Чтение онлайн

Сделав последний вдох, Грей выпустил из легких весь воздух, втянул грудь. Преодолев последние несколько футов, он буквально вывалился наружу, приземлившись на руки и колени.

Он словно родился во второй раз.

Поначалу он не заметил фигуры, стоявшей чуть сбоку. Она скользнула в щель между двумя стенами сразу же после того, как Грей из нее выбрался. Грей обернулся.

— Елена, нет! Вам ни за что не успеть!

Поднявшись на ноги, он бросился к щели, намереваясь выдернуть женщину наружу, но она уже продвинулась слишком глубоко, и он не смог до нее дотянуться. Она двигалась быстро, ее стройная фигура уходила все дальше.

Грей молился, чтобы ее не раздавило, но даже в этом случае она была обречена. Только потом он заметил кровавый след, тянувшийся за женщиной.

Позади него раздался басовитый голос.

— Где Елена? — прогудел Ковальски.

Грей видел, как, пройдя сквозь узкий коридор, она исчезла внутри ангара, и покачал головой.

Ковальски оглядел боковую стену ангара.

— Сбросив якорь на этого мерзавца, она оставила меня, сказав, что идет сюда, чтобы помочь.

Грей отвернулся.

— Она пошла умирать.

Николай лежал на спине, его ноги были придавлены грудой стальных прутьев весом в полтонны. Сквозь туман мучительной боли до его слуха донеслись приближающиеся шаги. Он повернул голову. Над ним склони лось лицо Елены.

Глаза Николая наполнила мука более сильная, нежели от боли из-за сломанных костей.

— О, милая, зачем ты сюда пришла? Женщина опустилась на пол рядом с ним. Ее рубашка пропиталась кровью.

— Любовь моя...— проговорил Николай одновременно с горечью и радостью.

Он поднял руку, и Елена скользнула в его объятия. Когда последний луч солнца, проникавший в ангар снаружи, погас, он прижимал ее к себе и нежно, как ребенка, баюкал.

Властный стук стали о бетон возвестил о том, что Укрытие закончило движение. Секундой позже в дальнем его конце ухнуло, и послышался звук, как будто что-то крошится. Фугасные заряды сработали, как и было запланировано, но новый саркофаг уже был запечатан, и находящимся снаружи ничего не угрожало.

Николаю повезло меньше.

Он окинул взглядом освещенное пространство. Стены были покрыты толстым слоем поликарбоната, предназначенного для того, чтобы отражать радиацию и сохранять ее внутри.

Это уже не имело ровным счетом никакого значения, но Николай посмотрел на дозиметрический значок, приколотый к нагрудному карману пиджака. Когда он прицепил его сегодня утром, поверхность значка была девственно белой. Теперь она стала угольно-черной.

Николай обнял Елену второй рукой и крепче прижал к себе.

— Почему? — спросил он.

В одно это слово уместилось множество вопросов. Почему Елена предала его? Николай знал, что это было так, иначе его план не был бы сорван. И еще: почему она пришла сюда?

Елена не ответила. Он отодвинулся и увидел, что глаза ее остекленели.

Мертва.

И он — тоже.

Живой мертвец.

Он знал, какой конец его ожидает. Всю жизнь он профессионально изучал подобное. Его смерть будет столь же мучительной, сколь и унизительной.

Когда он снова прижал Елену к себе, что-то выскользнуло из ее руки и упало ему на ногу. Он протянул руку и взял последний подарок Елены.

Его пистолет.

Должно быть, она подобрала его с пола. Так вот зачем она пришла.

Чтобы попрощаться и предложить ему путь избавления, которым они должны были пройти вместе.

Он прильнул к ней и в последний раз поцеловал ее холодные губы.

— Ты мое солнышко...

Она действительно была его солнцем.

Крепко прижимая любимую к груди, он поднес дуло пистолета к губам.

И обрел избавление.

7 сентября, 11 часов 00 минут

Южноуральские горы

С винтовкой на плече Монк преодолевал последний отрезок дороги. Впереди к гранитному склону скалы прилепился рудничный комплекс. Металлические наземные постройки и старая электростанция окислились. С крыш и водосточных желобов свисали сосульки ржавчины, окна были выбиты или висели на одной петле, изуродованный коррозией инструмент — лопаты, кирки, тачки — валялся там, где его бросили десятилетия назад.

На утесах виднелись старые насыпи пустой и отработанной породы. Среди этих каменных нагромождений возвышалось погрузочно-разгру-зочное устройство со стрелой крана, подъемником и желобами для выгрузки руды.

Припадая на раненую ногу, которую он наспех забинтовал, Монк шел вперед и удивлялся, откуда ему известно так много о горном деле. Может, его семья занималась...

Внезапно в его мозгу один за другим стали мыльными пузырями возникать и лопаться образы.

Пожилой мужчина в комбинезоне, покрытом угольной пылью... тот же мужчина в гробу... плачущая женщина...

Волна острой боли, пронзившей мозг, смыла образы, эти мерцающие остатки его памяти.

Моргнув, он повел детей и Марту сквозь лабиринт конвейерных лент, вагонеток для руды и разгрузочных желобов по направлению к их цели. Старые рельсы тянулись к отверстию в склоне утеса. Это был главный вход в рудник.

Когда они подошли к нему, Монк обернулся.

Под ними лежало озеро Карачай. По его прикидкам получалось, что оно раскинулось на две мили в ширину и примерно на три — в длину. Он обшарил глазами лесистые горы по другую сторону озера, выискивая хоть какие-то приметы того, ради чего они затеяли это путешествие.