После похищения

Шропшир

Февраль, 1818 года

Леди Джульет Лаверик пыталась не замечать стука своего сердца. Пыталась не слышать громыхания по мерзлой земле подков лошади, с каждым мгновением приближавшей встречу с прошлым. Пыталась убедить себя в том, что руки у нее ледяные из-за зимнего холода, а не из-за разыгравшихся нервов.

Но у нее ничего не получалось. Теперь, два с лишним года спустя, она собиралась наконец-то похоронить свое прошлое и осуществить правосудие. Так как же могла она оставаться спокойной, когда поместье Чарнвуд находилось всего лишь в нескольких милях?

– Гостиница в Лэнбруке была просто ужасна, – послышался в противоположном углу кареты голос ее сестры. Розалинда сидела рядом со своим мужем Гриффом Найтоном – сидела с пяльцами на коленях и демонстративно их игнорировала.

Джульет хваталась за любую возможность отвлечься от предстоящей встречи.

– Никогда раньше не видела паутину над каминной полкой! – воскликнула она. – Под полкой – возможно, но над... И та пивная кружка на столе – вы видели в ней мусор? Хозяина этой гостиницы надо бы посадить в тюрьму за такую грязь.

– Я бы не стала так сурово наказывать его, дорогая, – ответила Розалинда. – Но с другой стороны, я не так увлекаюсь домашними делами, как ты.

– Увлекаешься домашними делами или нет, но за ночь с клопами и под грязными простынями он заслуживает именно такого наказания, – возразила Джульет. – Я очень надеюсь, что нам не придется возвращаться туда.

– Это будет зависеть от того, что нам сегодня расскажет барон. – Грифф, сидевший у окна, пожал плечами, как бы давая понять, что привык к неприятностям. – Если лорд Темплмор не захочет нам помогать, мы можем снова оказаться в одной из здешних гостиниц. И нам придется пробыть там до тех пор, пока мы не закончим расспрашивать людей в городе.

Джульет поморщилась при мысли об этом.

– Полагаю, барон больше не станет покрывать своего подопечного, когда узнает, как Прайс поступил с Джульет, – заметила Розалинда.

Супруги посмотрели на нее с беспокойством, а Джульет невольно вздохнула – с ней обращались так, будто она была маленькой девочкой. И все из-за того, что она – самая младшая из сестер. К тому же только она еще не вышла замуж и только она оказалась настолько глупа, чтобы в восемнадцать лет сбежать с таким негодяем, как Морган Прайс. В сущности, он похитил ее, а не сбежал с ней. И разумеется, он не собирался на ней жениться.

Заставив себя улыбнуться, Джульет взглянула на Гриффа.

– Разве хозяин гостиницы не сказал, что Морган не живет у барона?

– Да, сказал. Но это все, что мне удалось узнать. Никто не опознал в человеке, которого нарисовала Хелена, подопечного лорда Темплмора.

Хелена была старшей из сестер Джульет и обладала художественным талантом – она прекрасно рисовала. Конечно же, Хелена тоже хотела привлечь Моргана к ответу, но она не могла отважиться на поездку в Шропшир, так как готовилась к появлению на свет своего первенца. Ее муж Дэниел также считал, что ей не следует ехать.

Грифф тем временем продолжал:

– Отец Темплмора, может быть, и опозорил семью, но у самого Темплмора непоколебимая репутация достойного джентльмена. Поэтому никто в городе не станет говорить о нем или о Прайсе с незнакомцем.

– А вы уверены, что Морган и подопечный лорда Темплмора – это одно и то же лицо? – спросила Джульет.

– Да, уверен. Сыщик с Боу-стрит неоспоримо доказал это.

– И все же странно, что человек с такими связями опустился до похищения людей.

– Именно связи Прайса заставляют меня подозревать, что мы движемся в верном направлении, – сказал Грифф. – Все описывают вашего похитителя как человека светского и хорошо образованного, говорят, что он – настоящий джентльмен.

«Целовался он вовсе не так, как должен целоваться джентльмен», – подумала Джульет и тут же отчитала себя за эту мысль. Разумеется. Морган не джентльмен, а самый настоящий негодяй. Он вел себя отвратительно, и ему незачем было дарить ей тот страстный поцелуй, прежде чем ускакать и исчезнуть в тумане...

После того как он обманул ее, она вовсе не хотела ехать с ним. Нет-нет, ни в коем случае! Он очень ненадежный человек и вероломный...

Что из того, что он в конце концов проявил благородство и не пожелал отдать ее контрабандистам? Что из того, что он вместе с ней вырвался из логова льва, а потом вернул ее семье? Все равно он дьявол, потому что похитил ее. Даже если бы он попросил ее поехать с ним после всего этого – а он не попросил, – согласиться на такое было бы безумием. И вообще кто знает, кто он такой на самом деле?

Она видела, как прекрасно он владеет оружием. А целуется он так, что если бы...

Черт побери, она не должна все время вспоминать этот проклятый поцелуй!

– Вы думаете, барон расскажет нам, где прячется Морган? – спросила Джульет.

– Лучше ему сделать это, – ответил Грифф. – Иначе я позабочусь, чтобы он ответил за свое молчание. А как только он скажет, я выслежу Прайса и заставлю его за все заплатить.

– Вы ведь сдержите свое обещание, правда?

Грифф промолчал, и Розалинда спросила:

– Какое обещание?

Грифф по-прежнему молчал, и Джульет, сурово взглянув на него, проговорила:

– Твой муж поклялся не вызывать Моргана на дуэль и не тащить его в Лондон для суда.

– Он не сделает ничего подобного, – заявила Розалинда Это вызвало бы скандал, который опорочил бы тебя, дорогая. А Грифф думает о твоем добром имени.

– О добром имени?..

– Проклятие! Джульет, вы же знаете, что я не сделаю ничего такого, что может опозорить вас или ваших сестер, – проворчал Грифф. – Но я заставлю этого мерзавца заплатить за то, что он совершил.