Чтение онлайн

Судебная система на подопечной территории находилась под контролем верховного судьи, назначавшегося военно-морским министром. Суд вершили один или несколько судей без присяжных. Апеллировать в федеральные американские суды не разрешалось.

Высшей судебной инстанцией на территории являлся апелляционный суд из трех или более судей, назначавшихся верховным комиссаром. Теоретически судьями в нем могли быть и представители коренного населения, но практически все места занимали только американцы. В состав суда входил верховный судья. Апелляции на приговоры этого суда не допускались. Лишь военно-морской министр, как отмечалось выше, мог изменять решение апелляционного суда.

Районные суды назначались верховным судьей также из среды американцев. Коренные жители выступали лишь в качестве консультантов по вопросам обычного права.

В низших судебных инстанциях служили в основном представители коренного населения, но имели они весьма ограниченную юрисдикцию. К июлю 1950 г. в этих судах работали 6 американцев и 142 коренных жителя.

Что касается экономической жизни подопечной территории, то управляющая власть, несмотря на неоднократные заявления о том, что она несет ответственность за скорейшее развитие экономики островов и подготовку островитян к предстоящему независимому существованию, не изменила положения вещей ни в сельском хозяйстве, ни в рыболовстве, ни тем более в области индустриальной. Количество коренных жителей, привлекавшихся американской администрацией к гражданским работам, заметно уменьшилось с 1948 по 1951 Г; Если в июле 1948 г. их было 2,3 тыс., то в июле 1951 г. — 1,5 тыс.

Единственной отраслью промышленности, которая не заглохла на подопечной территории, являлась добыча фосфатов на Ангуаре. Но доля участия коренного населения была незначительной и в ней. Добыча производилась, по существу, японскими рабочими, что видно из нижеприведенной таблицы.

II

Установление опеки над микронезийскими островами породило упорную борьбу за управление ими между двумя министерствами США: военно-морским и внутренних дел. Вначале, как мы видели, победило военно-морское министерство. Но через четыре года министерство внутренних дел сумело взять реванш: 1 июля 1951 г. оно получило право на управление островами. Однако уже 10 ноября 1952 г. военно-морское министерство добилось передачи ему управления островами Сайпан и Тиниан, а 17 июля 1953 г. — всеми Марианскими островами (кроме острова Рота). Министерство внутренних дел не пало духом, спустя девять лет, 7 мая 1962 г., оно вернуло потерянное и стало вновь управлять Марианскими островами (включая остров Сайпан).

К середине 60-х годов подопечная территория в административном отношении делилась на шесть округов: Палау, Яп, Трук, Понапе, Маршалловы и Марианские острова (в 1974 г. был создан еще один округ — Кусаие), каждым из которых управлял окружной администратор. Вся полнота законодательной и исполнительной власти на подопечной территории продолжала оставаться в руках верховного комиссара, назначаемого президентом США.

До 1962 г. центральные органы управления подопечной территорией находились на острове Гуам, который, хотя и входил в группу Марианских островов, считался несамоуправляющейся территорией, т. е. попросту являлся колонией США. Это достаточно характерный факт: подопечной территорией управляли из колонии, тем самым не делая между первой и последней никакого различия.

Совет по опеке много раз требовал от американской администрации перенести центр управления непосредственно на подопечную территорию, но безрезультатно. Лишь 1 июля 1962 г. под давлением ООН США перевели административные органы с Гуама на остров Сайпан. Это обстоятельство весьма примечательно. Округ Сайпан до 1962 г. подчинялся военно-морской администрации и находился в привилегированном положении. Правительство США вкладывало в развитие Сайпана значительно больше средств, чем в развитие других округов. Должностные лица здесь получали повышенные оклады, школы лучше обеспечивались помещениями и квалифицированными кадрами, больше средств отпускалось на нужды здравоохранения, сельского хозяйства, строительство дорог.

