Чтение онлайн

– Хорошо, – кивнул Грон, – постройте полк.

Через полчаса во дворе замка выстроился прямоугольник из слегка покачивающихся шеренг. Большинство солдат оказались изрядно пьяны, хотя чему удивляться, если на ногах не держался даже караул.

Грон спрыгнул с коня, жестом показав, что латникам не требуется повторять это, и, чуть возвысив голос, приказал:

– Напра-во!

Колонна нестройно повернулась.

– Бего-ом марш!

Колонна, глухо бурча, разнобойно затопала по дороге. Грон побежал рядом, по обочине. Капитан Дежеус топал рядом.

Первые три сотни шагов в глубине колонны еще слышалось ворчание, но затем все затихло. Грон крутанул рукой, отправляя латников в конец колонны, и вскоре оттуда послышались хлесткие удары хлыстов.

Грон остановил колонну только через пять миль, добежав до подножия крутого холма. Несмотря на все усилия латников, полк растянулся почти на милю, так что, когда первые успели уже успокоить дыхание, последние еще только подтягивались к холму, едва переставляя ноги. Грон дождался последних, а затем легко взбежал вверх по склону на десяток шагов, чтобы быть видным всем – от первой до последней шеренги.

– Быдло! – негромко, но так, что это слово отчего-то было хорошо слышно всем, произнес Грон. – Тупое, пьяное и распоясавшееся быдло – вот вы кто, а не солдаты Агбера. Вы – хуже предателей, потому что из грозных воинов, при воспоминании о которых трепещут в страхе сердца насинцев, генобцев и всех, кто хоть раз в жизни посмел бросить вызов непобедимой армии королевства Агбер, вы превратились в бесполезное стадо свиней. Потому что от предателей и так все ждут подлости и трусости, а на вас… на вас бы надеялись те, кто вместе с вами держал бы линию, почитая ее несокрушимой. А вы? – В его голосе прозвучало столько презрения, что ближние к нему даже отшатнулись. – На что вы оказались бы способны? На бегство? На истошные вопли, в тот момент когда вас просто резали бы как свиней? Вы – дырка, вы – смерть ваших соратников, вы – позор своих семей и всего своего рода!

Колонна глухо молчала. Коннетабль говорил страшные, обидные слова, но за эти пять миль большинство успело протрезветь, так что они уже понимали, что все, что говорит коннетабль королевства, пусть горькая, противная, даже ненавистная, но правда. Вот только не вся правда…

Но это понимал и сам Грон. Он повернулся к капитану, с угрюмым видом стоявшему в строю вместе с солдатами:

– Капитан Дежеус!

– Я, ваше высочество!

Грон жестом подозвал его к себе, а когда тот вытянулся перед ним, громко, твердо произнес:

– Вручаю вам этот полк. Отныне вы – его командир.

Глаза капитана изумленно расширились, но затем он вытянулся еще больше и глухим от волнения голосом произнес:

– Слушаюсь, ваше высочество.

А Грон повернулся в сторону полка и добавил:

– А вы станете единственным в королевской армии полком, которым командует капитан. Понятно?

Это было очень серьезно. Ибо по положению о денежном довольствии финансы на подразделение или часть выделялись исходя из звания его командира, который потом и распределял их в соответствии со штатным расписанием. Так что этим решением весь полк садился на голодный паек и обрекался на денежное довольствие, обычно выделяемое на роту. Поэтому ответом Грону был тихий тоскливый всхлип. На большее никто не решился.

– И что-то для вас изменится, – продолжил между тем Грон, – только тогда, когда вы докажете мне, что снова стали настоящими солдатами. И учтите, я буду весьма пристрастным.

На этот раз ответом ему была тишина…

Маркиз Когелен изволил явиться в свой замок только через полтора дня. К тому моменту полк уже успел изрядно измениться. Двор был чисто выметен, на воротах стоял молодцеватый караул, а выделенные команды солдат усердно белили казарменные здания.

Маркиз, одетый в довольно шикарный камзол, правда не имеющий никакого отношения к военному мундиру, въехал в ворота и остановил коня.

– Хм, – недоуменно произнес он, – кто это тут так постарался?

– Сержант Леглен, вероятно, – наклонился к нему виконт Бевеньи, его самый близкий друг и прихлебатель, давно уже совершенно забивший на собственную роту, но зато неизменный соратник маркиза во всех его делишках и развлечениях. – Я вам докладывал, ваша светлость, чрезвычайно продувная бестия…

– Что ж, такое рвение следует поощ… – Маркиз запнулся и вытаращил глаза. – А кто это выпустил эту деревенщину?! – изумленно выпалил он, уставившись на капитана Дежеуса, который в идеально сидящем на нем мундире стоял на пороге полковой канцелярии и, сложив руки на груди, смотрел на маркиза и окружавших его офицеров.

– Действительно, – пробормотал виконт. – Что за наглость?!

Остальные офицеры, живописной кавалькадой столпившиеся за спиной маркиза, загомонили. Впрочем, не все. Где-то с десяток, наоборот, радостно переглянулись и слегка тронули коней, как бы отделяясь от этой толпы пышно разодетых бездельников.

– Да я сейчас!.. – наливаясь гневом, зарычал маркиз. – О-о, вот это кстати! – радостно воскликнул он, заметив белевшую свежим деревом виселицу, неизвестно откуда появившуюся в дальнем конце двора. – Я вижу, пора навести в моем замке порядок! – грозно вскричал он, трогая коня.

– Непременно, полковник, – внезапно послышался сбоку холодный голос. – Только не в замке, а в полку.

– Что это за наглая свинья смеет перечить мне в мо… – грозно начал маркиз, разворачиваясь в ту сторону, откуда раздался голос, и… осекся. Потому что прямо перед ним в окружении королевских латников стоял коннетабль Агбера и принц-консорт, его высочество Грон.

Немая сцена длилась почти минуту, а затем Грон молча кивнул в сторону маркиза. Четверо латников двинули коней и, вклинившись в ошарашенную кавалькаду, отсекли маркиза от остальных, после чего один из латников перегнулся через седло и, подхватив поводья, потянул лошадь маркиза за собой.

Маркиз опомнился только у самого подножия виселицы.

– Ваше высочество, – пискляво завопил он, – очень рад видеть вас! В моем полку…

– Уже не в вашем, – холодно отозвался Грон.

– Как?.. Почему?.. – изумленно заблеял маркиз, но в этот момент дюжий латник сдернул его с седла.

Маркиз не упал только потому, что еще двое подхватили его под мышки и, выдернув из богато украшенных ножен шпагу, поволокли на помост. В то же мгновение со стороны казарм послышался дробный рокот полковых барабанов, быстро приближающийся к виселице. Не успевшие отойти от изумления офицеры суматошно завертели головами. К виселице со всех сторон бежали солдаты в полном вооружении, быстро выстраиваясь в ровные шеренги. Те десять офицеров, что отделились от кавалькады маркиза, сообразили раньше остальных и, быстро спрыгнув с лошадей, заняли свои места во главе подразделений. Прихлебатели маркиза сбились в кучку, но по-прежнему сидели в седлах.