Чтение онлайн

Гость понимающе кивнул. За прошедшее время слава Корпуса достигла самых дальних уголков Ооконы. Его тяжелые мечи и длинные пики успели испробовать на прочность щиты армий всех племен и народов, о которых было известно географам Ооконы, да в придачу еще и доброй сотни тех, о существовании которых они прежде и не подозревали. И всем было памятно то, что сделал Корпус с Ситаккой, жители которой, подстрекаемые местными жрецами, разгромили две из трех Корпусных школ, находившихся на острове.

— Что ж, я вполне разделяю ваши опасения. Но мне пока сложно догадаться, каким образом Орден может помочь вам решить эту проблему.

Уголки губ Клунга дернулись в легкой иронической улыбке:

— У Ордена есть возможности это сделать. Достаточно вспомнить, что в рядах этого нечестивого воинства всего лишь около пятидесяти тысяч копий. И если, скажем, бунты черни, подобные тому, что произошел на Ситакке, вспыхнут сразу в нескольких местах, то у Корпуса просто не хватит сил… — Клунг замолчал, однако его красноречивый взгляд показал старшему из гостей, что он мог бы продолжать, но из уважения к присутствующим ограничится многозначительным молчанием.

Впрочем, продолжение лежало на поверхности. Скоординированные по времени выступления в разных концах Ооконы показали бы Грону, что за всеми этими бунтами торчат уши той могущественной организации, с которой он так долго и в общем-то успешно сражается в этом мире. А значит, основной удар Корпуса пришелся бы по землям, простирающимся далеко от тех, что находятся под благословенной властью Сха.

Губы старшего гостя сложились в ответную улыбку.

— Возможно, вы правы. Хотя Орден и ослаблен преследованиями Измененного, мы все же располагаем достаточными силами, чтобы обеспечить нечто подобное. Но все дело в том, что подобные действия всегда рассматривались нами в качестве одного из этапов более глобального плана, направленного на полную очистку нашего мира от скверны, занесенной Измененным. А мы пока еще не готовы к полному и всеобъемлющему осуществлению этого плана. Так что… — Гость развел руками, словно извиняясь.

Клунг недовольно дернул ногой, правда, еле заметно. Ну естественно, он и не сомневался, что у Ордена существуют планы по поводу того, как вернуть себе былое влияние в Ооконе. Но он и не подумает способствовать реализации этих планов. Конечно, терпеть эти богомерзкие Корпусные школы дальше нет совершенно никаких сил, ибо они подрывают самоё основу цивилизации. Но если платой за их разрушение станет восстановление былой власти Ордена, то… он лучше потерпит школы. Потому что в ином случае он будет каждый вечер укладываться на ложе без всякой надежды вновь увидеть рассвет. Поэтому было жизненно необходимо убедить гостей действовать немедленно.

— Возможно, это не самая разумная мысль. Гость с деланным недоумением вскинул бровь:

— Вы сомневаетесь в мудрости Хранителей Ордена?

На лице Клунга изобразилось сложное выражение, в котором можно было прочитать и сарказм, и сочувствие, и иронию.

— Я ничуть не сомневаюсь в том, что Орден возглавляют ныне весьма достойные люди, но… Мудрость Хранителей (он нарочито выделил эти два слова, поскольку предполагалось, что рот Сха никоим образом не должен был знать внутреннее название библиотеки Острова) ныне покоится на морском дне… — Клунг мгновение помедлил, стараясь придать своему молчанию максимальную многозначительность. — И… разве тех, кто не покладая рук трудится ради восстановления величия Ордена, не беспокоит мысль, что Измененный может просто не дать им времени закончить эти труды. Почему бы вам не воспользоваться ситуацией и не принять помощь тех, кто готов стать вашим союзником, уже сейчас, не дожидаясь, пока до Измененного дойдут странные слухи и он решит вновь обрушиться на Орден? Клунг замолчал и демонстративно приник к кубку с чрезвычайно редким в этих краях дожирским вином. Гость некоторое время сидел, задумчиво глядя перед собой, затем повернулся к увлеченному вином жрецу:

— И вы готовы принять участие в убеждении… нерешительных?

