Чтение онлайн

– Как вы это определили?
– Удивилась Ирина.

– По манере поведения. Он не просто развалился на скамье, а был готов в любую минуту к активным действиям. Это дается многими тренировками, постоянным внимани-ем и готовностью отразить нападение именно в самый неподходящий момент.

– А может быть он шпион?
– улыбнулась Ирина.

– Может и шпион, это тоже подходит, - с серьезностью ответил Игорь.

Его серьезность испортила настроение.

– Пойду я, наверное, документы уже готовы.

Дома она передала визитку Фролову и попросила проверить этого человека.

– Иван Сергеевич, я случайно разговорилась с этим мужчиной в Еланцах, когда оформляла документы на землю. Он заинтересовал меня своим отношением к организа-ции отдыха на маломорских заливах. Бывший военный, сейчас управляющий отелем. Возможно, мне бы хотелось использовать его на будущей базе отдыха. Приличный чело-век, но что-то меня отталкивает в нем, не могу понять, что конкретно. Посмотрите его, пожалуйста.

– Конечно, Ирина Петровна, обязательно посмотрим и проверим досконально, как полагается.

Через несколько дней Фролов зашел к Посланнику.

– Николай Петрович, ваша супруга просила проверить одного человека.

– Да, я в курсе. И что там с результатом?

– Есть определенные сомнения. Поэтому и зашел, вначале, к вам, Ирине Петровне еще не докладывал. Досье получить удалось с трудом, но для вас сделали исключение. Он служил в первом главном управлении КГБ СССР, сейчас это служба внешней разведки. В досье есть фото, оно соответствует оригиналу. Работал нелегалом в США, был срочно отозван в связи с возможным провалом, не по его вине, кстати, и почти сразу написал рапорт, ушел на пенсию в звании майора. Отрицательных моментов досье не содержит. Однако Дмитрий с Игорем, видевшие его достаточно близко, утверждают, что он не мог работать нелегалом-разведчиком. Они считают, что у него профессиональная подготовка офицера элитного спецназа. Грамотного, думающего, но все-таки спецназовца разведки, не нелегала, как указано в досье.

– Что ты сам думаешь, Иван Сергеевич?

– Трудно спорить с фактами, если они достоверны. Трудно спорить с опытом, иногда он оказывается прав вопреки всем фактам. Возможно, действительно ЦРУ готови-ло его для работы в приграничной полосе, а личное дело говорит, что он наш разведчик. Я бы не торопился с окончательными выводами. Пусть Ирина Петровна на время забудет о нем. Он сам о себе напомнит, если правы Дмитрий с Игорем и исчезнет из виду, если личное дело подлинное. Прошлый раз ЦРУ хотело выйти на вас через тестя, сейчас есть вероятность выхода через знакомство и работу с женой.

– Хорошо, Иван Сергеевич, торопиться не будем, посмотрим, что из этого выйдет. Ирине Петровне рекомендуйте забыть этого человека на время, сошлитесь на его работу в разведке, ведомство которой всегда неохотно расстается со своими секретами. И обязуйтесь, что напомните о результатах сами, это ее успокоит. И никакой слежки за объектом, профи ее носом учует. Но мы можем не тянуть кота за хвост, Иван Сергеевич, а узнать все гораздо быстрее. Не стоит ждать полгода или больше, когда этот Тихонов соизволит дать о себе знать.

– Каким образом? Пока не могу сообразить.

– Очень простым, Иван Сергеевич, очень простым. Он не мог знать, когда Ирина приедет в Еланцы, мог предполагать, угадать неделю, но не день и час. А он угадал точно. Из этого следует, что взяв краткосрочный отпуск на работе, он ожидал ее на месте, снимая квартиру с видом на здание местной администрации. Если это предположение подтвердится, значит, мы правы и он действительно засланный казачок. Тогда и работать станет легче, мы сами к нему пододвинемся.

– Предполагаете игру, Николай Петрович?

Фролов уже не удивлялся, что ему, некогда элитному оперу, подсказывали реше-ние профессиональных задач.

– А почему бы и нет? Хотя особого ничего нам эта игра не даст, и так понятно, чего хочется ЦРУ. Обидно и горестно сидеть на громадных запасах оружия и не иметь возможности пользоваться им. Жлоба их давит, снобизм внутренности изводит и душу рвет. Забияка-богатырь в парализации - к этому сразу не привыкнешь. Пусть успокоятся немного в ожидании, легче воспринимать станут реальность. Действуй, Иван Сергеевич, и помни - он обязательно еще появится в Еланцах через месячишко. Проверить захочет - не справлялся ли кто о бывшем жильце. Полагаю, что этот Тихонов или как его там, ранее все-таки служил в спецназе НАТО и не один год. Гораздо позже его, как одаренного со-трудника, перевели в агентурный штат и переучили, но навыки боевой и физической подготовки остались. Это и заметили твои Игорь с Димой - молодцы ребята, ничего не скажешь, молодцы. Однако, поживем - увидим.

Проверка, к сожалению или удивлению, ничего не дала. Тихонов не брал кратко-срочный отпуск, не снимал жилье в Еланцах. А это означало одно - он действительно случайно появился в одно время с Михайловой в здании местной мэрии. Охрана же в оте-ле с гордостью пояснила, что их управляющий мастер боевых искусств, учился в свое время у какого-то японца.

Ирина позвонила ему.

– Савелий Егорович, это Ирина Петровна. Помните?

– Конечно, помню, здравствуйте.

– Здравствуйте. Не хотите встретиться?

– Хочу. Где и когда?

– Я сама подъеду. Через полчаса вас устроит?

– Вполне, буду ждать.

Ирину несколько озадачила его сдержанность или неразговорчивость. Обычно мужчины, таким образом, себя не вели. Он не говорил о ее привлекательности, природной красоте и точеной фигурке. Вообще не кокетничал, если это слово применительно к мужчине. Ее это вполне устраивало.

Тихонов встретил ее у дверей отеля, проводил в свой кабинет.

– У нас есть неплохой ресторан, Ирина Петровна, но я смело предположил, что вы не за этим ко мне приехали. Чай, кофе?
– он посмотрел на ее охрану.

– Нет, спасибо, Савелий Егорович. Да, это моя охрана, - как бы давая пояснения на вопросительный взгляд, сказала Ирина, - мы еще мало знакомы и она побудет здесь. Не возражаете?

– Нет, не возражаю и вполне понимаю - я же бывший военный.

– Да, не скрою, я наводила о вас справки.