Чтение онлайн

— Здравствуйте.

— Моя фамилия Турецкий, — представился я. — Следователь по особо важным делам.

Встретив ее недоверчивый взгляд, я провел рукой по нагрудному карману в поисках удостоверения, но обнаружил, что оставил его дома, так как выскочил в спортивном костюме. Ругнувшись про себя, я спросил ее:

— Простите, как ваше имя-отчество?

— Анастасия Дмитриевна, — ответствовала она важно.

— Вы, конечно, знаете Татьяну Зеркалову, с которой мы только что вошли в ваш подъезд?

— Вошли? — посмотрела она на меня с иронией. — Да вы же чуть не снесли меня вместе с будкой.

— Извините.

Она смерила меня удивленным взглядом: видимо, нечасто местные постояльцы перед ней извинялись.

— Конечно, я знаю Танечку, — продолжила она. — А вы что, поссорились с ней? Впрочем, насколько мне известно, она замужем. И не за вами.

— Мне это тоже известно, — кивнул я. — Но мы не ссорились, напротив, мы с нею старые друзья. Скажите, пожалуйста, вы не видели сегодня вечером кого-нибудь постороннего?

— Вы имеете в виду гостей? — уточнила она.

— Не только, — покачал я головой. — Может быть, это был человек, который не сказал вам, куда идет, или сказал, но что-то вам в нем не понравилось. А?

Она пожала плечами:

— Да вроде нет. Сегодня, кстати, вообще не было ни одного такого, чтоб я его не знала. Во время моего дежурства — это уж точно.

— И ничего подозрительного не заметили? — настаивал я.

— Да нет. Хотя… — Она озадаченно на меня посмотрела.

— Что? — насторожился я.

Взгляд ее как-то неуловимо изменился.

— А что, документик-то вы мне так и не покажете? — спросила меня хитро Анастасия Дмитриевна.

Что мне теперь — бежать за ним? Пришлось сказать правду, все равно она об этом узнает самое позднее через пятнадцать минут.

— Анастасия Дмитриевна! — заявил я дежурной голосом старшего следователя по особо важным делам. — Сегодня вечером в вашем доме, в вашем подъезде, произошло убийство.

Она побледнела на глазах.

— Что? — одними губами переспросила она. — Кто? Кого… убили? А?

— Отца Тани. Бывшего управделами Совета Министров Смирнова.

Она вскрикнула:

— Михаила Александровича?!

— Да.

— Как же это?.. — пробормотала она. — Как же это?

— Анастасия Дмитриевна! — позвал я ее.

— А? — Кажется, услышанное настолько ее потрясло, что она перестала воспринимать действительность.

— Анастасия Дмитриевна, — мягко повторил я. — Вспомните: вы видели здесь сегодня вечером что-нибудь необычное?

Она ответила почти сразу:

— Да!

— Что? — тут же подобрался я. — Что вы видели?

— Друг его приходил, — явно думая о постороннем, ответила Анастасия Дмитриевна. — Маршал.

— Маршал?

— Да, — кивнула она. — Этот… Киселев!

Я внимательно смотрел на дежурную.

— Анастасия Дмитриевна, — сказал я. — Почему вам это показалось странным? Или необычным? Он же друг Михаила Александровича, как вы сами только что сказали.

Впервые с того мгновения, как она услышала трагическую новость, Анастасия Дмитриевна посмотрела на меня более-менее ясным взором.

— Взвинченный он был какой-то, — сказала она. — Красный как рак.

— Красный?

— Ага, — простодушно кивнула она. — Красный, злой и… потный.

— Какой?! — удивился я. — Потный?!

— Да, — снова кивнула Анастасия Дмитриевна. — Даже отсюда было видно, что пот с него ручьями тек. Мимо меня пулей пролетел, а все равно заметно было.

— Он уходил от Михаила Александровича или только еще шел к нему? — спросил я, хотя уже знал ответ.

— Уходил.

— А когда он пришел? Сколько он пробыл в квартире?

Анастасия Дмитриевна покачала головой:

— Не знаю. Я заступила на дежурство в девять вечера. Как он пришел, не видела, значит, до меня было. А ушел часов около двенадцати.

Да. За это время можно было и поругаться, и подраться, и перебить целую роту бывших ответственных работников.

В общем-то можно было делать кое-какие выводы, но на всякий случай я спросил:

— А больше ничего подозрительного не было?

— Вам этого мало? — неожиданно резко спросила меня Анастасия Дмитриевна. — Он это, он. Мне давно его харя не нравилась. Все как люди, идут, здороваются, о делах спрашивают, о детишках, а этот ходит, как мимо пустого места. Важный такой — не подступишься, куда нам со свиным-то рылом… А как он его убил-то? Застрелил, что ль?

— Анастасия Дмитриевна, — уклонился я от прямого ответа. — С минуты на минуту прибудет оперативно-следственная бригада из МУРа. Вы им все это расскажите, ладно? И скажите еще, что Турецкий, то есть я, который их вызвал, постарается прибыть, — я посмотрел на часы в ее будке, — через полчаса. Ладно?

Она обернулась и посмотрела на те же настенные часы за своей спиной:

— Ладно.

Решение я принял сразу же, почти автоматически. Если это Киселев, а девяносто процентов за то, что убийца — именно он, то его надо брать горячим, так сказать, с пылу с жару. Не думаю, что он смог бы оказать мне сопротивление. Правда, я еще официально не вел это дело и права на арест у меня тоже не было, но я понимал, что стоит мне созвониться с Меркуловым, как я буду официально назначен следователем по делу Смирнова. Кому, как не «важняку», вести дело против Маршала Советского Союза?