Попутчик
Шрифт:
— НЕ НАДО!
ПОЖАЛУЙСТА!
БАНГ! СЕРЫЕ ОШМЕТКИ РАСПЛЕСКАЛИСЬ ПО СТЕНЕ, СМЕШАВШИСЬ С КРОВАВЫМИ БРЫЗГАМИ.
Холзи взвел курок.
ЧЕРТ ВОЗЬ…
БАНГ! БРАУН ТКНУЛСЯ ЛИЦОМ В РУЛЬ, АВТОБУС ПОТЯНУЛО К ОБОЧИНЕ.
ЗА КОТОРОЙ НАЧИНАЛСЯ ВЫСОКИЙ ПЕСЧАНЫЙ ОТКОС.
БАНГ!
На месте замка появилась рваная дыра, и дверь вдруг отскочила в сторону, открыв на всеобщее обозрение залитый кровью темный салон. А в дверном проеме возник Джон Райдер. Сжимая в руках полицейский карабин, прищурившись от бьющего в глаза утреннего солнца, он смотрел, как Холзи медленно поднимает пистолет.
Автобус все больше сносило к обочине. Еще секунда — ион покатится вниз с откоса, пережевывая тело Райдера, хороня его в песке и заметая следы, чтобы никто никогда не нашел его могилы.
ХА-ХА, ХОЛЗИ.
МЕНЯ НЕ ТАК ПРОСТО УБИТЬ.
Райдер вытянул перед собой руки с зажатым в них карабином, оттолкнулся ногами и взлетел. Он прыгнул как раз в тот момент, когда автобус накренился, выбросив из-под колес кучу песка и, переворачиваясь, загромыхал под откос.
Райдер ввалился через лобовое стекло в салон «джипа», и Холзи закричал от ужаса.
Все снова! Все начинается снова!!!
— Привет, парень! — прохрипел Попутчик, ткнув ему ствол карабина под челюсть.
Я ЖЕ ГОВОРИЛ, ЧТО ТЫ ПРИДЕШЬ!
Холзи с силой ударил по педали тормоза, и «джип» встал, как вкопанный чуть не оторвавшись задними колесами от асфальта. От резкого толчка Холзи налетел грудью на рулевое колесо и услышал, как трещат, ломаясь в нескольких местах ребра. Райдер же, не найдя опоры, вылетел из машины через проем, в котором раньше стоял лобовик, и покатился по дороге «как мешок» набитый хламом.
Холзи замер. Он попытался нащупать пистолет и не нашел его.
Где же он? Господи, где же он?!!! Пистолета не было.
Наверное, ты выронил его, когда тормозил! Попутчик пошевелился.
Что же делать? Что же мне теперь делать?! Он оперся ладонями о землю и встал.
Браслеты зазвенели на его запястьях, когда он нагнулся, чтобы поднять карабин.
Райдер сложил приклад и дернул затвор, загоняя патрон в ствол.
БАНГ!
Со звоном лопнуло стекло в правой фаре, Попутчик сделал один шаг вперед.
Холзи нырнул под руль, прижавшись щекой к осколкам лобового стекла, чувствуя, как они полосуют лицо.
Резкая боль в груди мешала дышать.
ТЫ УЖЕ ОБМОЧИЛ ШТАНЫ.
ХОЛЗИ, ИЛИ ЕЩЕ НЕТ?
БАНГ!
Посыпались осколки второй фары. Попутчик сделал еще один шаг.
Я БУДУ ПОДХОДИТЬ ВСЕ БЛИЖЕ И БЛИЖЕ, ХОЛЗИ.
ШАГ — ВЫСТРЕЛ, ШАГ — ВЫСТРЕЛ.
ПОКА НЕ ОКАЖУСЬ НА РАССТОЯНИИ ВЫТЯНУТОЙ РУКИ.
Холзи поднял руку и попробовал завести мотор «джипа». Раздался слабый скрежет стартера, но мотор молчал.
И ТОГДА Я РАЗНЕСУ ТВОЮ БАШКУ.
ХОЛЗИ. ТВОЮ ГЛУПУЮ.
СМЕШНУЮ БАШКУ.
