Чтение онлайн

Толпа, в основном простые люди, не богатые, но и не голь перекатная, попивая мутный эль, обступила его и притихла. А рассказчик, умело изображая персонажей, начал:

– Прибегает к стражникам человек, стучит в караулку и кричит: «Помогите! Помогите!» Дверь открывается, и унтер-офицер спрашивает: «Тебе чего, доходяга?» – «Там мясник жену убивает, гоняется за ней с топором». – «А нам-то что?» – «Он еще грозится дом поджечь.» – «А нам-то что?» – «Он еще соседей убить хочет». – «А нам-то что?»

Весельчак изобразил сержанта, вальяжного и толстого, и жалобщика, стеснительного, но с хитрецой, и завершил анекдот:

«А еще сосед кричал, будто все стражники толстые овцелюбы». – «Что?! – вскричал сержант и обернулся в караулку: – Робяты, преступление против короны совершается! Стражу оскорбляют! Все за мной!»

История была старая, но неискушенным северянам она понравилась. После чего кто-то кинул в дырявую шляпу балагура пару медных монеток, и рассказчик продолжил развлекать людей:

– Идут по улице два ленивых стражника. Видят, труп лежит, а у него во лбу арбалетная стрела. «Какое странное самоубийство», – говорит один. – «И не говори, – вторит ему другой, – нет бы, как все нормальные люди, повеситься, а он из арбалета самоубился».

Снова смех и следующий анекдот:

– Мальчик спрашивает у папы:

«А почему у всех стражников на рукавах металлические пуговицы?» – «Чтобы они не вытирали об мундир сопли». – «А почему пуговицы блестят?» – «Так они все равно вытирают».

Толпа зашлась от хохота, да и я посмеялся, а потом перестал, так как заметил, что волосы у весельчака не настоящие. Он носил парик, хороший, надо отметить, но если слушатели на это внимания не обратили, то я – напротив, и у меня возник резонный вопрос: кто этот балагур? Беглец, вроде меня? Возможно. Агент какой-то спецслужбы? Тоже может быть. И если так, то надо смотреть за ним в оба глаза и держать меч под рукой. Заклятия Древних применять нельзя, засекут, но я и с клинком кое-что умею.

Впрочем, вскоре я про весельчака забыл. Он, конечно, продолжал выступление, но вернулся Юссир, и мне стало не до него.

– Рассказывай. – Я кивнул сержанту.

– Сейчас. – Он сделал пару глотков пива, смочил горло и начал доклад: – Значит, так, господин Оттар, я весь город обежал и все уладил. Люди есть, повозки и товары по сходной цене, немного ниже, чем в Каргарде.

– За поселение выезжал?

– Да. Там тоже людей много, большим табором стоят. Послезавтра на север уходит большой караван, и старшина в нем правильный, можно с ними пойти. Там же крепкие повозки продаются, всего по пятнадцать альго, тягловые лошадки по десять и верховые полукровки по двадцать. Кое-что здесь заметно дешевле, чем у нас на родине.

– А людей где брать, на бирже?

– Ага. Там нищих и обездоленных полно, и я помощников себе уже присмотрел. Три семьи, крепкие мужики с бабами, но без детей. Работяги из вольных, пришли из Несковии. Плата малая – с меня пропитание, одежа, немного скарба на обзаведение да защита. Для начала. А на следующий год новый сговор.

– Хорошо. Завтра все, что нам нужно, купим, с людьми пообщаемся – и в путь. Это все?

– Нет. – Сержант мотнул головой. – На севере, говорят, с женщинами трудно. Поэтому, думаю, нам тоже кого-то надо взять. Откровенными шлюхами я брезгую, и, если вы не против, надо бы невольничий рынок посетить.

– А почему я должен возражать? Я пока обойдусь, а ты бери. Дело-то житейское.

– Ну мало ли. – Юссир пожал плечами. – Вы же дворянин, а в Морее рабов нет.

– Морея там, – я неопределенно махнул рукой, – а мы здесь и живем по законам другого общества, более злого, опасного и менее терпимого. Тут законы расплывчаты, человек человеку враг, и кто сильнее, тот и прав.

– Да, господин Оттар, вы правы.

Тем временем наступила ночь. Балагур, собрав немного денег, исчез. Юркий тип, вроде бы только что рядом крутился, а потом пропал. Постояльцы стали расходиться, и мы тоже отправились на покой…

С утра, чуть свет, подъем. Как раз вернулся Вольгаст, доложивший, что отныне под его командованием есть пара оборотней, и мы с Юссиром отправились за покупками.

Как это ни странно, но все прошло просто отлично и без приключений. Мы закупили все необходимое и даже смогли достать подробную карту имперской провинции Рунгия. После чего договорились с переселенцами и старшиной каравана мастером Серпаком, а сержант приобрел себе женщину, двадцатилетнюю симпатичную деваху из Рубайята, купеческую дочь, которая, спасаясь от «ужасных» морейцев, покинула родину и оказалась в кандалах. Везучая. Ведь Юссир мужик неплохой, хозяйственный и в общем-то спокойный, поэтому они, наверное, поладят.

Так прошел еще один день. А на следующий мы покинули поселение, и, оседлав полукровную лошадку, я выехал на невысокий холмик и огляделся. По широкой грунтовой дороге медленно двигался караван из полусотни груженых повозок, три из которых наши. Впереди почти покрытая высокой травой равнина, а дальше заснеженные горы, и среди них спрятался замок моего покойного брата Халли, точнее, его развалины. Ну а позади последний оплот цивилизации, Каргард. И, глядя на дома и бараки этого поселения, повинуясь внутреннему порыву, я взмахнул рукой и выкрикнул:

– Прощай, мир цивилизованных людей! Пока мне нет здесь места, но настанет срок, и я вернусь! Вернусь для того, чтобы отомстить всем, кто хотел моей смерти, кто убивал моих братьев и охотился на Вайда! Клянусь!

Это был крик души, выплеснувшийся в мир, и на мгновение мне показалось, что этот посыл услышали, а затем откуда-то издалека пришли неразборчивые отклики. Но конечно же мне это только показалось, и, ударив пятками по бокам лошади, я помчался вслед за караваном…