Чтение онлайн

– И что же? – осведомился Кросс.

– Теперь Бобби Бентс не хочет выполнять обещание. Поскольку главой студии «ЛоддСтоун» стал Бобби, власть вскружила ему голову. Он из кожи вон лезет, чтобы походить на Марриона, но для этого у него не хватает ни ума, ни харизмы. Так что Эрнест снова без гроша.

– Ну и что я, по-твоему, могу поделать, черт возьми?

– Вы с «ЛоддСтоун» партнеры в «Мессалине». У тебя наверняка есть с ними какие-то связи. Я хотела, чтобы ты попросил Бобби Бентса выполнить обещание Марриона.

Порой в подобных случаях Кросс чувствовал разочарование в умственных способностях Клавдии. Бентс никогда не уступит, такова уж неотъемлемая черта его работы и его натуры.

– Нет, – отрезал Кросс. – Я уже объяснял это тебе прежде. Я не берусь за дело, если не уверен в положительном результате. А здесь нет ни малейшего шанса.

– Мне всегда это было невдомек, – нахмурилась Клавдия. Немного помолчала. – Эрнест говорит вполне серьезно, он наложит на себя руки, чтобы права вернулись к его семье.

В этот момент Вейл заинтересовался происходящим.

– Клавдия, – сказал он, – ты тупица, неужели ты не понимаешь, кто такой твой брат? Если он просит кого-либо о чем-либо и ему отказывают, ему приходится убивать отказавшего. – Он одарил Кросса ослепительной улыбкой.

Кросс был просто вне себя оттого, что Вейл осмелился разговаривать с ним при Клавдии в подобном тоне. К счастью, в эту минуту прибыла служба доставки с сервировочными столиками, чтобы накрыть стол в гостиной. Садясь с гостями за еду, Кросс изо всех сил крепился, но, не сдержавшись, проронил с холодной улыбкой:

– Эрнест, насколько я понимаю, покончив с собой, ты снимешь все проблемы. Быть может, в этом я смогу тебе помочь. Переведу вас в номер на десятом этаже, и тебе достаточно будет просто шагнуть из окна.

На сей раз вскинулась Клавдия.

– Тоже мне, шуточка! Эрнест – один из лучших моих друзей. А ты мой брат, вечно заверяющий меня в любви и клянущийся, что пойдешь ради меня на все. – Она не смогла удержаться от слез.

Встав, Кросс обнял ее.

– Клавдия, тут я ничего не могу поделать. Я не волшебник.

Эрнест Вейл, вовсю наслаждавшийся обедом, менее всего походил на человека, способного наложить на себя руки.

– Ты чересчур скромничаешь, Кросс, – изрек он. – Видишь ли, у меня кишка тонка сигануть из окна. У меня чересчур развито воображение. Я умру тысячу раз по пути вниз, представляя, как буду выглядеть, когда мои мозги разбрызгаются по всем окрестностям. Да вдобавок еще могу приземлиться на какую-нибудь совершенно невинную особу. Я чересчур труслив, чтобы вскрыть себе вены, не выношу вида крови, до смерти боюсь огнестрельного и холодного оружия и уличного движения. Мне не хочется доживать свой век растительной жизнью, так ничего и не свершив. Не хочу, чтоб эти окаянные Бентс и Дир посмеялись надо мной, прикарманив все денежки. Ты можешь сделать одно: нанять кого-нибудь, чтобы он убил меня. Не говори когда. Просто осуществи это, и все.

Тут Кросс расхохотался, утешающе потрепал Клавдию по волосам и вернулся к своему месту.

– Ты что же, думаешь, тут тебе какая-нибудь дерьмовая киношка? – спросил он у Эрнеста. – Думаешь, убить человека – шуточное дело?

Покинув обеденный стол, Кросс подошел к письменному, отпер ящик, вытащил оттуда мешочек с черными фишками и швырнул его Эрнесту со словами:

– Тут десять штук. Попытай напоследок судьбу за зеленым сукном, глядишь, счастье тебе и улыбнется. И хватит оскорблять меня при сестре.

– Пойдем, Клавдия, – развеселился Вейл. – Твой брат не собирается помогать мне. – И сунул мешочек с черными фишками в карман. Казалось, ему не терпится приступить к игре.

Клавдия ушла в себя, мысленно складывая отдельные части картины воедино, но отказываясь увидеть результат. Поглядела на красивое, невозмутимое лицо брата. Да не может он быть тем, за кого выдает его Вейл. Поцеловав Кросса в щеку, она сказала:

– Извини, но я тревожусь за Эрнеста.

– Он оправится, – заметил Кросс. – Он слишком любит азарт, чтобы умереть. К тому же он гений, не так ли?

– Так он всегда говорит, и я с ним согласна, – рассмеялась Клавдия. – Да еще он ужасный трус, – но тут же протянула руку, чтобы любовно коснуться Вейла.

– Какого черта ты с ним болтаешься? – поинтересовался Кросс. – Почему ты с ним в одном номере?

– Потому что я лучший и последний его друг, – сердито огрызнулась Клавдия. – И люблю его книги.

Когда эта пара удалилась, Кросс остаток ночи провел, завершая план по передаче пяти миллионов сенатору Уэввену. Покончив с этим, позвонил менеджеру казино – высоко стоящему члену Семьи Клерикуцио – и велел ему принести деньги в пентхауз.

Менеджер и двое охранников, тоже из Клерикуцио, принесли деньги в двух огромных мешках и помогли Кроссу уложить их в китайский сундук.

– Миленький сундучок, – усмехнулся менеджер Кроссу. После их ухода Кросс взял с кровати огромное покрывало и завернул сундук в него. Потом позвонил в службу доставки, чтобы принесли два завтрака. Через пару-тройку минут позвонил охранник, чтобы сообщить, что Лиа Вацци ждет встречи с ним. Кросс велел пропустить Вацци наверх.

Он обнял вошедшего Лиа, как всегда, радуясь встрече.

– Хорошие новости или дурные? – спросил Кросс, когда служба доставки подала завтрак.

– Скверные. Этот детектив, который остановил меня в вестибюле отеля «Беверли-Хиллз», когда я был со Сканнетом, Джим Лоузи. Заявился в охотничью хижину и задавал вопросы о моих отношениях со Сканнетом. Но я отмахнулся от него. Скверно то, что он откуда-то узнал, кто я и где я. Меня нет ни в каких полицейских досье. Я ни разу не попадал в неприятности. Отсюда следует, что среди нас есть информатор.

Это напугало Кросса. Изменники в Семье Клерикуцио были редкостью, их всегда безжалостно истребляли.