Чтение онлайн

Неистово борясь друг с другом, оба довольно быстро обрели известность, а тут как раз Содружество Независимых Государств области приказало долго жить. В районе - да и повсюду - грянули погромы, незаметно переросшие затем в предвыборную кампанию, и два бывших подельника внезапно обнаружили, что уже тягаются - ни много ни мало - за президентское кресло. На выборах в Баклужино, как известно, верх взяли демократически настроенные колдуны, и протопарторг Африкан, спешно перешедший на нелегальное положение, был вскоре объявлен ими лыцким шпионом, каковым, возможно, и являлся.

Погорел он на попытке похищения образа Богоматери Лыцкой из Баклужинского краеведческого музея. Все старания колдунов зачаровать в помещении замки и оконные решетки к успеху не привели. Однако протопарторга опять выдал шум, что наводит на мысль о невиновности Глеба Портнягина в той давней совместной неудаче. Видимо, взломщик из Африкана изначально был никудышный.

О случившемся доложили Президенту, и тот приказал завтра же утром доставить задержанного в свой кабинет. Однако встретиться бывшим друзьям было не суждено, поскольку на рассвете протопарторг поистине чудесным образом бежал прямо из камеры предварительного заключения. На охранников напал необоримый сон, решетки и двери отверзлись, и некий светлый муж, личность которого так и не удалось установить, вывел Африкана за руку из темницы, после чего оба исчезли на глазах у потрясенных свидетелей…

Подполковник Николай Выверзнев вздохнули потянулся к внутреннему телефону.

–  Слушаю… - недружелюбно отозвалась трубка голосом шефа.

–  Толь Толич! А ты уверен, что мы его не завербовали?

–  А в чем дело?

–  Да знаешь ли, побег у него какой-то подозрительный…

В наушнике сердито посопели.

–  Никто его не завербовывал, - буркнул наконец генерал Лютый.
– Сам бежал…

–  Точно?

–  Точно…

–  Ладно, извини…

Подполковник Выверзнев положил трубку и, недоверчиво покачав головой, снова обратился к монитору. Следующий файл был посвящен деятельности Африкана за кордоном и никаких неожиданностей не преподнес.

Когда и где незадачливый взломщик пересек государственную границу - неизвестно, но Лыцкая Партиархия встретила его с распростертыми объятиями. Будучи с ходу введен в Политбюро, немедленно призвал к уничтожению светофоров, экстрасенсов и лично Глеба Портнягина. Основал и возглавил движение правых радикалов, организовал группу СМЕРК («Смерть колдунам!»), принял персональное участие в танковом сражении близ хутора Упырники. Далее шли подробности знаменитого подвига протопарторга, которые подполковник со спокойной совестью пробросил, поскольку сам являлся одним из соавторов этого легендарного сражения…

Совсем недавно стараниями Глеба Портнягина протопарторг был объявлен международным политическим террористом, после чего любовь лыцкого народа к чудотворцу воспылала сильнее прежнего, а Партиарх Всего Лыцка Порфирий назначил Африкана своим преемником…

Николай снова снял трубку.

–  Толь Толич, а ты уверен, что это вообще Африкан?

–  Я - нет… - ворчливо ответил Лютый.
– А Кондратьич - уверен…

–  Какой смысл Африкану возвращаться в Баклужино? Да еще вот так, в открытую! Он что, самоубийца?

–  А хрен его знает!
– с досадой откликнулся генерал.
– Работай давай…

Третий файл содержал характеристики и подробное описание всех чудес, совершенных протопарторгом, - с выкладками и чертежами. Хотя в данный момент Николая интересовало всего одно чудо, а именно - сегодняшнее… нет, уже вчерашнее пересечение пограничной реки Чумахлинки…

Тут ожил и замурлыкал второй городской телефон. Выверзнев не глядя снял трубку, однако стоило ей только оторваться от корпуса, как из наушника посыпался знакомый взволнованный щебет. Лицо красавца подполковника выразило смятение, затем - беспощадность и наконец - стоическую покорность судьбе.

–  М-милая… - с бесконечным терпением в голосе молвил он.
– Как ты меня нашла?..

Дело в том, что по этому номеру с Николаем поддерживали связь исключительно осведомители.

–  Великолепен!..
– пронзительно зачирикало в наушнике.
– Ты был просто великолепен!..

–  Я не о том… - с трудом сдерживаясь, процедил он.
– Кто тебе дал этот номер?..

–  Песик!.. Мой песик!.. Ты дал мне не только номер!.. Ты дал мне…

Николай негромко чертыхнулся и, отложив щебечущую трубку на стол, вырубил компьютер. Запер кабинет и, пройдя гулким пустым коридором, рванул узкую окованную железом дверь.

–  Мышей не ловите!
– сурово сказал он встрепенувшемуся и крепко заспанному сотруднику.
– Там болтунец на проводе повис! Второй раз уже врезается… Специалисты хреновы!..

Сотрудник испуганно заморгал, раскрыл чемоданчик и начал торопливо раскладывать рамки, прутики, прочие колдовские причиндалы… Николай прикрыл дверь и недовольно оглядел пустой коридор. Кабинет генерала Лютого был в двух шагах.

–  Присутствовать - разрешишь?..

Генерал Лютый был в кабинете не один - с Матвеичем. Подготовка к встрече специальной комиссии ООН шла полным ходом. Столица заранее сияла чистотой, а в пограничную с Лыцком Чумахлу направили два гусеничных крана с гирями - для сноса частного сектора на восточной окраине.

–  Проходи, садись, - буркнул генерал и снова повернулся к ответственному за акцию.
– Значит, ты понял, Матвеич?.. Главное - осколков, осколков побольше накидать…

Подполковник Выверзнев огляделся и присел на один из расставленных вдоль стены стульев, сильно надеясь на скорое окончание беседы.

–  Да осколки уже на месте… - чуть ли не позевывая, отвечал генералу видавший виды Матвеич.
– С полигона еще вчера полторы тонны завезли…

–  Ржавые?
– с подозрением спросил Лютый.

–  Ну зачем же ржавые?
– слегка обиделся тот.
– Когда это Матвеич ржавь поставлял?.. Первый сорт осколочки - чистенькие, аж скрипят…

–  Ладно, верю. Теперь - в-шестнадцатых… Работа с населением… Протестов не было?

Матвеич пожал мятыми плечами и возвел скучающие глаза к высокому потолку - то ли припоминая, то ли дивясь наивности начальства.

–  Да какие там протесты, Толь Толич?..
– молвил он с ленивой укоризной.
– Как услышали, что американцы заново все отстроят, сами чуть ломать не принялись. Еле удержали…