Чтение онлайн

Наутро он был разбитым и сердитым от неспокойной ночи. Позавтракав, они и с отцом поехали на фирму. Олег надеялся, что Кира сначала заглянет туда. Будучи президентом компании и бизнес-леди она не могла оставить роботу, хотя как рассказывал ее отец, сейчас она уделяла ей меньше времени, чем прежде.

Уйдя в работу, Олег не заметил, как пролетело три часа, и когда его отец потребовал, что бы он поднялся в офис, очень удивился. Зайдя в его кабинет, он увидел сидящего там Колесникова, что очень его насторожило. Все в его позе говорило о серьезности и Олегу не нравилось это.

– Юрий Васильевич, что-то случилось? Что-то с Кирой? – сразу же спросил Олег.

– С Кирой все хорошо. Ты прям как твой отец. – Промолвил тот.

– Он не захотел мне говорить, пока тебя нет. – Сердито сказал Архапов. – Ну, что же он теперь здесь рассказывай, что произошло.

– Кира не вернется к тебе, Олег. – Твердо сказал Колесников.

– Что? – Не совсем понимая, спросил Олег.

– Она не вернется в ваш дом.

– Кира решила жить с тобой и Мариной? – Поинтересовался Архаповов, чувствуя, что Юрий не все договорил.

– Нет. Она не будет жить с нами, даже притом, что мы оба ее просили. – Тяжело вздохнув, произнес Колесников.

– Тогда где? Она вернется в свою квартиру? – Спросил Олег, с каждой минутой все больше и больше нервничая. И когда он услышал ответ Юрия, он просто застыл на месте, не зная, что произнести.

– Она уезжает из города. Навсегда. – Тяжело произнес Колесников.

– Она не может уехать. Она беременна, это мой ребенок. Она просто не имеет права. – Заорал Олег.

– Кира знала, что ты так скажешь, и она обещает, что ты сможешь, ведется с ребенком. Но сейчас она хочет побыть одна.

– Когда она едет? Во сколько и откуда? – Начал допрашивать Олег, видя, как Колесников качает головой.

– Я не могу тебе сказать. Я обещал дочери. Да и поздно уже. Перед тем как приехать сюда, я посадил ее на такси.

– И ты это позволил ей, Юрий? – Сердито спросил Архапов.

– Она моя дочь, и впервые она меня попросила о чем-то. Я не смог ей отказать.

– Она не может уехать. Юрий Василевич, пожалуйста, скажите мне, куда она поехала. – Уже почти умоляя, попросил Олег.

– Зачем?

– Как это зачем? – Заорал Олег. – Она мать моего ребенка. Я хочу быть рядом с ней.

– Только из-за этого? Это не причина. – Спросил Колесников. – Не переживай она не будет тебе препятствовать ведется с ребенком. Позже позвонит и сама расскажет, как ее найти. Пусть едет. Ей это нужно.

– Я не могу ее отпустить. – Тихо произнес Олег, смотря на Колесникова.

– Почему? – Спросил тот. И Олег застыл, думая, что ответить.

Почему? Спросил себя Олег. Потому что он просто уже не мог без нее. Он снова вспомнил вчерашний ужин. Без Киры было так пусто и одиноко в доме. Она как будто заполняла собой все пространство. Ему нравилось спорить с ней, и заканчивать эти споры бурным сексом, он любил смотреть, когда она спит. Кира не знала, что он часто заходил в ее комнату и просто смотрел на нее. Во сне она выглядела такой милой, спокойной. Он почувствовал себя самым счастливым человеком в мире, когда услышал биение сердце их ребенка. Олег вспомнил ее радостные глаза и понял, что он счастлив еще и от того, что именно Кира даст жизнь его ребенку. Она была его семьей, его сердцем и он не мог ее потерять.

Он снова посмотрел в глаза Колесникова, и набрав в легкие воздуха, произнес то, что понял только сейчас, но ощущал уже очень давно.

– Потому что я люблю ее.

– Рейс 4017, Восточный аэропорт, отправка через час. – Произнес Колесников, смотря, как Олег быстро развернулся и направился к двери.
– Она летит поработать над новым нашим филиалом, который мы открыли месяц назад. – Выкрикнул ему в след Юрий Василевич.

– Ну, наконец-то! – Громко произнес Архапов. – Я думал, что до него никогда не дойдет. А еще считал своего сына очень разумным мужчиной. Да, он просто мальчишка.

– Мальчишка, который скоро сам станет отцом. – Смеясь, произнес Колесников.

– Ты говорил, что Кира едет неделе на две-три, а Олегу сказал что навсегда. – Проговорил Вадим, сузив глаза.

– Это для большего эффекта. Что бы сильнее подтолкнуть твоего сыночка. – Ответил ему Юрий.

– Правильно. Надеюсь, он успеет. – Посмотрев на весящие, на стене часы, проговорил Архапов.

– Если бы я приехал раньше, Кира бы догадалась, а я ей обещал, что не скажу Олегу. – Сказал Колесников.
– Если не успеет, то пусть берет билет и летит за ней, а не захочет, то он ее недостоин.

– Полетит. Я знаю своего сына. Теперь Кира уже от него не спрячется.

– Я надеюсь. Нам с тобой остается только ждать.

– Тогда может, сыграем партию? – спросил Архапов и достал шахматы.

– А как же дела фирмы? – В ответ спросил Колесников.

– А зачем нам тогда замы. Пусть отрабатывают свои деньги. А как только Кира с Олегом решат свои дела, то мы вообще можем спокойно оставить фирму на них.

– Ты прав, друг. Тогда я хожу белыми.

– Ты всегда ходишь белыми. – Засмеялся Архапов.

Олег превышал скорость, боясь опоздать и упустить Киру. Он понимал, что сам был виноват в этой ситуации. Сколько раз они скандалили, сколько раз он называл ее стервой, хотя для него это уже было не ругательство, а нежное обращение, ведь именно за то, что она такая, сильная и дерзкая, он и любил ее. Она приносила хаос в его жизнь, такой страстный и горячий хаос, из которого ему не хотелось выбраться. Кира была дикой кошкой, которая оставляла следы в порывах, страсти, гнева и любви. Это были ее метки. Она была той, которая любя отдавала себя полностью, ненавидя, ненавидела до конца.

Он просто не мог ее потерять. Он не мог ее отпустить, ни разу не сказав, что любит. Если она решит уехать после его слов, то пусть, он отпустит ее на время, а потом поедет за ней и будет повторять, что любит столько раз сколько потребуется, что бы Кира ему поверила. Олег не сомневался, хотя конечно несколько нитей сомнения крутились в нем, но все же он верил, что она тоже любит его. Не могла она так поступать, ничего не чувствуя.

Олег подъехал в аэропорт, бросил машину и побежал внутрь. Он как раз услышал, как объявляют посадку на ее рейс. Он побежал туда, оглядываясь по сторонам, пытаясь найти ее. Не найдя Киры, он стал переживать, что опоздал и она уже села в самолет. И тут, наконец, на втором этаже промелькнула она.