Чтение онлайн

И как бы сильно эта мысль не беспокоила его, Салливан понимал, что оставить ее будет самым лучшим, самым мудрым решением. И если есть какая-то другая возможность, то он понятия не имел, в чем она заключается – хотя готов был заплатить немало денег, чтобы узнать о ней.

Глава 20

– Если ты собираешься сказать мне что-то ужасное, то я хочу, чтобы ты просто выложила это. – Изабель стиснула свою чайную чашку, уставившись на красновато-коричневую жидкость, чтобы ей не приходилось смотреть в серьезное, задумчивое лицо матери.

– Почему ты думаешь, что я собираюсь сказать тебе что-то ужасное?

– Потому что ты заметила, что нам нужно поговорить, а теперь ты не произнесла ни слова на протяжении почти двадцати минут.

– Ну, хорошо. Мы поговорим. – Маркиза громко вздохнула. – По крайней мере, посмотри на меня, – продолжила она. – Ты свернулась в кресле, словно напуганный котенок.

– Вовсе нет. – Она только собиралась с силами. Изабель выпрямилась, наконец-то встретившись глазами с взглядом матери. Тревога, которую она увидела в ее глазах, не особенно приободрила девушку. В свою очередь вздохнув, она решила, что, может быть, ей удастся исправить ситуацию прежде, чем произойдет что-то неприятное. – Ты видела, что Зефир теперь ходит под седлом? Можешь представить, что я смогу ездить на ней верхом через несколько дней?

– Нет, не могу. Это на самом деле удивительно. – Ее мать улыбнулась. – И для тебя намного больше, чем для Зефир. Не могу выразить, как я горжусь твоей смелостью.

Есть и другие вещи, которыми она гордилась бы намного меньше.

– Спасибо. Салливан – замечательный наставник.

– Салливан, – повторила леди Дэршир. – Ты называешь мистера Уоринга по имени?

– Мы стали друзьями, – уклончиво ответила Изабель. Если ее матушка получит хоть малейшее представление о том, насколько близки они стали с Салливаном, то она закончит этот разговор и запрет дочь в комнате.

– Как он обращается к тебе?

Теперь ей нужно решить: сможет ли она уклониться от ответа или готова откровенно солгать? О том, чтобы сказать правду, не может быть и речи.

– На что ты намекаешь? – довольствовалась вопросом девушка.

– Я слышала сплетни, Изабель. Не притворяйся.

– Так ты веришь Элоизе? Ради всего святого, мама. Она видела, как я поблагодарила Салливана за то, что он помог мне в первый раз проехать верхом на лошади. Я улыбнулась ему. Может быть, я даже обняла его. Я не помню. – По крайней мере, эта часть довольно близка к правде.

– Тебе нужно более осторожно выбирать друзей, Тибби. За тобой ухаживает сводный брат этого человека. Как ты думаешь, что почувствовал лорд Тилден, услышав эти слухи? И все же он любезно попросил тебя прокатиться с ним сегодня утром.

– Насколько любезно продолжать словесно оскорблять человека, чье рождение не является его виной, и кто всего лишь пытается выполнить работу, ради которой я наняла его? – парировала Изабель. – Или нанять людей, чтобы те избили его? – Или называть ее ужасными словами, но она решила умолчать об этом.

Ее мать нахмурилась еще сильнее.

– Избить его? – повторила она.

– Да.

– Я понимаю, что ты ощущаешь… сострадание к незавидному положению мистера Уоринга. Но с лордом Тилденом ты познакомилась раньше. Ты должна принять это во внимание. И подумать о собственном будущем. Если бы ты никогда не встретилась с мистером Уорингом или не позволила его присутствию разрушить свою жизнь, то Оливер, вероятно, уже сделал бы тебе предложение. Ты понимаешь это?

Это приходило ей в голову, но в том смысле, какой подразумевала ее мать. И это больше злило, чем тревожило ее. Изабель, по всей вероятности, отказала бы ему, точно так же, как она отказала другим четырем джентльменам, которые делали ей предложения прежде. Но пока девушка беспокоилась бы о том, чтобы не ранить его чувства, выяснилось, что, очевидно, ей не стоило затруднять себя. Если бы виконт на самом деле заботился о ней, то не стал бы так назвать ее.

– Если моей дружбы с кем-то достаточно, чтобы отпугнуть Оливера, – произнесла она вслух, – то тогда я не желаю, чтобы он делал мне предложение.

– Когда «кто-то» – его незаконнорожденный сводный брат, ты не можешь ожидать от него иной реакции.

– И опять-таки, обстоятельства рождения Салливана – не его вина.

– И опять-таки, мы обсуждаем не мистера Уоринга. Я говорю о твоем будущем, Тибби. Не будь наивной.

Изабель не считала, что себя наивной, но она ничего не докажет, если станет спорить с матерью.

– Салливан закончит работу здесь всего через несколько дней, – проговорила она. Этот факт тревожил ее гораздо больше, чем высказанное предположение, что она упустила брачное предложение со стороны его сводного брата.

– Мне жаль, что ты не можешь продолжать дружбу с мистером Уорингом, – через несколько мгновений произнесла ее мать. – Кажется, он обладает некоторыми превосходными качествами. Но тебе нужно поддерживать знакомства, из-за которых ты не окажешься всеми осмеиваемая и в одиночестве, дорогая. Ничего хорошего не выйдет из знакомства с этим человеком, и не важно, как сильно ты желаешь обратно.

Внезапно Изабель захотелось расплакаться.

– Я отлично осознаю это, – тихо ответила она, и отставила чашку с чаем в сторону. – Если ты извинишь меня, то я хотела бы снова попытаться покататься верхом на Молли, чтобы не выглядеть полной идиоткой, когда Зефир будет готова для меня.

– Иди сюда. – Леди Дэршир протянула ей руку.

Изабель подошла и сжала пальцы матери. Теперь их руки были одинакового размера; девушка предположила, что это произошло довольно давно, но прежде просто не приходило ей в голову. Она уже не ребенок, и не просто потому, что вступила в интимные отношения с Салливаном Уорингом. Недавно Изабель получила несколько уроков о дружбе и сплетнях, и она не думала, что сможет вернуться и стать такой же девушкой как прежде, даже если бы захотела этого.

– Мы очень гордимся тем, что ты учишься ездить верхом, Тибби. И я горжусь тем, что ты не порвала отношения с человеком из-за мнения других людей. Но твоя жизнь – здесь, и поэтому ты должна следовать этим правилам. Ты понимаешь?

– Понимаю.

Маркиза сжала ее пальцы и выпустила руку Изабель.

– Хорошо. Поедем со мной за покупками. И надень сегодня шляпку; мы не хотим, чтобы твой носик покраснел, ведь сегодня вечером – бал у Фонтейнов.

– Да, мама.

Изабель провела все утро и часть дня на Бонд-стрит, разглядывая шляпы, броши и платья вместе с матерью, чувствуя себя такой беспокойной, что едва могла стоять на месте. Другие покупатели вели себя вежливо, хотя они, казалось, гораздо больше времени разговаривали с ее матушкой, чем с ней. Итак, вопреки ожиданиям ее не игнорировали, но что это было? Ей преподали урок? Не водиться с неподходящими личностями? По крайней мере, Салливан Уоринг сам пробил себе дорогу в жизни, не полагаясь на имя или титул, передаваемые без заслуг и соображений, только из-за родных отца и матери.