Чтение онлайн

Дэнис напряженно стояла у стола Риппера и с нарастающим отчаянием слушала его слова.

— Постараюсь изложить все как можно быстрее, потому что не люблю нарушать обещания, а сейчас придется. Я ничего не могу сделать для твоего друга Рамиреса. — Дуглас мягко добавил: — Прости. Не думаю, что ходить вокруг да около было бы лучше — твоему другу грозит расстрел. Ступай к себе в кабинет и прочитай этот рапорт. Недавно представители ОДР и «Эризиан Клау» провели встречу на высшем уровне с обеих сторон, очевидно, для того чтобы определить, смогут ли они работать вместе. Миротворцы не знают, где она состоялась, но у них имеется список людей, предположительно принимавших в ней участие. — Риппер замолчал, словно ему было трудно продолжать. — Мне очень жаль. Там есть имя Рамиреса.

Она сидела в своем кабинете и читала рапорт, украшенный на каждой странице бледно-голубым штампом «Только для служебного пользования». Рапорт сопровождали пачка голограмм и скупые биографии главных подозреваемых.

Лан и Каллия Сьерран, брат и сестра, как прочла Дэнис, работавшие вместе с Трентом во время похищения сетевого ключа к информации по Лунету в 269 году. Каллия отвечала за оружие и его применение; ее брат считался непревзойденным специалистом по закладке мин, от взрывов которых погибло около дюжины миротворцев, один гвардеец и более двух десятков гражданских лиц.

Далее шел старый снимок итальянки по имени Домино Терренсия, занимавшей довольно высокий пост в «Эризиан Клау», но никто не знал, какой именно. В досье говорилось, что она осуществляла связь с Общиной дальнепроходцев и два срока избиралась вице-мэром Бессела, независимого города на Луне, поддерживаемого Гильдией Вольных Городов.

Имелись кое-какие данные, но без голограммы, и на Николь Лавли, женщину, основавшую «Эризиан Клау». Дэнис пропустила их, перевернула страницу и обнаружила, что смотрит на снимок Джимми Рамиреса.

— Пообещай мне кое-что, Дэнис!

— Обещаю.

— Ты даже не хочешь знать, что именно?

— Я и так знаю, что это насчет Джимми.

— А-а. — Через секунду он кивнул. — Ну ладно. Только смотри, чтобы он не просек, что ты за ним приглядываешь. Ему это не понравится.

Джеймс Рамирес, значилось в досье, в прошлом гангстер, вероятно, член банды Храмовых Драконов из Фринджа. По слухам, был близко знаком с Неуловимым Трентом, но это недостоверная информация, не нашедшая подтверждения. Служил в Управлении общественной защиты Нью-Йорка с 2072 года; с 2074-го был помощником общественного адвоката от Нью-Йорка. Внезапно уволился 30 апреля того же года. Известно также, что он имел тесные контакты с бывшим шефом полиции Максвеллом Девлином. Последние шесть лет Рамирес является убежденным членом и активистом «Общества Джонни Реба».

Дэнис закрыла рапорт и уставилась в пустоту.

Шесть лет.

И ни разу ни словом ей не обмолвился.

Она стала вспоминать прошлое, начиная с того дня, когда Трент покинул Землю. Последующие два года она виделась с Джимми чуть ли не ежедневно. Дэнис попыталась восстановить в памяти тот момент, когда он хотел вызвать ее на откровенность, стараясь заинтересовать деятельностью подпольщиков.

И не смогла.

Снова, безо всякого предупреждения, на нее навалилось ужасное ощущение пустоты, так часто посещавшее ее в последние дни. Она сидела одна в своем кабинете и думала о том, как Джимми Рамирес сказал ей когда-то:

— Я люблю тебя, Дэнис.

Она вскочила на ноги, пытаясь припомнить, знает ли она что-то такое, что может повредить Дугласу Рипперу, попади она в руки ОДР. Ей трудно было привести в порядок собственные мысли, но ничего такого сейчас не вспоминалось. Если они не смогут причинить ему вред, то она может уйти с чистой совестью.

Ей вдруг так сильно захотелось врезать кому-нибудь от души, что аж руки затряслись. Усилием воли заставив себя успокоиться, Дэнис побрела назад в кабинет Дугласа Риппера.

У Риппера шло совещание с Ичабодом и женщиной-вебтанцором по имени Салли Каннингхем, отвечавшей за создание экспертной системы анализа для ведения предвыборной кампании Риппера.

Дэнис вошла без стука и сквозь голограмму аравийской пустыни проделала долгий путь до стола патрона. Он поднял глаза.

— Мне необходима неделя отпуска. Он покачал головой:

— Нет. И не прерывай меня сейчас, я занят.

— Я должна кое-что сделать, Дуглас. Мне необходимо это время.

Дэнис видела, что Салли Каннингхем заметила ее обращение к Рипперу по имени, а тот в свою очередь заметил реакцию Салли. Советник стиснул челюсти.

— Извини, Салли. — Он обернулся к Дэнис: — Мой ответ — нет, мисс Даймара, и я не желаю это больше обсуждать. Во всяком случае, не сейчас.

Дэнис проигнорировала намек:

— Это очень важно. Мне необходимо, чтобы ты сказал «да».

Риппер глубоко вдохнул, задержал воздух в легких на пять секунд и выдохнул. Девушка понимала, что он сдерживает гнев, и где-то в глубине души, за пустотой и болью, хотела, чтобы этот гнев вырвался наружу, чтобы она смогла...

— Я не могу этого сделать, — сквозь зубы проговорил Риппер. — Ты нужна мне здесь. Если это касается Рамиреса, в чем я уверен, то мы, наверное, сможем послать за ним команду из Отдела спецопераций. Если я попрошу, мне окажут такую услугу. Если мы так поступим и без особых хлопот вытащим Рамиреса, то, возможно — возможно, — он отделается приговором к Общественным работам. Я посмотрю, что можно сделать. Но я не могу тебя отпустить. Не сейчас.

— Я не принимаю такой ответ. Есть вопрос, который я должна задать Джимми. И... я пообещала кое-кому. Я не могу нарушить обещание, это единственное, о чем меня попросил... тот человек.

— Я не отпускаю тебя. Дэнис почти не колебалась:

— Тогда я увольняюсь.

— Ты не можешь! — рявкнул Риппер. — Ты подписала контракт.

Салли Каннингхем наблюдала за конфликтом во все глаза, даже не притворяясь, что не слышит. Ичабод Мартин сидел с отрешенным видом, смежив веки и словно бы не присутствуя за столом.

Пустота внутри нее снова заговорила, пользуясь голосом Дэнис:

— Прости, Дуглас, ты действительно собираешься преследовать меня по закону?

Он мотнул головой, быстро и резко:

— Нет. Я освобожу твой кабинет, и все твои личные вещи будут высланы Роберту. Ты хочешь сохранить за собой квартиру?

— Мы можем поговорить об этом, когда я вернусь.

— Ладно. — Они долго смотрели друг на друга, а потом Риппер срывающимся голосом произнес: — Иди. Мне надо заняться делом.

Дэнис повернулась и пошла к выходу под ярким солнечным светом сквозь дрейфующие аравийские барханы.