Чтение онлайн

— Фальк, мы уже несколько часов пытаемся дозваться тебя, — проговорил Вальдес, изучающе глядя в упор на него. — Пожалуйста, ответь мне.

Он вдруг понял, что у них у всех один и тот же голос. Все трое говорили одним голосом, и голос этот был женский.

— Пожалуйста, Фальк, пожалуйста, ответь, — произнес Раш.

Нет, не он произносил эти слова. Он вообще ничего такого не говорил. Движения его губ не соответствовали словам. Он говорил что-то другое, и не ему, а Прибену. Просто голос, который слышал Фальк, говорил одновременно. Частично совпадая. Как при плохом дубляже в кино.

Фальк закрыл глаза, чтобы лучше слышать этот голос, который то приближался, то удалялся, но многие слова звучали теперь совсем близко.

— Фальк?

— Клиш?

Пауза.

— Фальк! Боже! Да фрик-си меня! Я добралась до него! Добралась! Фальк, ты слышишь меня?

— Да, Клиш. Это так здорово — слышать твой голос.

— Боже мой, Фальк! Ты фрик-си! Мы ведь уже думали, что потеряли тебя! Я тут просто с ума сходила!

— Клиш, ты можешь успокоиться? Хорошо? У меня немного странное ощущение. Мне надо, чтобы ты говорила медленно и более спокойно, тогда я смогу понимать тебя.

На секунду ее голос исчез в темноте, затем вернулся:

— Конечно могу. Легко. Я так рада, что слышу тебя. Слушай, слушай меня, Фальк, мы пытаемся извлечь тебя оттуда. Извлечь тебя из этого солдата.

— Его зовут Блум.

— Блум. Да, все верно. Я знаю. Слушай, возникло непредвиденное осложнение. Эйуб говорит, что оно возникло непредвиденно. Случилось то, чего они никак не ожидали.

— Что именно?

— Это нельзя было предвидеть, и поэтому они оказались не готовы. Мы работаем над решением проблемы. Они…

— Что именно?

Пауза. Она дала ему немного времени, чтобы привыкнуть к черноте вокруг. Когда его глаза оставались закрытыми, ему казалось, что он лежит не на земле в лесу, а в теплой воде в светонепроницаемом резервуаре.

— Фальк, я пыталась говорить с тобой все время, с тех пор как ты погрузился, — сказала Клиш. — Ты слышал меня? Я всю дорогу была с тобой, как и обещала.

— Спасибо.

— Я же обещала, что не брошу тебя. Как в старые добрые времена.

— Я знаю.

— О'кей.

— Клиш, скажи, что за проблема? Почему я все еще в резервуаре? Почему вы до сих пор не вытащили меня?

— Бари говорит…

— К черту твоего Бари! Извини, Клиш, я хочу, чтобы ты объяснила. Сказала все как есть, а не ходила вокруг да около.

Он подождал. В темноте тихонько колыхалась теплая вода.

— Оказалось… — начала Клиш. — Оказалось, что ты не совсем подходил. Андервуд была права. Надо было сделать больше анализов. Намного, намного больше. Не стоило бросаться сломя голову. Я говорила тебе, что все обойдется. Прости, Фальк. Мне не следовало так говорить.

— Ладно. В чем проблема-то?

— У тебя есть проблемы со здоровьем, а значит, ты слабее, вернее, твоя иммунная система. И еще у тебя в крови было слишком много алкоголя, ну и — как бы это сказать помягче — не только его. В общем, все это дало о себе знать. Хуже всего дело обстоит с твоим бедром.

— Моим бедром?

— Да. С плотностью костной ткани. Ты слишком много времени провел на драйверах. Андервуд сказала, что плотность костной ткани — это проблема всего организма, но твое бедро совсем плохое. Прочность кости там настолько невелика, что ты практически сломал бедро.

— Я сломал бедро?

— Хотя там только трещина в волос толщиной, но, в общем-то, да. Большое количество алкоголя сглаживало боль, но эта трещина… она свежая. Выглядит так, будто ты совсем недавно сломал бедро — например, накануне перед тем, как мы начали работать с тобой. Фальк?

— Да?

— Почему ты рассмеялся?

— Ну тогда, скорее всего, я сломал кость во время бурного секса, по которому я так соскучился и для которого оказался староват.

— Ах ты, кобель! — усмехнулась Клиш. — Пусть это послужит тебе уроком.

— Обязательно. Ладно, ну, приключилось это дерьмо с моим бедром. Что это меняет?

— Туда попала инфекция. Помнишь, что я сказала о твоей иммунной системе? Ты болен. Организм сопротивляется, у тебя жар. Андервуд пытается лечить тебя лекарствами широкого спектра действия, вот такие дела, но ты болен, и это влияет на область контакта. Мы пытаемся извлечь тебя, но Эйуб беспокоится, что, вытащив тебя, мы фрик-си твой организм.

Теплая черная вода плескалась в темной утробе.

— То есть ты хочешь сказать, «убьете меня», — констатировал он.

— Эйуб считает, там целый букет проблем, — сказала Клиш. Некоторые ее слова если и не совсем исчезали, то как-то смазывались. — Паралич, повреждение мозга, отказ органов… в общем, все то, что тебе совсем не нужно.

— Ты так хорошо знаешь меня.

— Так вот, мы работаем над этим. Мы прорвались к тебе — это уже огромный шаг вперед и хороший знак.

— Но есть еще и другая проблема, да?

Вода, перекатывающаяся в темноте. Приглушенный далекий шепот.

— Да.

— Блум умер, так?

— С функциональной точки зрения — да.

— А можешь поподробнее?

— Андервуд отслеживает его жизненные показатели, — сказала Клиш, — но сведения обрывочные. Целостная картина никак не складывается. То, что мы наблюдаем сейчас, насколько мы поняли, — это следствие ранения в голову. Все функции высшей нервной деятельности отключились. Если бы он был сам по себе, он был бы мертв.

— На самом деле еще удивительно много чего осталось от него, — проговорил Фальк. — Эмоции. Воспоминания. В условиях сильного стресса срабатывает его мышечная память. Пару раз так уже было.