаканы, считала полотенца и высматривала, нет ли пятен на постельном белье.
– Таня, – недовольно проворчала Калина, – ну неужели нельзя это сделать потом? Все равно, если обнаружишь, что чего-то в номере не хватает, то ничего куне не докажешь!
– Как это не докажешь?! Сейчас все осмотрю… Ты что, уже забыла, что за трещину в стакане, которым мы даже не пользовались, нам пришлось в прошлый раз уплатить пятьдесят юаней?!!! Красная цена этому стакану – пять юаней, а они.…Вот, нашла, – возбужденно закричала Таня, – видишь пятно на матрасе? А скажут, что мы испачкали! Зови куню!
– Может, не надо? – все еще надеясь на лучшее, возразила Калина, – там и куни-то на этаже нет. Во всяком случае, пока я сидела у лифта… Тань, мы по магазинам пойдем сегодня или нет?
Не обратив внимания на последние слова Калины, Таня выскочила в коридор, и, нисколько не стесняясь, начала выкликать куню. Кричала она громко и отчетливо, так, что, наверное, было слышно на всех десяти этажах гостиницы. Куня не появилась, зато было слышно, как зашебуршали и забубнили в своих номерах соотечественники. Калине было безумно стыдно, но Таня не успокаивалась. Она кричала до тех пор, пока запыхавшаяся куня не подбежала к Татьяне. На резонный вопрос, что случилось, Таня отвечать не стала, подхватив под локоть китаянку-блондинку, она ввела девушку в номер и почти торжественно показала той пятно на матрасе. Оглядев пятно, китаяночка кивнула и хотела выйти из номера, но не тут то было. Таня загородила собой выход.
– В ванной убери: там на полу валяются два грязных полотенца! И поменяй постель!
Полотенца были тут же убраны, а вот постель куня менять наотрез отказалась, мотивируя это тем, что до подруг в этом номере жили их соотечественники. Понадобилось много шума и угроз, прежде чем недовольная куня поменяла постельное белье. Калина участия в военных действиях не принимала, да этого и не требовалось: подруга, закаленная в боях с гостиничным персоналом, казалось, получала удовольствие, одерживая победу за победой, тогда как Калине хотелось просто провалиться на месте. Выйдя в коридор, Таня стала призывать в свидетели соотечественников, которые почему-то тут же затихли в своих номерах. Впрочем, победа была одержана, и настроение деве-воительнице уже никто не мог испортить. Вернувшись в номер за подругой, она сказала:
– Калина, ну сколько можно плакать? Все утряслось! Ну что еще случилось?
– Больше я сюда не поеду, – пытаясь успокоиться, медленно проговорила Калина, – каждый раз, возвращаясь домой, я забываю про все плохое. И каждый раз, приезжая сюда, – Калина разрыдалась в голос, – приезжая сюда…
– Ну ладно тебе, – прижав подругу к необъятной груди, прошептала Таня, – все будет хорошо! Ну что такого страшного случилось?
– Ты же знаешь, как я ненавижу все это, эти разборки! Это все низко, недостойно человека!
– Калина, а ты знаешь, что мы на обед опаздываем? – вдруг спохватилась Таня, хотя до оговоренного «времени икс» было еще полчаса. – Варвара опять будет на нас злиться! Иди умойся и побежали!
Калина ушла в ванную, а Таня еще раз пробежала глазами по номеру. Придраться было не к чему: куня ликвидировала все, что могла.
Спустившись на первый этаж, Калина боязливо оглядела вестибюль. Но все было тихо: китайцев, пытавшихся навязать свои услуги даже наперекор желаниям приезжих, не было. Таня все еще стояла в лифте, не в силах расстаться с разговорчивой китаянкой-лифтершей.
Наконец, лифт пошел наверх, а Таня подошла к подруге.
– Бедные девчонки! Нигде нам, женщинам, хорошо не живется! Представляешь, целый день, с восьми утра до шести вечера, на ногах – стоит здесь в лифте и…
– Тань, ну сколько можно? Ты мне уже столько пересказала душещипательных историй про бедных китайских девушек, что можно книгу написать! Неужели тебе интересно?
– А знаешь, как ее зовут, – не обращая внимания на брюзжание подруги, воодушевленно проговорила Таня, – ни за что не догадаешься! Ее зовут Тоня.
– И имя ей дала, конечно, русская учительница! Так же, как всем остальным Ирам, Аням, Машам и Борям.
– Нет, ну с тобой сегодня совершенно невозможно разговаривать, – терпение у Татьяны, наконец, лопнуло, – пойдем, может, после обеда подобреешь и успокоишься!
Обедали в ресторанчике, где блюдом дня были морепродукты. У Татьяны разбежались глаза, она с азартом потерла ладони. Калине же, как всегда, было все равно. Она относилась к пище равнодушно.
– Куня, – позвала официантку Татьяна, – мне тут не совсем понятно в меню! Сколько стоит блюдо с креветками? Двадцать юаней?
– Сейчас, – на ломаном русском ответила девушка, – я у хозяина спрошу!
Через несколько минут девушка уже стояла возле столика.
– Это старое меню, – сказала она и замолчала.
– И что, – спросила Таня, не дождавшись продолжения, – креветки-то сколько стоят?
Куня открыла меню и поднесла свой остро заточенный ноготок к строке меню.
– Тут написано, – чуть раздраженно пояснила она, недовольная тем, что ее «совершенный» русский не понимают, – читай!
– Тань, – встряла в разговор Калина, – пойдем в другой ресторан, их тут туча!