Чтение онлайн

– Капитан Леанусье, – вывел меня из мрачных фантазий тяжёлый грудной голос, принадлежавший парню в латах. – Я очень сожалею о своей просьбе, многоуважаемый монсеньор, но не изволили бы вы иметь милость смочь позволить себе посвятить меня, чтобы я, недостойный, узнал…

– Бруно! Мать твою! – взорвался усач, чем сильно напугал своего спутника, который, пытаясь выговорить витиеватую фразу, даже закрыл глаза от усердия. – Не позорь меня перед людьми! Какой я тебе «монсеньор»! Да и вообще – я тебе сколько раз приказывал перестать пользоваться этим быдлячим штилем! Нормально говори: что ты хочешь? Связался с му… с аристократом на нашу голову.

– Ну… я это! Дядь Лех… – смутился и даже покраснел парень, в голосе которого тут же прорезалось что-то простое и деревенское, – а кто такие «Гневные Кроуны»?

– Клоуны, Бруно. Клоуны! Клоуны это что-то типа шутов.

– Э…

– Мать… Скоморохов. Ты их в родном селе на ярмарке должен был видеть…

– А!! – в протяжном, как будто пришедшем из бочки звуке чувствовалось узнавание. – А чё? Дядь Жако хотел плясульки устроить? Это я люблю! Я б Маришку тогда пригласил бы…

– Уй болван… – с тяжёлым вздохом прошептал капитан Лех и провёл ладонью по своему лицу сверху вниз, дёрнув под конец самого себя за усы. – Бруно, мальчик мой. Даже если бы Жако устроил праздник, к баронессе Мари тебя не подпустили бы и на пушечный выстрел!

– А чё так! – искренне удивился парень, хлопая глазами. – У нас в деревне на танцульках даже жонка священника баба Муся со мной отплясывала. Не брезговала да, и на сеновал потом сама меня позвала!

Парень смутился сказанному и, отведя глаза, залепетал:

– Ну это… Крыша у неё на сеновале, видать, прохудилась. Вот она и… а я пока за инструментами ходил, отец Евген из ратуши вернулся. Разозлился почему-то. Сказал, что им моя помощь не нужна, и прогнал со двора. Но я не вру! Баба Муся со мной танцевала! Так принято! Это по правилам! Так почему же Маришка-то не…

– Бруно… – терпение усача, похоже, было на исходе и только наше присутствие не позволяло ему перейти на крик, а вот сопровождающая эту парочку тройка бойцов с топориками уже откровенно ржали. – Послушай, Бруно. Сколько лет ты уже живёшь в этом замке?

– Ну… Раз… Два, три, шесть… – принялся загибать пальцы парень.

– Четыре, пять! – поправил его капитан. – Пять лет. И ты до сих пор не понял, что ты не в своей деревне?

– Но правила! – возмутился латник. – Есть же правила! Танцуют все…

– Идиот… А! Не важно, – отмахнулся от него мужчина. – В любом случае – никакого праздника Жако не планировал.

– Как это не планировал! – возмущению парня не было предела. – Так ведь скоморохи-то!

– Бруно… – почти прорычал капитан, зло глядя на подрагивающие плечи эльфа, прислонившегося лбом к круглому боку флегматичного гобика, и сам еле сдерживая рвущийся наружу смех.

В сложившейся ситуации, похоже, не веселились только мутант, Юна да я. Первому вообще было наплевать на то, что происходит вокруг него, ламия в силу своего возраста, похоже, не понимала, о чём говорят эти люди, а я как-то не привык смеяться над откровенно слабоумными. Еле сдерживая на лице суровую маску, капитан повторил:

– Бруно. «Гневные Клоуны» только притворяются скоморохами. Да, они красят свои лица белой краской – но не для того, чтобы смешить селян, а чтобы пугать врагов. Именуя себя клоунами, они носят пёстрые одежды и бубенцы, отвлекающие их врагов. Мальчик мой – это суровые люди. Настоящие убийцы, берущиеся за любые, даже не совсем законные дела. Именно поэтому Жако хотел нанять их для рейдов на территорию Святой Земли…

– Незаконные это плохо! – стукнув себя по нагрудной пластине, прорычал парень. – Неправильно это, не по порядку…

– Знаешь, что, Бруно, – произнёс капитан.

– Что? – удивлённо спросил парень.

– Заткнись. Просто заткнись.

– Но я же не… – начал было тот.

– Каждое следующее слово будет стоить тебе пяти палок.

– Я же рыцарь! – удивлённо произнёс парень, хлопая честными, наивными глазами. – А рыцарей палками не наказывают.

– Ты не рыцарь, Бруно… – ответил ему капитан, показательно загибая пальцы. – Ты всего лишь оруженосец.

– Но…

– Сорок пять палок, мой мальчик. Ты наговорил уже на…

– Молчу! – Бруно, в рокочущем голосе которого читался испуг, быстро заткнул своими лапищами рот.

– …уже на пятьдесят палок, – улыбнулся сквозь усы капитан. – У тебя сегодня будет не самая приятная ночь. А вы чё ржете, салаги! А ну сми-и-ирно!

Рявкнув на своих совсем уже распоясавшихся подчинённых, капитан вновь обратил внимание на нас. А точнее на меня.

– А что ж это вы, молодой человек, не веселитесь? – то ли с упрёком, то ли с уважением спросил усач, переводя взгляд с меня на трясущегося от беззвучного смеха Гуэня и обратно.

– У меня дома не принято смеяться над убогими, – ляпнул я первое, что пришло в голову. – Плохой вкус, знаете ли.

– О! – капитан поднял вверх указательный палец и сказал: – Народная мудрость. Откуда ты, сынок?

– Я… – ответить я не успел, так как отсмеявшийся Гуэнь перебил меня:

– Он из Руксзкхемии, – вытирая слёзы, сообщил эльф. – Баронство такое…

– Губерния, – ехидно поправил я ушастого приколиста, похоже, совершенно забывшего, что было изображено на моей карточке.

– Ну да – губэреня, почти у самого подножья Трона, – ничуть не смутился контрабандист, продолжая вешать лапшу на уши капитану. – Скажу тебе, приятель, – местные там жуткие зануды и формалисты!

– О… – Лех, похоже, удивился. – Не знал, что там кто-то окромя змееборцев живёт. Так ты его там нанял?

– Не… – Гуэнь замялся.

Издав тяжёлый вздох, поведал капитану душещипательную историю о том, что бедный, несчастный я был отбит благородным ушастиком у самого шевалье Нирра. Тот, мол, уже, по моим словам, напал на мирный караван, тянущий возы с хвостами наг в Серентию. Меня взяли в плен, семью – злостно перебили, а сами тут же отправились на охоту на его Гуэня карликов. Но стоило только непревзойдённому воину и вообще герою среди детей Эльматэрацу вызволить меня из пут злобных приспешников потерявшего берега феодала и вооружить меня первым, что попалось под руку, как я, вдохновившись, проявил чудеса героизма.