Попала!
Шрифт:
Пока перепрягали лошадей, Дэртис разослал по разным направлениям нескольких вестовых — предупредить о пятой колонне. Мы погрузились в карету. Арвис по-прежнему буравил меня глазами. Я поймала его взгляд, пожала плечами и чуть улыбнулась. Он тоже улыбнулся. Клыками.
Почувствовала, что начинаю сердиться: «А ты что хотел? Чтобы я тебя бросила?»
Уставился на меня: «Ты не имела права рисковать ребенком!»
Вот блин! Сам ради верности дружбе готов был оставить этого ребенка сиротой. А меня — вдовой. А теперь нотации читает!
Прищурилась: «У нас, когда женятся, дают клятву: быть вместе в радости и скорби, жизни и смерти. Ты сам сказал, что я тебе — больше чем жена. Или это — неправда?»
«Эриналэ…»
Ага, эриналэ. Гррр!
«А сам солгал мне! Ты думал, каково мне будет, когда я пойму, что ты не сможешь перепрыгнуть ко мне, потому что слишком далеко? Хуже того, ты с самого начала не собирался этого делать! Как ты мог!»
«Эриналэ…»
Хлюпнула носом. Нахохлилась и отвернулась.
Арвис одним движеньем переместился на мое сиденье, обнял за плечи.
«Ну, что ты, ну не плачь…»
«Руку дай!» — отозвалась я. И положила его длань в бурых пятнах себе на живот. Малыш, будто понял мою задумку, дал хорошего пинка. Как он вовремя! У меня растет Бэкхем с мозгами Эйнштейна!
«Это?!»
«Да!»
Ну вот, разобрались… больше, похоже, сердиться на меня не будут. А если б не Тиабр, с интересом разглядывающий нас с сиденья напротив, может быть, меня бы даже поцеловали.
— Тиабр, отвернись! — скомандовал мой эриналэ.
Блондин горестно вздохнул и зажмурился.
Глава 34
Если желаешь, чтобы мир изменился — сам стань этим изменением.
К ставке мы прибыли за пару часов до заката. И узнали, что первое столкновение уже состоялось. Еще на подступах к земляному валу в дальней части долины. Наши обстреляли головной отряд талисийцев из легких пушек картечью, заставив тех отступить. А пока Биарсий, которого наш дозорный разглядел с воздушного шара из подзорной трубы, готовился к штурму вала, и пушкари, и пушки при помощи лебедок, веревок и егерей уползли на горы. Откуда и дали прощальный залп, снова смешав военные порядки шиарда.
Эта выходка, хоть и не нанесла врагам существенного урона, позволила выиграть несколько часов. Так что мы успели вовремя. По подсчетам, сделанным с шара, получалось, что на нас прет целая полноценная армия — пять конных полков по тысяче лошадей в каждом, со всадниками в кирасах, вооруженными копьями и палашами. Счастье, что до ручного огнестрельного оружия Талисия пока не доросла. Зато пушек хватало — насчитали больше сотни орудий, по восемь в батарее. Остальные войска были пехотой — десяток больших, по паре тысяч солдат в каждом, полков, ощетинившихся местной разновидностью алебард.
Да, шиард Биарсий собирался воевать с нами всерьез.
Сейчас мужчины сидели вокруг стола с картой, одновременно снова проговаривая порядок действий и не закусывая, а просто-таки пожирая жареное мясо, истекающее розовым соком. Ясно — и Арвис, и Тиабр потеряли много крови — надо восстанавливаться. Мне бы так — меня от одного взгляда на это мясо начинало тошнить.
Единственным моим вкладом стало, что я напомнила про пятую колонну. Дождалась, пока Арвис отдаст приказы отбить телеграмму в Риоллею, прочесать местность и занять оборону с тыла, и отползла на стоящую в углу койку. Интересно, а удобства тут где? Поймавший мою мысль Арвис прищурил глаз:
«Вон одеяло в углу на стене видишь? За ним тупичок с ведром».
Ну и хорошо! Пусть ведро, зато ни один талисиец точно туда не прорвется, застав меня врасплох!
Когда срочные приказы были отданы, незнакомый мне военный зачитал свежую сводку событий, пришедшую с прибрежной полосы. Там все прошло по плану. После гибели половины корпуса от ночной газовой атаки враги все же пошли вперед — наверное, верили в свой десант, помощь кораблей с моря и мечтали отомстить. Еще треть умерла днем по дороге. Остальных смыло селем при переправе через Осваю. Немногих выживших добили егеря.
И — главное! — из наших не погиб никто! Несколько человек получили ранения и ушибы, когда рванула перемычка, запруживавшая Осваю в горах, — с количеством взрывчатки мы переборщили. Но и Марис, и остальные были живы!
Теперь предстояло подождать, когда фосген точно распадется и развеется. Тут все дружно считали, что лучше перебдеть, чем недобдеть. А то глотнешь — а на следующий день умрешь от удушья. Трупы можно и потом собрать… им уже хуже не будет. Но главное, что прибрежная полоса даже после всех катаклизмов осталась чистой — поэтому мы там и не стали использовать горящую нефть и прочий экстрим. А в планах на будущее значились дорога по горам для егерских отрядов и полоса укреплений с артбатареей у дальних отрогов гор. После этого к нам из Талисии таракан не пролезет и моль не пролетит!
Оставалось только одно дело — разгромить двадцать с лишним тысяч человек, которые сейчас маршировали в нашу сторону по Коровьему седлу. Соотношение сил — на каждого нашего пятеро их. Но у нас преимущество в технологиях и масса заготовленных сюрпризов.
Арвис однозначно полагал, что Биарсий попробует взять нашу вторую полосу укреплений с наскока. Шиард славился взрывным характером, жесткостью, переходящей в жестокость, и привычкой хотеть всего и сразу. Проволочек Биарсий не терпел. Вот и сейчас пехотинцы, как усердные муравьи, тащили на себе вязанки хвороста — так называемые фашины — и сколоченные из дерева лестницы.
Наши укрепления были слишком длинными и низкими для обороны — почти километр протяженностью и всего-то в двенадцать — пятнадцать локтей высотой. Снаружи, для защиты от обстрела, навалены мешки с песком. Ничего особенного — ни на первый взгляд, ни на второй. Казалось, наступающая орда просто перемахнет через этот штакетник, не сбив шага.
Казалось…
Потому что изнутри Борадис с родичами превратили эту полосу в нечто невообразимое. Незаметные снаружи, из щелей между мешками, из трещин камней, из зазоров между бревнами в сторону врага были нацелены форсунки. Резервуары с легкой нефтью мы спрятали высоко в горах, что обеспечивало и их недоступность для врагов, и нужное для распыления горючей жидкости давление. По одной команде фасад наших укреплений мог превратиться в огненную стену, бьющую языками пламени на несколько метров вперед. Осталось дождаться, когда талисийцы со своими фашинами и лестницами кинутся на штурм.