Клунг сурово сжал губы:

— Среди служителей Сха нет нерешительных. А что касается остальных… то до меня дошли слухи, что служители Фанера и его жен тоже озабочены деятельностью Корпусных школ в Венетии. Тамарис тоже на грани волнений. Так что не думаю, чтобы для убеждения имеющих власть в иных местах, еще не подвергнувшихся разлагающему влиянию Измененного настолько глубоко, как Элития, потребовалось бы приложить так уж много усилий.

Гость кивнул:

— Но вы понимаете, что устранение этой скверны будет лишь началом… партии, причем следующий ход сделает Измененный?

Рот Сха мысленно усмехнулся. Похоже, окунь заглотнул наживку.

— Несомненно… несомненно… Но все дело в том, что никто не собирается оказывать Корпусу серьезного вооруженного сопротивления. Во всяком случае, У НАС дело обстоит именно так. Пусть даже Корпус войдет в Сетх. Пусть Измененный потребует репараций. Верховный готов выплатить любые, самые неразумные репарации и даже изрядно уменьшить армию. Это и к лучшему. Когда чернь наконец поймет, КТО главный виновник их голода и нищеты, у нас окажется недостаточно сил, чтобы сдержать голодные бунты и оградить обучителей вновь отстроенных школ (а я не собираюсь мешать Измененному их отстраивать) и небольшие гарнизоны, оставленные для их защиты, от лавины оголодавших и жаждущих мести простолюдинов. Многие из которых, несомненно, окажутся обученными солдатами, выброшенными из армии после сокращений.

Гость несколько мгновений молчал, размышляя над сказанным, затем восхищенно цокнул языком:

— Воистину мудрость служителей Сха не знает границ. Недаром среди большинства цивилизованных народов Отец-змея является символом разума. Я немедленно доведу до Хранителей ваши мудрые мысли…

На следующее утро гости Рта Сха тронулись в обратный путь. Когда мрачная громада Храма скрылась за волнистой линией горизонта, старший повернулся к своему младшему товарищу и, скривив губы в насмешливой улыбке, презрительно произнес:

— Теперь ты понял, Играманик, в чем заключается величие Ордена? Мы готовы были выступить еще два года назад. Но тогда мы оказались бы одни, а те, кто сейчас умолял нас стать союзниками, со злорадством наблюдали бы, как Измененный гоняется за остатками Ордена, будто стая гончих за лисой. Так что мы набрались терпения и попытались вложить в головы этих тупоумных прислужников каменных идолов наши собственные мысли… ну, и слегка подтолкнуть Грона к активным действиям. — Он хохотнул, — Нет, ты вспомни, с каким апломбом этот мелкий служка окраинного божка излагал передо мной мои же собственные идеи! — Старший бросил быстрый взгляд через плечо, проверяя, не услышали ли чего подозрительные храмовые стражники, составляющие их охрану и почетный эскорт, и, понизив голос, добавил: — Так что теперь первый удар Измененного обрушится именно на них. А уж мы постараемся этим воспользоваться…

— Команда-а-а, разой-дись!

Четкий строй слегка вздрогнул и потерял свою безупречную четкость. И сразу стало видно, что стоящие в строю люди никакие не военные. Одеты они были довольно разношерстно: одни — в короткие туники, другие — в принятые среди горцев Атлантора бешметы и жилеты, а кое-кто щеголял в горгосских и венетских нарядах. У большинства за плечами висели туго набитые мешки, когда-то, вероятно, выглядевшие абсолютно одинаковыми, но с тех пор успевшие изрядно пообтрепаться и обрасти разноцветными заплатами и шрамами грубой штопки, а у ног некоторых стояли слегка пооббитые морские рундучки. Впрочем, пока эти люди стояли в строю, вся эта разношерстность совершенно не резала глаз, ее затмевала четкость линий коротко остриженных затылков, вскинутых подбородков и разведенных на строго выверенное расстояние носков.