Чтение онлайн

Ему звонила Клиш. Когда наконец дозвонилась, ее голос звучал расстроенно:

— Необходимо, чтобы ты приехал ко мне и кое с кем встретился.

— С кем?

— Просто приезжай и сам все увидишь.

— Куда?

Она назвала адрес.

— Можно сегодня днем? Часика в четыре?

— Идет, — согласился он. Ему не хотелось ехать и впутываться во что бы то ни было, имеющее отношение к Клиш. Это становилось ему все менее и менее интересно.

Но это была Клиш, и ее голос звучал расстроенно, и его терзало какое-то дурацкое ощущение, что он ей должен.

Помимо того, была еще масса проблем. Бедро по-прежнему болело. И болело прилично. Находясь у себя в квартире, он пытался решить эту проблему: работая за письменным столом, подкладывал подушки на сиденье стула, но легче всего было стоять. Затем он решил, что пойдет в библиотеку АП в Фёрте и поработает там. Там стояли банкетки с квазикожаным покрытием, и на них можно было устроиться вполне удобно.

Засветился сэлф.

— Это я, — послышался женский голос.

— Кто?

— Нома.

Он чуть-чуть помедлил, ровно настолько, чтобы до нее дошло, как мало места она занимает в его мыслях.

— А, привет. Что случилось?

— Я кое-что раскопала.

— О, как щедро! Еще лет пять поработаете усердно, безжалостно эксплуатируя ваши источники, тогда, может быть…

— Ха-ха-ха, как смешно. Я кое-что нашла. И по-моему, вы захотите увидеть это.

— С какой стати?

— Потому, Фальк, что это классно.

— Нет, но почему вы звоните мне? Если вы что-то раскопали и это действительно отличный материал, мне-то зачем звонить? Работайте сами со своим материалом.

— Хотите услышать правду?

— Да.

— Сегодня утром в Леттсе вы вытащили меня из передряги, и я пытаюсь таким образом сказать «спасибо». Одноразовый жест доброй воли, никаких повторов — либо принимаете, либо нет.

— Убедительно. А настоящая причина?

— Настоящая… — Она помедлила. — Я просто не знаю, что делать с тем, что я раскопала.

Она жила в отеле кубической формы в Саут-Сайте, старейшем районе Шейвертона. Еще лет двадцать — и от этого района повеет стариной Первых Поселений. Инвесторы начнут делать денежные вливания в узкие улочки, станции и склады, в строительство с применением сайдинга и материалов, имитирующих обожженное дерево. Под влиянием атмосферы первопроходцев люди станут покупать здесь недвижимость, и на фасадах офисов и палаты мер и весов появятся памятные таблички.

А до тех пор Саут-Сайт будет оставаться дырой с дешевым жильем, временными рабочими, сомнительными предприятиями и устойчивым рынком. И все это — пропитанное тошнотворным запахом мыла от больших сточных канав и речным «ароматом» старого дегтя и тухлой воды. Также тут пахло едой, горячей и острой, которой переселенцы торговали в небольших лавочках на рынке и в переулках. Продавцы выкрикивали цены, но запахи кричали громче их. Сомнительные кулинарные рецепты. Переперченные и обильно сдобренные другими приправами, с притирками и маринадами. Кухня, придуманная для маскировки заменителей курятины, свинины и говядины. Даже не натуральной курятины, свинины и говядины. Здесь готовили, не заморачиваясь созданием иллюзий, что в блюде присутствуют свинина, говядина или мясо цыпленка.

Запекшиеся ржавые известковые подтеки покрывали здания в этой части Шейвертона. Местами виднелись сделанные еще вручную первыми поселенцами вывески, похожие теперь на призраков из прошлого. Потускневшая краска отслаивалась, теряя свой цвет, прежде чем прибрежный ветер совсем сдерет ее. Между китайскими фонариками и лампами без абажура носились крупные жуки. Улочки были такие тесные и вместе с тем оживленные, что Фальк застегнул плащ и засунул руки в карманы.

Он поехал на такси. Город выглядел тусклым и бесцветным. Дымная завеса с места происшествия в Леттсе вспенилась в непроглядную тьму на северо-западе и украла все краски. В воздухе дрожала песчаная дымка. Даже величественные стеклянные мачты небоскребов, будто вычищенные струей песка, казались матовыми в полуденном сумраке.

Фальк не любил Саут-Сайт. Постоянно возникало ощущение, что вот-вот произойдет или преступление, или несчастный случай. Но, по крайней мере, здесь остались хоть какие-то краски. Разноцветные огни и фонарики, цветастые тенты, живо окрашенная еда на подносах из нержавеющей стали, яркие языки пламени над конфорками плиты, цветные ткани, насыщенные запахи в воздухе.

Он прошел по краю рынка — мимо плетеных проволочных корзин с яркой резиновой обувью, мимо ящиков с дешевыми игрушками, списанными бейсболками, швабрами и вениками, кухонной утварью. К каждому ящику была прикреплена держащая ценник рука из проволоки. Модные очки висели на сушилках, будто фрукты, и их бумажные ценники шелестели на ветру. Мужчины — как в старые добрые времена это делали девушки-продавщицы — торговали с прилавка сэлфами, правда без упаковки и документов.

Девушка в зеленой куртке ждала его на ступенях перед входом в отель, где она ночевала. У нее не было комнаты, куда она могла бы пригласить его, не было уголка, где они могли бы посидеть и поговорить. Она предложила посидеть в одном хорошем месте.

Она по-прежнему была одета в свою облегающую зеленую куртку, но он уже привыкал думать о ней как о Номе.

— Как вы? — оживленно спросила она, когда они шли через рынок.

— Вполне.

Из-за пазухи ее куртки торчал планшет, и она постоянно касалась его, чтобы убедиться, что он никуда не исчез.

Нома привела его в «ПроФуд» в западном углу рынка. Он заказал две бутылки «НоуКалКолы» — так можно было хотя бы посмотреть на крышках дату розлива, — а из торгового автомата взял пригоршню салфеток и несколько соломинок в бумажной упаковке. Она заказала для себя что-то поесть. Это было фирменное местечко со своей торговой маркой — стариной астронавтом Биллом Берри на салфетках, в отличие от банального современного бренда «Бустера-Рустера».

Они сели за один из дальних столиков с липкими кругами на пластмассовой столешнице. Нома предложила ему поесть с ней: жиронепроницаемый бумажный стакан заполняло то, что должно было сойти за шашлычки. В ответ он только покачал головой.

— На самом деле еда здесь не такая уж плохая, — сказала она.

— Может быть. Это, конечно, не прыжок с парашютом, но все равно не хочется рисковать.

Кусок за куском она съела шашлык с одного шампура.

— По-моему, здесь больше рекламы, — добавила она.

— Вы пытаетесь уговорить меня прыгнуть с парашютом.

Она усмехнулась, продолжая жевать.

— Итак, что вы нашли? — спросил он.

— Торопитесь. Может, еще пофлиртуем?

— Что вы нашли? — повторил он.