Чтение онлайн

— Отлично. И рабыня нужна для чистки одежды.

— Только для чистки?

— Да, лишь для неё.

Ожидать какого-то люкса в таком непрезентабельном заведении было бы глупо, и всё же комната оказалась вполне приличной, правда, близко к лестнице, и шум из продолжившего веселье зала слышался отчётливо.

— Я поставлю на всякий случай сигналку. — предупредил Андрей десятника. — Так что, имей в виду.

Им надо было отдохнуть, и беседовать они не стали. Всё, что нужно, уже друг другу сказали.

Месяц назад выяснилась случайно ещё одна способность стихии тени. Подруга могла работать и будильником. Достаточно было её попросить разбудить через определённое количество часов, и точно в указанное время она затягивала своего адепта в слой сумрака, где дуновениями освежающе-холодных теневых сгустков моментально прогоняло сон.

" — Привет, подруга." — поздоровался Андрей с тенью.

Попросить о побудке он не успел. Сумрачная Джиса первой попросила её развлечь.

" — Про Машу. — она села в возникшее под нею кресло. — Ту историю, где она свою копию-дикарку из далёкого прошлого встретила".

" — Я же тебе её четыре раза уже показывал? Сама можешь уже себе рассказывать".

" — Ещё хочу. У тебя лучше получается".

Пришлось Андрею снова вспоминать мультипликационные картинки, как Маша с Медведем обнаружили проход в каменный век и встретили там своих древних двойников.

Когда девочка-дикарка, не освоившая ещё разборчивую речь и изъяснявшаяся только гласными буквами, крутилась перед зеркалом и вместо Машиного «до чего ж я хороша» произнесла «оеоя ооа», тень опять зашлась в беззвучном смехе.

" — Мне правда надо отдохнуть", — сказал адепт своей стихии по окончанию сеанса.

" — Конечно. Прости, что так вот. Мне скучно без тебя здесь. Я разбужу." — тень вытолкнула адепта из сумрачного слоя, считав нужное время побудки из его сознания.

Гурса можно было провести к навани с помощью магии тени, только Андрей не захотел раскрывать ему это своё умение. Вот если бы бывший десятник согласился стать лейтенантом реевской дружины, тогда мог бы и познакомиться с путешествиями сумрачными путями, но, увы, Гурсу и Анду пока не по пути.

— Вам не нужно идти со мной до порта, ол. — сказал мастер меча, когда они ещё до рассвета принялись одеваться на выход. — Днём агенты не рискнут при всех на меня нападать, даже если проснулись и выбрались уже из склада. Дело даже не в том, что они боятся огласки. Я их легко разделаю всех четверых. Подготовка агентов в боевых умениях крайне слабая.

— Знаешь, как-то так я привык, что стараюсь доводить начатое до конца.

Городские ворота зимой открывались на час позже, чем летом, поэтому, нашлось время и на завтрак.

Из трактира они вышли с началом рассвета. Идти им пришлось через тот же проулок, где ночью состоялась схватка с оборванцами. Трупы конечно же никто ещё не убрал, но раздеть раздели. Кому-то и рваньё с полурастрескавшимися деревянными чоботами трофеи.

— Теперь ты иди вперёд, а я в сотне шагов следом. — Андрей вернул себе свой настоящий облик. — Прикрою до твоей посадки в шлюп. Давай попрощаемся, и, Гурс, помни, как надумаешь вернуться, моё предложение будет в силе.

— Спасибо, Анд, я никогда не забуду то, что вы для меня сделали.

— Говорил уже. Зачем сто раз повторять? — ол Рей притянул десятника, коротко приобнял и оттолкнул. — Удачи.

До самых Припортовых ворот людей почти не встречали, зато пройдя через арку увидели, что гавань уже проснулась. Немченко пришлось подождать, пока Гурс сможет пройти в разрыв между колоннами звенящих цепями гребцов, которых гнали на уткнувшиеся носами в берег галеры.

Парусники стояли на рейде намного дальше, чем в Нагабине. То, что раньше было преимуществом Фожа — прибрежное мелководье, позволявшее причаливать плоскодонным судам, теперь мешало принимать в заливе достаточное количество океанских кораблей. Впрочем полтора десятка их покачивались на волнах, а трое уже начинали ставить паруса, готовясь к отплытию.

Гурса ждали. Вернее, не его одного, но и его тоже. Десятник ещё сходил в какой-то пакгауз, откуда вернулся с небольшим заплечным мешком, а затем подошёл к шлюпу. Поискал глазами ола Рея, нашёл и поднял руку в прощании.

— Семь футов под килем. — негромко пожелал ему землянин и напрвился к южному мысу, чтобы получше осмотреть порт.

Сюда надо наведаться летом или хотя бы весной-осенью, понял он, плотнее укутываясь в плащ, спасаясь от порывов ледяного ветра.

За час набравшись впечатлений, он отправился назад в город. Едва пройдя через ворота, столкнулся с Сандом и Нарной, едва сдержавшись, чтобы не рассмеяться — такой заполошный, смешной вид у них был. Торопились к причалам.

Ну-ну, птичка уже давно улетела из клетки, Немченко мог бы засвидетельствовать, что лично видел, как бриг выбирал якорь.

— Ой, простите, ол. — Нарна, освобождая дорогу верховому десятнику городской стражи, нечаянно столкнулась с землянином. Разумеется, ей и в голову не могло прийти, что этот молодой красавчик — корень всех её неприятностей, большая часть которых ещё впереди. — Я не заметила…

— Ничего-ничего. — Андрей прикоснулся к плечу младшего агента. — Такой милой девушке всё можно простить.

Та натянуто улыбнулась и поспешила догнать своего напарника.

Гремшик и Лииток были собраны, ждали своего господина. Утомившись от ходьбы, Андрей распорядился седлать коней, и к выбранному для покупки зданию они направились верхом.

Двухэтажное каменое строение с коньковой черепичной крышей олу Рею понравилось. Он обошёл первый этаж, где располагалась лавка по торговле тканями, осмотрел жилой этаж с пятью комнатами, широким коридором и кладовой, не поленился подняться на чердак, напугав воркующих там голубей. В подвал не полез, рассудив, что ничего интересного там не увидит.