Чтение онлайн

– Ты! Ты во всем виноват! – услышал я шипение остановившегося рядом Сьеррэ. – Все из-за тебя! Проклятый Руговир, как же я тебя ненавижу!

За спиной Сьеррэ появился толстяк, который вышел из шатра, и я решил, что спорить не стоит. Поэтому пожал плечами и молча ушел…

В расположении нашего батальона лейтенант Эрахов появился вечером, и под его командование перешел свободный взвод из роты капитана Рейнера. После чего он показал себя во всей красе. Построил бывалых штурмовиков-ветеранов, уже прошедших через несколько сражений и проливших кровь врагов, и устроил им, словно сопливым новобранцам, строевой смотр с последующим досмотром личных вещей. То есть он с ходу настроил против себя воинов и поплатился за это.

Ночью у Сьеррэ украли превосходные сапоги, пошитые на заказ, которые он выставил из палатки для просушки. И это было только началом его злоключений. В следующую ночь неизвестные злоумышленники облили палатку лейтенанта водой, а когда он выскочил наружу, то споткнулся об растянутую на земле веревку и лицом вниз упал в кучу нечистот. При этом часовые конечно же никого не видели и ничего не слышали, а пьяный слуга лейтенанта был обнаружен связанным возле отхожего места и не помнил, как он там оказался.

Понятное дело, все понимали, что лейтенанта достают солдаты и сержанты его взвода, плевать хотевшие, чей он племянник. Со дня на день мы ожидали марша на Сайгару и большой битвы. Так чего или кого бояться воинам, которые первыми пойдут в атаку и возглавят авангард? Капитана Рейнера? Так он вмешиваться не собирался, точно так же как майор Агликано, а бежать со своими жалобами в штаб полка Сьеррэ не решился, поскольку это позор.

Ну а что касательно меня, то я наблюдал за бедами недруга со стороны, и все бы ничего, вот только в своих проблемах с личным составом он обвинял меня. Видимо, племянник генерала считал, что я такой же, как и он, злобный, мелочный и спесивый человечек, только и мечтающий, как бы сделать ближнему своему какую-нибудь гадость. А мне и без того было чем заняться, ибо проблем хватало, и помимо повседневных служебных забот я пробовал осваивать древние знаки и пытался представить себе ситуации, при которых их можно было применить.

Кстати о моем наследии, то есть об иероглифах и магии Древних.

После сражения с багаудами связь с магическими энергетиками Вайда пропала. Но когда я попробовал вызвать ее, она появилась. Это был успех, значит, я перешагнул какой-то барьер, стал сильнее, и радости моей не было предела. Однако когда волна внутреннего восторга пошла на спад, я задумался и задал себе вопрос. А какие именно знаки я могу использовать прямо сейчас? И тогда провел краткую ревизию своих знаний.

Есть стихийные знаки: Огонь, Вода, Земля и Воздух. Но я знал лишь Огонь. Есть обозначения животных, наверняка несколько сотен. Но я знал только пару десятков. Есть иероглифы предметов, которых тысячи. Но я знал примерно двести. Есть растения, эмоции, чувства людей, природные явления и многое другое. Но мои знания были скудными, и пробел следовало заполнить, чем скорее, тем лучше. Ведь это какая власть окажется в моих руках, если мне, например, станет известен иероглиф Разум? Огромная, потому что можно будет повелевать практически любым человеком или группой людей. А если этот знак применить в бою против некромантов? Да это же почти гарантированная победа, быстрая и бескровная. Приказал чернокнижникам сдаться, и сражение окончено. Впрочем, и без этого в арсенале кое-что имеется. Уже упомянутый мной иероглиф Огонь, Смерть и Солнечный Свет. Все это вполне реально использовать, и кое-что я уже могу.

«Эх! Скорее бы уже появился посланец матушки, которая молчит и не отвечает на мой зов», – подумал я, а затем пришли совершенно другие мысли, тоскливые и безрадостные.

Допустим, появился посланец и открыл мне все секреты Древних. Или хотя бы разъяснил моменты, остающиеся для меня загадкой. Ну а что дальше? Выйти к морейским магам и сказать – вот он я, молодой, но уже могучий чародей, способный открывать порталы в иные миры и побеждать толпы врагов. А они сразу обрадуются и сделают меня своим архимагом? Нет уж. Скорее всего, такого ценного человека попытаются взять под контроль и начнут вытряхивать из моей головы все тайны народа Вайда. Про это я уже думал ранее и поразмыслил об этом снова. После чего пришел к логичному выводу. Не надо высовываться, а то спеленают, накинут на шею магический поводок и отправят в Алькантар.

