Чтение онлайн

— Гильдия Белого Меча. Вы определенно знаете чем мы занимаемся? Помогаем героям и жертвам войны в Преисподней прийти в себя после ужасной трагедии, сломавшей их жизни. Возвращаем долг от лица Оси. Протягиваем страждущим руку помощи. Очень длинную руку.

Женщина-демон злобно скривилась. Спокойное выражение лица Нельса превратилось в маску исполняющего свои обязанности служаки.

— Дотягивающуюся до мошны Магистрата, — словно невзначай заметил он.

— У вас есть какие-то претензии к этому? — нагло парировал Мелгот, явно чувствуя себя в своей тарелке. — Или может вы не любите когда одни люди помогают другим?

Наблюдавший за ситуацией со стороны Леград не очень понял как так вышло, что какая-то благотворительная организация крыла возможности магов. А так оно и было, даже несмотря на бравый вид Нельса с боевой подругой.

— Нам сейчас ничего не стоит убрать тебя с пути, а твоего дружка забрать за убийство и ношение магического оружия. А после направить в вашу Гильдию проверку.

— Которую по счету? — осведомился Мелгот, презрительно разглядывая стража порядка. Тот отвечал не менее ненавидящим взглядом. — Потеряете зря время. А вас между тем начальство по головке не погладит.

Привыкший верно оценивать ситуацию Леград на всякий случай приготовился кинуться на Нельса со спины, если тот все же пустит в ход какое-нибудь волшебство. Ситуация вырисовывалась отвратней не придумаешь. В первый же вечер вляпаться в такие неприятности!

Коротко остриженные волосы на голове демонессы зашевелились, прибавляя в длине и гибкости…

— Нет! — оглянувшись на неё скомандовал Нельс. — Мы не станем сейчас марать рук об этих… Но сообщим куда следует, что Гильдия и её головорезы распоясалась окончательно. И пренебрегает законами Оси, ни во что не ставя власть.

— Можете идти, — не глядя на Леграда сумрачно добавил он. — Но не удивлюсь если мы очень скоро встретимся с вами.

— Пойдем, Лег, — подозвал его к себе Мелгот. — Оставим почтенных разбираться с покойным преступником.

В проулке стало светлее — это Нельс использовал перстень, осветив окровавленную землю и стерев тени со стен. В этом свете они с напарницей казались похожими на диковинных охотничьих псов, решающих что делать с телом добычи.

— Постарайтесь никуда не исчезать из города, — свет залил зеркальца очков на довольно привлекательном лице женщины, превратив их в два белых круга. — Чтобы в случае чего не осложнять нам работу.

— Непременно, — кивнул Леград, поддерживаемый Мелготом за плечо, после чего они развернулись торопливо выбрались из злосчастного закоулка, лопатками чувствуя острый взгляд женщины.

— Ни слова, — прижал Мелгот палец к губам. — Сначала в экипаж.

Карета стояла перед таверной, словно и не уезжала никуда. Зашторенные оконца гасили любое прикосновение света больших, похожих на светящиеся арбузы уличных фонарей.

— Поедем ко мне. Ты ведь не против скоротать ночь у старого друга? Опять же меньше шансов попасть в неприятности.

Стоило только мостовой со стуком подкованных копыт рвануться на встречу, щедро ускоряемой мастерством кучера как Мелгот сбросил с себя маску показательного добродушия. Он облегченно вздохнул, буквально сползая по подушкам сиденья и глянув на мечника потер лоб:

— Ну ты брат даешь. Такое впечатление, что про цивилизацию и не слыхал. В такое дерьмо сходу вляпаться это ж талант иметь нужно.

— Я не виноват, — хмуро поглядывая в щель между занавесками, где мелькали дома ночного Крессима, ответил Леград. — Он сам кинулся на меня. И…

— Первым нарушил закон? — понимающе оскалился Мелгот. — Ты ведь так ничего и не понял до сих пор?

— Ну растолкуй мне, раз такой умный, — раздраженно посмотрел на приятеля мечник. — Я должен был позволить той гниде вцепиться клыками мне в горло? Или кричать 'спасите! караул!' пока она обгладывала бы мое предплечье? Да я городу одолжение сделал прикончив выродка — он же на кого другого мог броситься! На простого человека!

— И бросался наверняка. Ты не кипятись, а слушай, что я скажу. Тебя вот не смутило, что малиновые как из-под земли появились, стоило тебе погеройствовать?

— Хочешь сказать провокация? Первое что приходит на ум, — признал Леград. — Но чего они от меня хотели? Здесь-то я давно не был и мало кто знает о моем возвращении.

— А если подумать лучше, — хитро сощурился Мелгот. — Если хотели не от тебя? Как ты сам думаешь легко ли демону раздобыть поддельные очки, чтобы сойти за реестрового? А потом восседать спокойно в центре города, задирая всех подряд?

— Нет. Не думаю. Но причем здесь малиновые по-прежнему не понимаю. Объяснишь?

Друг с самодовольством подлинного горожанина, разъясняющего деревенщине правила этикета скрестил руки на груди:

— Ходят слухи, что Служба Магической Безопасности последнее время очень не радует Магистрат. Работает плохо, разленилась. Но хуже того. Очень сблизилась, знаешь ли с… Горным Хозяином. Прикрывает разные грязные делишки того. В частности прикармливает группировки демонов вне закона.

— Но зачем? — поразился Леград. — Разве не Горный Хозяин в свое время ратовал за захват Преисподней?

— Это все игры Владык. Нам простым смертным этого никак не понять. Но в любом случае Магистрат не слишком доволен малиновыми. И еще нелегальным распространением магии. Отсюда вроде бы и будущая реформа Комитета Грамматиков… но это пожалуй нас не касается. Богам божественное, а нам наше.

Они проехали третий поворот налево, минуя декоративную мельницу в три человеческих роста, крутящую свои крылья возле Школы Пяти Мечей. В её дворе, за кованной оградой несмотря на поздний час упражнялись молодые фехтовальщики — будущие гвардейцы отрабатывали удары деревянными мечами друг на друге и соломенных мешках.

— А какое отношение к проблемам магов имею я? — так и не понял путаного ответа друга Леград.

— Им нужно показывать полезность. Отсюда и близкие отношения с такими вот демонами. Между прочим здесь в Крессиме их обретается несколько группировок, дерзко называющих друг друга Кланами. Вот с их стычек наши маги и зарабатывают себе балы в глазах Магистрата. Синих мундиров ведь к демонам и под страхом казни не загонишь. А тут еще и все эти непонятности со статусом героев. Нас они ведь никогда особенно не любили.