Так, в конце 50-х годов Сайпан располагал 169 больничными койками, а на всей подопечной территории их насчитывалось 467. На острове имелись два врача, тогда как на всей территории их было три. Ассигнования на нужды здравоохранения на Сайпане в 1957 г. достигли около 200 тыс. долл., в то время как на всей территории они равнялись 525 тыс. долл. Следует также отметить, что три четверти населения Сайпана работали на американской военной базе, расположенной на острове. Бюджет острова на 1961–1962 гг. составил 627 тыс. долл, (расходная часть — 311,5 тыс. долл.), а, например, округа Понапе — 151 тыс. долл, (расходная часть — 60,5 тыс долл.). Однако на Сайпане проживало немногим более 8 тыс. человек, а в округе Панапе — свыше 17 тыс. Вот почему американцы использовали население именно этого острова в своих политических маневрах.

Из округа Сайпан исходила инициатива обращения в ООН (23 ноября 1959 г.) с просьбой рассмотреть вопрос о включении Марианских островов в состав американской колонии Гуам. После этого власти США даже способствовали образованию двух политических партий на Сайпане, хотя вообще существование политических партий на подопечной территории американской администрацией запрещалось. Лишь в 1963 г. возникли еще две партии на острове Палау, но они не обнародовали свои программы и взгляды. Одна из партий на Сайпане, созданная 28 декабря 1960 г., называлась «Народная партия Сайпанского округа», а другая, созданная 2 февраля 1961 г., — «Прогрессивная партия Сайпана» (в 1963 г. была переименована в Демократическую партию).

Целью Народной партии Сайпанского округа, как вытекало из ее программы, являлось распространение принципов Джефферсона, а именно: 1) установление народного правительства; 2) предоставление избирательных нрав самому широкому кругу лиц и защита личной свободы; 3) провозглашение свободы вероисповедания; 4) провозглашение свободы слова и печати.

Прогрессивная партия Сайпана сформулировала свои цели в программе следующим образом: 1) содействие прогрессивному развитию всех областей жизни: политической, экономической, духовной и социальной; 2) поощрение интереса населения к политическим делам и активного участия в них; 3) поощрение установления хороших взаимоотношений, дружбы и солидарности среди членов партии; 4) поощрение и поддержка кандидатур всех лиц, желающих быть избранными на государственные должности под флагом партии; 5) осуществление мер, необходимых для достижения общих целей, ради которых образована партия.

Практически же обе партии сразу активно выступили за выход Сайпана из состава подопечной территории. Разница состояла лишь в том, что Народная партия Сайпанского округа настаивала на присоединении Сайпана к Гуаму, а Прогрессивная партия Сайпана — на включении острова в состав Соединенных Штатов Америки в качестве владения или территории на правах «свободной ассоциации» с управляющим государством.

5 февраля 1961 г. в Сайпанском округе (он состоял из двух муниципалитетов: Сайпанского и Тинианского) был проведен плебисцит. Для участия в нем было зарегистрировано 3035 человек (фактически участвовали 2552). Населению предлагалось ответить на четыре вопроса.

Ниже приводятся вопросы и число положительных ответов.

Как видим, наибольшее число принявших участие в плебисците высказалось за присоединение Сайпана к Гуаму. В этой связи необходимо отметить, что население Сайпана в течение ряда лет подвергалось сильному давлению со стороны законодательного органа Гуама.

Еще в 1958 г. в резолюции № 367, принятой на второй сессии: четвертого созыва, законодательный орган Гуама обратился непосредственно к конгрессу США с просьбой распространить на северные Марианские острова систему управления территории Гуам. Эта просьба настойчиво повторялась в резолюции № 27, принятой на первой сессии пятого созыва в 1959 г., и в резолюции № 74, принятой на первой сессии шестого созыва в 1961 г., причем в последней резолюции говорилось даже о создании специального комитета по вопросу об объединении Марианских островов.