Холзи попробовал еще раз.
БАНГ!
Пуля сорвала с крыши «маячок». Еще один шаг. Ветер развевал полы дождевика, делая их похожими на крылья большой черной птицы.
БАНГ!
Слетело зеркальце с правой дверцы. И еще один шаг.
Холзи дернул ключ.
— Ну, давай, заводись! — Заорал он в полный голос. И, словно внемля его мольбам, мотор вдруг взревел, огласив мощным ревом дорогу.
— Давай!
Давай!!! — крикнул Попутчик, опуская карабин. Холзи выпрямился на сиденье и нажал на газ. «Джип» послушно рванулся вперед, сокращая расстояние между собой и Райдером. Казалось, Райдер даже и не думал уворачиваться от надвигавшейся на него блестящей никелированной решетки радиатора. Удар был настолько силен, что тело подбросило в воздух почти на шесть футов. Холзи успел заметить выгнутую напряженную спину и развевающийся дождевик. Перед его глазами мелькнули скошенные каблуки сапог Попутчика, а потом тело исчезло за капотом, завернувшись в черный плащ. Райдер прокатился по дороге несколько футов и застыл, прижимаясь окровавленным лицом к теплому пыльному покрытию. Он еще вздохнул пару раз« и при выдохе возле рта завивалось легкое облачко пыли. И вдруг тело обмякло, словно из него вынули стержень, и стало похоже на рыхлый, скомканный, переломанный остов некогда бывшей полной сил и энергии машины.
Холзи вылез из-за руля «джипа» и, осторожно наклонясь, подобрал с асфальта отброшенный Райдером при ударе карабин.
ВСЕ. ОН МЕРТВ.
ЕГО БОЛЬШЕ НЕТ.
Ветер шевелил светлые волосы распростертого на асфальте тела, и Холзи казалось, что Попутчик качает головой.
СЕЙЧАС.
ДАЙ МНЕ ТОЛЬКО ОПРАВИТЬСЯ ОТ УДАРА.
Холзи приблизился к мертвому Попутчику и осторожно коснулся стволом карабина его головы.
Ничего, утренняя тишина, нарушаемая только урчанием двигателя «джипа». Резко болят в груди сломанные ребра. И странный туман клубится под сводами его черепа, заволакивая мозг грязно-серой мглой.
СЕЙЧАС, ХОЛЗИ. Я ВСТАНУ.
ДАЙ МНЕ ЕЩЕ СЕКУНДУ.
ТЫ СИЛЬНЫЙ ПАРЕНЬ И УМНЫЙ.
Я НЕ ОШИБСЯ.
Он повернулся и пошел обратно к «джипу», стараясь не делать резких движений, чтобы не тревожить и без того ноющие ребра. И тогда…
НУ, ЧТО ЖЕ.
ПАРЕНЬ.
Я НАДЕЮСЬ.
У ТЕБЯ ХВАТИТ СИЛ И МУЖЕСТВА.
ЧТОБЫ ДОВЕСТИ НАЧАТОЕ ДО КОНЦА.
За спиной он услышал знакомое шуршание дождевика. Туман в голове сгустился, застилая глаза бордовой дымкой. Со звоном что-то грохнулось об асфальт, и, опустив глаза, Холзи увидел скованные длинной цепочкой стальные браслеты.
— ТАК-ТАК.
ЗНАЧИТ, ТЫ ЕЩЕ ЖИВ?
— КОНЕЧНО.
ХОЛЗИ.
Я ЖЕ НЕ МОГ УЙТИ, НЕ СКАЗАВ ТЕБЕ «ПРОЩАЙ».
Он медленно повернулся) поднимая карабин, передергивая на ходу затвор, стреляная гильза со звоном покатилась по асфальту.
НУ, ДАВАЙ ЖЕ, ХОЛЗИ.
ДОВЕДИ ДЕЛО ДО КОНЦА.
Райдер, склонив голову набок, щуря глаза в ярком утреннем солнце, стоял на дороге, с любопытством изучая Холзи взглядом. Из-под волос вытекала струйка застывшей крови и тянулась через щеку, заканчиваясь где-то на подбородке.