Порезы
Шрифт:
– Ты же не собираешься это делать, - сказала она, стараясь, чтобы ее голос не дрожал.
– Ты так думаешь?
Он шагнул в ее сторону.
Она стояла на месте, дрожа и не двигаясь.
– А когда я закончу с тобой, - сказал Альберт, - твоя мамаша пожалеет о том, что вообще родилась на свет. И будет мечтать о том, чтобы ты тоже никогда не рождалась.
– Не делай этого, Альберт.
Он взмахнул лезвием перед ее рубашкой, и, отрезав по одной все пуговицы, поднес его к своим губам. На мгновение он выглядел так, будто собирался зажать его между зубами. Затем испустил громкий, какой-то дикий смешок и вплотную прислонил лезвие к глазу Лизы.
– Раздевайся, - сказал он, - Или я вырежу тебе глаз. Точно так-же, как это сделала со мной твоя мамаша.
Она раздвинула края рубашки в стороны, и, оголив плечи, начала стягивать ее с рук.
Альберт слегка опустил нож. А затем прижал лезвие к ее щеке и свободной рукой принялся ласкать грудь. Он застонал. Его здоровый глаз закрылся, но стеклянный как будто продолжал смотреть в одну точку, а именно на его движущуюся руку.
– Знаешь, когда я в последний раз касался этих штук?
– Спросил он.
Она не ответила, но вздрогнула от боли, когда он сжал ее правую грудь.
– Когда мне было семнадцать, и эти сиськи принадлежали твоей матери. Это были последние сиськи, которые я когда-либо видел... Или трогал.
– Его здоровый глаз открылся и посмотрел на нее.
– И она была последней девкой, которую мне довелось трахать.
– Ты сидел в тюрьме?
– Спросила Лиза.
– Что-то вроде того.
Боже, наверняка у него СПИД!
Он крутанул ее сосок и засмеялся, когда она закричала от боли. А потом сказал:
– В психушке.
– Он ущипнул ее.
– Благодаря твоей матери.
– Он отпустил сосок и сунул руку в переднюю часть ее шорт.
– Но теперь я на свободе.
– Он коснулся ее своими пальцами.
– Свободен, как птица.
– Прекрати это.
– Нет.
– Прекрати прямо сейчас. Пожалуйста.
– О, сладенькая, это только начало. Это будет незабываемо.
– Ты собираешься сделать мне больно?
– О, да.
– Не делай этого, Альберт. Убери от меня свою руку.
– Мммм.
Его пальцы скользнули в нее.
– Не надо, - сказала она.
Они входили все глубже.
– Я - не моя мать, - сказала Лиза.
– О, ты даже лучше. Я уже это понял. Я уже чувствую это. Ты такая упругая и сочная...
Она вцепилась в его руку с ножом и вывернула ту. От боли и удивления, Альберт выпустил из легких воздух и выронил нож из пальцев. Она схватилась за один из них, резко дернула и переломила пополам, словно ветку. Прежде, чем он успел вытащить из ее шорт свою вторую руку, она преломила ему еще два пальца.
– Так ты говоришь, я лучше своей мамаши?
– Сказала Лиза.
Вытянув палец, она вонзила его в здоровый глаз Альберта и выколола тот.
– На этот раз ты выбрал не ту малышку...
Как только его колени ударились о мраморный пол, Лиза ударила его правой ногой по носу.
– ...для траха.
Он рухнул на спину.
Лиза стянула с себя мокасины и подняла их. Свободной рукой она спустила шорты. Взяв их в другую руку, она подняла с пола рубашку. С одеждой и мокасинами, она направилась в гостиную, швырнула их на пол, и, с пустыми руками вернулась в фойе.
– Не волнуйся, Ал. Просто мне не хотелось бы запачкать свои вещи кровью.
Он корчился на спине, прижимая ладони к окровавленному лицу.
– Ой, - сказала Лиза.
– Совсем забыла. Ты же теперь ничего не видишь, да? Как жаль. А ведь я сейчас полностью голая. Думаю, теперь тебе придется использовать свое воображение.
Она подошла к его ногам, и, резко раздвинув те в стороны, опустилась между ними на колени.
– Кстати, я знаю, кто ты такой. Мама с папой все мне о тебе рассказали.
Она со всей силы ударила его кулаком в пах. Он дернулся и поджал колени.
– Как ты считаешь, почему я позволила тебе войти в дом? Думаешь, я дурочка? Я никогда не впускаю в дом незнакомцев.
Она схватила Альберта за одну ногу и резко дернула за туфлю. Выкинув ту через плечо, она взялась за другую ногу.
– Я всегда считала, что ты заслуживаешь смертной казни.
Поднявшись на ноги, она пересекла фойе, и, подняв с мраморного пола выкидной нож, снова вернулась к нему.
– Если на то пошло, - сказала она, - я считаю, что мама должна была убить тебя сама, когда у нее была такая возможность.
Она схватила одну из его босых ног и быстрым взмахом ножа рассекла Ахиллесово сухожилие.
Альберт закричал.
– Мама всегда была слишком хорошей.
Она подняла другую ногу и проделала с ней то же самое. От воя Альберта в ее ушах зазвенело.
– Мама считает меня подлой. А ты как думаешь, Ал?
Он не ответил.
– А я просто считаю себя практичной, - сказала Лиза.
– Я перерезала тебе сухожилия не ради удовольствия, а только для того, чтобы ты не смог убежать.
Лиза бросила нож через фойе.
– Теперь, Альберт, тебе уже никуда не деться.
Стараясь не упасть на скользком от крови мраморном полу, она обошла корчащееся от боли тело Альберта вокруг.
– Кстати говоря, мама с папой вовсе не в другом нашем доме. Они на трехнедельном круизе в Гавайах со своими лучшими друзьями Мэг и Мосби. А мои братишка с сестренкой практически на все лето укатили в Нью-Йорк, чтобы отдохнуть там в гостях у Мэй Бет Боннер. Актрисы. Я думаю, ты знаешь ее, не так ли? Черт, ты отлично помог ей начать карьеру. Когда публика узнала о произошедшем...