Чтение онлайн

— Это не его вина,— выдохнул он.

На лице Петра было виноватое, но по-прежнему испуганное выражение.

Марта негромко ухала, хлопая Константина по ноге. Киска тоже упрекнула младшего брата.

Монк уже знал о том, что Петр был способен чувствовать намерения живого существа, но плохо умел определять расстояние. Оставалось надеяться на то, что, когда тигры окажутся действительно близко...

Петр окаменел. Его глаза стали огромными, как блюдца. Дрожа от ужаса, он открыл рот, но не сумел произнести ни звука.

Впрочем, слова были не нужны.

— Бегите! — завопил Монк.

Повернувшись, как один, к реке, они понеслись со всех ног к неспешно текущей воде. Монк подхватил Петра, крепко прижал его к себе и прыгнул с берега. Уже в воздухе он услышал двойной всплеск — это Константин и Киска шлепнулись в воду в нескольких ярдах ниже по течению.

Вскоре Монк вынырнул на поверхность ледяной воды. Мальчик обвился вокруг него, как лоза, крепко обхватил руками и ногами. Повернув голову, он увидел, как Марта проворно взбирается по ветвям дерева.

А поглядев в сторону леса, Монк заметил какое-то неуловимое движение. Мелькнула огненно-рыжая шкура.

Монк выгреб на середину реки, где было глубже всего, и течение, под хватив его, понесло их с Петром вниз. Он успел заметить, как Марта, перепрыгивая с дерева на дерево, движется в том же направлении. Шимпанзе не умеют плавать, поэтому старой обезьяне пришлось выбрать собственный путь.

Лесные тени шевельнулись, и из них сформировался огромный зверь — приземистый, с перекатывающимися под полосатой шкурой мускулами широко расставленными лапами и хлещущим хвостом.

В мгновение ока тигр оказался на берегу реки и прыгнул на Монка

Тот перевернулся на спину и стал бешено грести, но ему мешали рюкзак и вцепившийся в него ребенок.

Раздвинув лапы и оскалив огромные клыки, состоящий сплошь из мускулов и ярости, тигр летел прямо на него, а Монк не мог плыть достаточно быстро. Ему помогла река.

Тигр обрушился в воду недалеко от них, промахнувшись всего на несколько ярдов.

Монк заплыл в узкую протоку между двумя торчавшими из воды здоровенными валунами. В этой расщелине поток бешено бурлил. Сначала его с головой утащило под воду, потом вытолкнуло обратно.

Петр от неожиданности хлебнул воды и закашлялся.

Монк развернулся и увидел зверя, бултыхавшегося выше по течению. Вопреки мифу о страхе, который кошки якобы испытывают по отношению к воде, тигры ее не боялись. И все же зверь плыл к берегу. Кошки так не охотятся.

Они нападают из засады.

Мальчик оказался прав: движимые вековыми инстинктами лесных охотников и чутьем, тигры выследили их и бесшумно шли по их следу, пока Монк с детьми, подгоняемые предсказанием Петра, уходили через лес. Они дождались того момента, когда люди выдохнутся, и только тогда напали. Тигры — спринтеры, они не умеют бегать на длинные дистанции.

Появился второй тигр и, рыкая, метался по берегу. Первый выбрался из реки и отряхнулся, разбрызгав во все стороны целый фонтан прозрачных капель. Теперь Монк получил возможность как следует рассмотреть обоих. Хотя и мускулистые, звери выглядели изможденными и недокормленными, а их шерсть свалялась. На головах животных Монк заметил стальные шапочки — такие же, какие были на волках. Ухо одного из тигров было покалечено, видимо в результате неудачной охоты. Судя по описанию Константина, этого звали Захар. Его можно было отличить только по этому признаку, поскольку оба тигра были единоутробными братьями и в остальном похожи как две капли воды.

Словно повинуясь чьей-то слышимой только им команде, тигры развернулись и исчезли в темноте леса.

Но Монк знал: это еще не конец. Охота только началась.

Повернув голову, он увидел, как Константин и Киска скрылись за поворотом реки. Монк поплыл за ними. Петр, все так же обвивая его руками и ногами, дрожал. Монк чувствовал, что мальчика трясет не от холода и даже не от страха перед тиграми. Взгляд его округлившихся глаз был устремлен не на берег, а на поток воды, который нес их вперед.

Что его пугало?

15 часов 35 минут

Петр цеплялся за взрослого мужчину. Руками он обвил его за шею, ногами — за талию. Повсюду была вода, она заполнила весь его мир. Он ощущал ее вкус на губах, чувствовал ее в ушах, ощущал сладковатый запах водорослей. Ее холод пронизывал мальчика до костей.

Он не умел плавать.

Как Марта.

Петр посмотрел на далекий берег, мимо которого они проплывали; он искал глазами свою подругу.

Он знал, что во многом его страх перед водой исходит из ее сердца. Глубокая вода означала для нее верную смерть. Мальчик ощутил, как быстро и пугливо забилось ее сердце, когда сегодня они переходили по булыжникам через широкий поток, заметил, как сжались ее челюсти, увидел блеск ее внезапно остекленевших глаз.

Ее страх был его страхом.

Петр еще крепче вцепился в Монка.

Но подлинная причина страха Марты лежала глубже любого океанского дна. Петр понял это в тот самый момент, когда шимпанзе впервые подошла к его постели и положила на простыни свою морщинистую руку, предлагая ему дружбу. Окружающие думали, будто она пришла утешить мальчика, когда он выздоравливал после первой операции.

Но в ту показавшуюся ему вечностью минуту, когда он смотрел в ее карамельно-коричневые глаза, Петр узнал ее тайну. Она пришла к нему, чтобы утешить себя, чтобы он подбодрил ее.

С тех пор их накрепко связали страх и любовь.

А еще — страшная тайна.

16 часов 28 минут

Нью-Дели, Индия

— Известно ли вам, что человек способен видеть будущее? — спросил доктор Хейден Мастерсон, печатая на компьютере.

Грей отвлекся от изучения глубин своей кофейной чашки. Их группа расположилась в одной из отдельных кабин делийского «Интернет-кафе и видео». Ковальски привалился спиной к двери с матовым стеклом, превратив таким образом небольшую комнатку в неприступную крепость. Его подбородок был залеплен пластырем. Врачевание его царапин взяла на себя Элизабет, а теперь она укладывала в стопку страницы, которые выползали из лазерного принтера, стоявшего рядом с компьютерным терминалом. Пока их набралось всего четыре. Розауро и Лука отправились в контору по аренде автомобилей, чтобы обзавестись машиной для пред стоящего путешествия.