Вон Лукас Эстербатто до сих пор ходит и вынюхивает подробности боя в Травене, и в его руках я неоднократно видел мощный поисковый артефакт. Штука известная. Лишь только где-то рядом начнут творить чародейство, как артефакт укажет место и локализует человека. А я хочу сохранить свою тайну и остаться на свободе. Тут все понятно. А помимо морейских магов еще имеются эльфы, которые могут чуять магию Древних. Да и удравшие от нас некроманты наверняка заинтересовались личностью чародея, уничтожившего хваленых багаудов. И в таком случае бесплотный дух, кружащий чуть ли не каждую ночь возле стоянок нашего батальона, вражеский разведчик. Так что куда ни кинь, всюду клин. Минимум три разные структуры хотели бы добраться до меня, и спасают мою персону только два фактора – осторожность и анонимность. Другой бы на моем месте, возможно, уже сидел в клетке, а я на свободе. Вот какой продуманный человек.

«Отставить! – я одернул себя. – Не расслабляйся, будь начеку и не забывай, что ты далеко не первый последыш Вайда. И вряд ли твои предшественники были слабее или глупее. Однако же они все погибли или попали в рабство, и это должно служить тебе напоминанием, что опасность всегда рядом. Значит, чтобы себя не раскрыть, умения Древних стоит применять только в самом крайнем случае, когда не остается ничего другого. Есть меч и общедоступная магия. Вот и ладно. Этого пока хватит».

К такому решению я пришел после долгих ночных размышлений, когда оставался один. А потом стало не до этого. Вторая Восточная армия, разделившись на колонны, по нескольким дорогам двинулась на Сайгару, и спустя трое суток мы подошли к вражеской столице, под стенами которой стояло вражеское войско. И противник не стал ждать, пока мы соберемся в ударный кулак, а сам перешел в наступление. Ну и, как водится, первыми, кто встретил натиск врага, были воины авангарда. Конные егеря, штурмовики Агликано и несколько пехотных рот сбили фланговый заслон противника и успели закрепиться на высоком холме рядом с главным трактом, а затем через магов получили приказ держаться до последнего солдата или до подхода подкрепления.

По полю вдоль тракта, набирая скорость и горяча тяжелых коней, на наш батальон надвигалась лавина рыцарей из Райно. Сотни ярких значков и знамен развевались на ветру, блестела на солнце сталь, гремели барабаны, а поступь лошадей заставляла дрожать землю. Грозное зрелище, при виде которого невольно начинаешь искать укрытие. И остановить противника, решившего навязать морейцам встречный бой, было нечем. Не может линейная и штурмовая пехота одолеть тяжелую латную кавалерию в чистом поле, без рвов, поддержки артиллерии, группы магов и оборонительных рубежей – это закон, известный любому офицеру царской армии. Поэтому майор Агликано сделал то, что был должен.

– Батальон! – разнесся над трактом его голос, и оголенным клинком он указал на высоту справа от дороги. – Бе-гом! Марш! Взять холм! Живее!

Приказ был выполнен без сомнений и колебаний. Штурмбат развернулся и, сбрасывая с плеч тяжелый груз, поротно устремился на высоту. Следом за нами туда же направились линейные пехотинцы, шедшие за штурмовиками. А с левого фланга, нахлестывая коней, к нам приближались кавалеристы Михара и конные егеря, обеспечивавшие фланговое прикрытие.

Восхождение было трудным. Склон крутой, пыльный и покрыт сухой травой, так что зацепиться особо не за что, а тут еще сверху полетели стрелы и круглые булыжники. Неизвестно, кто командовал вражеским войском, если в нем вообще имелся главный полководец, но он поступил правильно. Противник решил ударить первым и навязать нам сражение, пока мы не сосредоточились и не вышли на исходные позиции, а удобный для обороны холм, с которого можно было обстреливать тракт, оказался занят рубайятским отрядом. Все логично, и если это начало большой битвы, что будет дальше? Ночь близка, и через пару часов стемнеет. После чего из своих укрытий вылезут вампиры, а некроманты покажут, на что они способны. И в этом кровавом замесе мы – штурмовики, пехота и кавалеристы авангарда.

С неприятным посвистом мимо пролетела стрела, а следом, сбивая с ног воинов, прокатился крупный камень. Шквал метательных снарядов обрушился на батальон, и на миг солдаты остановились. Но по вершине ударили наши чародеи, опустившие на нее облако ядовито-желтого газа. И хотя заклятие практически сразу рассеялось – верный признак того, что у противника тоже есть маги, – это придало нам уверенности, и кто-то из офицеров, кажется Рунольв Виниор, закричал:

– Не останавливаться! Морея, вперед!