Чтение онлайн

Судя по голосу и манере речи к разговору присоединился один из возничих. Стражники в Боротно практически все были юнцами, лишь двое разменяли третий десяток, окромя Лютомира. Да и не брали никого из обозначенных с собой.

— У нас. — поправил его первый. — Ты же сам сказал, что оставаться решил.

Не смотря на дремучую древность Тимофей не мог не признать, что многое для развития региона уже происходит и большое влияние на это оказывает именно централизация власти, а точнее даже этот банальный сбор дани. Именно благодаря ему поддерживается и более менее развивается торговля и хоть какие-то отношения между дальними поселениями. Чем Тимофей сейчас и старался воспользоваться.

Не сказать, что сборщиков налогов ждали с нетерпением и желали отдать им трудом и потом заработанные копейки, а точнее шкуры, металл и продукты, но в то же время этот стабильный ежегодный обход позволял деревенским жителям лишний раз расторговаться. Приобрести то, что им нужно, что возможно отдали в качестве оброка в предыдущих селениях, отдав мелкие излишки собственных трудов. Не сказать что это многих интересовало, но и свои энтузиасты находились почти в каждом поселении, даже в самых мелких на три-четыре двора.

Единственное, чего не учёл Тимофей, решив воспользоваться своим положением, это то, что до него практически никто не интересовался, так сказать, негабаритом. Грузом, который тяжело забрать. Нет, конечно из одной деревни в пару десятков человек вывезти всё, что они хотят продать, не сложно. В принципе с такой задачей может справиться и привычный боярский отряд. Но если таких деревенек на пути будет не один десяток? Не будут же они каждый раз метаться туда-сюда. Нет, их цель объехать всех за один раз и привезти самое ценное. Тимофей же серьёзно замедлял данное мероприятие.

После посещения первой разоренной деревни дальше всё пошло более менее хорошо. Они приходили, заселялись в бани, амбары и сараи, разве что для Тимофея и Мишки предоставляли комнаты или даже целый дом один раз. Два или три дня задерживались, ведя торг и собирая интересующую парня информацию, а затем двигались дальше. Иногда удавалось закончить свои дела и за сутки, но на ночёвку оставались всегда. Какая-никакая крыша над головой в любом случае лучше походных условий.

— Как же всё это муторно. — под нос пробурчал Тимофей от скуки перечитывая свои записи, составленные по итогам посещенных деревень.

— Не быстрое дельце, но прибыльное. — откликнулся покачивающийся в седле рядом Мишка, неодобрительно посматривая на Тимофея, перебравшегося на время в сани.

Главным в данном походе Яков Прокшинич естественно поставил своего верного холопа, а не Тимофея, что по началу того несколько расстроило, но затем даже обрадовало. То что к карманам сборщиков во время такого задания прилипает немало интересностей попаданец из 21 века почему-то сообразил не сразу, видимо слишком сосредоточился на открывшихся перед ним возможностях. Когда же дошло до дела, его роль состояла лишь в описи и оценке предоставленных товаров. Обо всём остальном «позаботился» Мишка, лучше сведущий в местных нравах.

— Не многовато ли получается? — с сомнением спросил Тимофей, который от скуки сидел и высчитывал, сколько получалось поборов с двора, одного взрослого мужчины или на каждого отдельного члена семьи.

Задерживаясь в каждой деревне любопытный молодой человек старался узнать как можно больше про жизнь людей вне его привычного маленького мира, который он старательно выстраивал вокруг себя, но который, как оказалось, всё-таки не очень устойчив к современным реалиям. А возможно и к любым другим.

— Так заведено предками, не нам их судить. — пожал плечами десятник.

— И как ты определяешь, сколько нужно взять с какого двора? — без особого интереса спросил Тимофей, желая больше поддержать начавшуюся беседу, чем получить ответ, который он скорее всего и так знал.

— Кто как живёт, какой у него инструмент, во что одет, какие речи ведёт, да там много всего. Походишь с моё, так и сам примечать начнёшь, много от тебя утаили, али сойдёт. — беззаботно ответил воин. — У дядьки Лютомира можешь поспрашивать, он много всяких мелочей подмечает, да нас учил.

— Так то всё примечаешь и не ошибаешься? — ухмыльнулся Тимофей, бросив взгляд на постепенно распухающие сумки на крупе его заводной лошади.

Не сказать что там скопилось великое богатство, но в накладе десятник явно не останется. Отовсюду по чуть-чуть и Мишка с парой своих подчиненных получит солидную премию за свои старания. Главное в этом деле не слишком наглеть, возможно с этой целью и был отправлен Тимофей, уже прославившийся на всю округу своей нездоровой тягой к честной уплате налогов. Но у того были совсем другие причины так поступать, не особо перекликающиеся с какими-то моральными принципами. Это нужно для дела, что он и повторял своим мастерам, когда те начинали халтурить с отчетами, добавляя ему работы.

Позже, возможно, у него получится скинуть часть подобных забот на других людей, но пока необходимо делать всё с максимально возможной в этой ситуации точностью, деваться было некуда. Хотя даже так по мере роста огрех вылезало всё больше и больше. Вроде бы вставшее на ноги его «предприятие» всё ещё было очень нестабильно на его взгляд. От чего он и решил избавиться от лишних ртов, отправив их на собственное обеспечение.

Совсем избавляться от людей было бы серьезной ошибкой. Их труд иногда необходим, но далеко не на постоянной основе. Да и какая-никакая торговля внутри Боротно продолжала идти. Тимофей даже думал начать печатать бумажные деньги для внутреннего оборота. Тем более что бумага сейчас стоила очень серьезные суммы, а ему нужна была мелочь. То есть на первых порах никакого обесценивания возникать не должно, а он уже мог себе позволить выпустить «купюр» хотя бы на десяток гривен серебром с их обеспечением реальным металлом лежащим в загашнике.

Но подобное могло привести к слишком большому количеству негативных последствий, причем ни разу не экономических. Если боярин решил спустя рукава смотреть на пусть медленное, но производство оружия и доспехов, тренировку стражи, которая хоть и использовалась для охранения товаров, но всё равно набирала силу, а князья не могли вмешиваться во внутренние дела боярских кланов, особенно больших. То вот печать своей монеты — это уже заявка на совсем другой уровень. За такую наглость его по головке не погладят не только высокие, но и самые близкие начальники по сословной лестнице.