в тумане безымянном капель крикза лесом золотые фонариа перед лесом талая рекаона мне по-речному говоритзачем ты здесь зачем издалекаот глаз твоих вода моя горитя здесь у вод твоих названье взятья на ветру продрог в воде озябводы своей мне имя подарибез имени меня в тумане нетя понесу его за чёрный снегя на позёмке напишу егои будешь ты без имени легкадома в тумане дыма хоровода за туманом талая рекаот глаз моих без имени плывёт
«за спасительных стен гужевые труды…»
за спасительных стен гужевые трудывброд по небу сирень алычачеловек состоит из воды и водыи вода от воды отличав мутной толще проталина завтра светлане приблизить её не украстьи летят на разведку квадраты стеклаи кругами расходятся в насбел сиреневый воздух и дым кочевойчто весной полевой приберёгчеловек состоит из почти ничегочерт бессонных и стен четырёху которого года в руках запятыхразольются обломки брониукрывают погоду цветы и цветыно ничто их уже не роднит
«непосредственно дома в постели вчерашней земли…»
непосредственно дома в постели вчерашней землиили в транспорте где посильнее вдохнуть чтобы месторазорвать на себя чтобы лучше сидело в плечахудалить удалить удалитьуничтожить все признаки текстаэта песня чужая ничьяэто книга в которой – одно содержание норазрастается толще от времени, книга в которойв толще времени время становится толще, когдав книге времени только односодержанье сосуд стеклотараудалить удалить пустотана какие слова мне поймать тебя слово другое
«а я себя найду в глухой росе…»
а я себя найду в глухой росечужих полесий выродок дремучийгде грязь и неба на один присести мягкая трава идёт пружиняно это только на последний случайкоторый завтра угрожает жизнивнутри непроходимая водаи тощий лес но степь теплее ночьюа если завтра это никогдас ног на голову вывернув менянисходит тьма на стёртые подошвынабух асфальт а реки обмелелибилет обратный вымок и помят
«а когда травой порос…»
а когда травой поростопором пророс по полюмне сказали – что? – вопросни полслова не запомнилкак налево продавалс правых глаз огрызки ночипосмотри в мои домачисла с плавающей точкойсточной зрелости наделс пыльной барщиной на вертеля работал здесь на техкто работает на этихкто с балконных лбов ласкалмолодецкие полётыэто блядская тоскано и мы неподалёкуя вообще не при делахя топорный полый выструггоре горе врёт пилано выпиливает быстрото придут и спросят зато билет без пересадокзнаю что хочу сказатьне запомню что сказал им
«ни собственного не пересекал…»
ни собственного не пересекалне пресекал другогосуть не в этомпрохожий на дороге языкапоймал пытаю требую ответасе человек охочий до добраон в петлю за такое или постригно если взять и время отобратьу космоса что слову будет послеоткуда это слово оттеняменя пришло пьянит и просит бегстваи почему чем больше этих «я»тем меньше я по ту по эту текстав каком костре продрогши до костейя растекаюсь горлицей ли мысьюно если вправо влево не расстрелни песнь ни сказку ничего не смыслювот катишься кого бы ни бежалсожрут поскольку главного не выпално говорят тут можно всё а жальчто можно всё иначе был бы выбор
«так сердце к двум опять разорвало…»
так сердце к двум опять разорвалоа ты давай домой когда такаяне сплю а что рассвета всё равноне будет потому как поливаета всё ж смотри какое-то взошлозелёное на свет как стеклотарано свет твой не укупишь ни за чтои тьма моя мне больше не подарока это значит не в чем укорятьбессонный да и пьяный здесь проездомгде небо было раньше фонаряно я теперь такой же бесполезныйа здесь так правда – врать не переврёшьучись у тишины своей замужнейно я и на живого не похожи умирать не буду потому же
«мир крохобор и бракодел…»
мир крохобор и бракоделно по его законам длитсялоза что тянется к водеиз тонких пальцев проходимцавокруг гранитная траваеё и мёртвые не косятидет в управу головаи начинает день с вопросао чём молчишь когда молчишькуда бежишь когда всё позднои почему такая тишьв воде когда взрезают воздухгалдёж снаруж внутри мятежи сколько лет без позывногов аду растут четыре словаодни и те же
«а как восторг мне этот весь бы взять…»
а как восторг мне этот весь бы взятьвсю эту взвесь воздушную в подошвахи говорить о ней а не о том чтоя правильного мог о ней сказатьа был бы композитором тогда бя этот звук поймал бы за лодыжкивесь этот снег собачий еле слышныйпоющая летучая водаа как бы взял ни звука б не совралбелёсые берёзовые гвоздии вколотил с размаху бы в февральвесь этот сизый бег шершавый этот воздуха снег как полоз под балкон заползторчит рубахой школьною навыпуска небо ржавь а небо купороса снег поёт скрипит как сапоги на выроста я все эти песни перерос
Остановка
раз попутчик так делись не темниязыком ворочать не рыбку съестьв придороге аяясные днитульский чай невыносимая степьпо стеклу рябит зелёный репитчто ни хата то шалман то шалеза непрядвой полпути перепитьэй автобус не гони лошадейчто ты цуцик пригорюнился змерзгеть по сто пока по знакам до стапо следам за нами местная смертьтяжелее разводного мостаи гидравлика её заржавела и приводы её дребезжатраз попутчица делись не жалейдо вокзала и любовь на дрожжахломкий свет пяти часов молокостепь дымит шаманит дождь навесуу окошка молоток холодокпоутру за полстраны провезуна восходе шум крупитчат и дикпахнет мёдом птичий гвалт жгучий плющраз прохожий то иди-к ты ходираз приезжий проезжай-ка ты лучш
