Чтение онлайн

— И ты... ты всегда так видишь?

Сейди фыркнула.

— Боги Египта, нет! Я бы слетела с катушек. Мне нужно концентрироваться, чтобы заглядывать в Дуат. Этим ты сейчас и занимаешься — подглядываешь в щелочку магической стороны мира.

— Я... — голос подвел Аннабет.

Обычно она была уверенным в себе человеком. Когда она имела дело с обычными смертными, то зачастую довольно улыбалась, словно намекая на то, что обладает секретным знанием. Она понимала мир богов и монстров. Смертные не имели об этом ни малейшего понятия. Даже среди других полубогов Аннабет почти всегда оказывалась самым опытным ветераном. Она совершила множество подвигов, о которых остальным героям остается только мечтать, и выжила.

А теперь, глядя на вихрящиеся занавесы цветов, Аннабет вновь почувствовала себя шестилетним ребенком, только что узнавшим, насколько ужасен и опасен реальный мир на самом деле. Она тяжело плюхнулась на песок.

— Не знаю, что и думать.

— А ты и не думай, — посоветовала Сейди. — Дыши. Твои глаза привыкнут. Это похоже на плавание. Если ты дашь волю своему телу, то инстинкты подскажут тебе, что делать. Запаникуешь — тут же утонешь.

Аннабет постаралась расслабиться. Она начала различать узоры в воздухе: течения, плывущие между слоями реальности, ветреные следы магии, дымящиеся с машин и зданий. Место аварии поезда светилось зеленым. У Сейди была золотистая аура с туманными шлейфами позади, которые чем-то напоминали крылья. Там, где лежала собака, земля тлела, словно затухающие угли. От этого места змеились багровые щупальца, следуя по тому направлению, в котором ушел монстр.

Аннабет сфокусировалась на заброшенном квартирном доме, и ее пульс участился в два раза. Внутри башня горела красным — свет просачивался сквозь заколоченные окна, лучился из трещин в осыпающихся стенах. Над зданием вихрились темные облака, и туда слеталось все больше щупалец красной энергии, словно их манила к себе какая-то невидимая воронка.

Эта сцена напомнила Аннабет о Харибде, поглощающей водоворотом воду и корабли. Она однажды встретилась с ней в Море Чудовищ. Воспоминание не из приятных.

— Тот квартирный дом, — сказала она. — Отовсюду притягивает к себе красный свет.

— Таки-да, — подтвердила Сейди. — Египетские маги считают красный цвет дурным знаком. Он означает зло и хаос.

— Так вот куда направилась собака, — догадалась Аннабет. — Она хочет слиться с остальными частями скипетра...

— И, держу пари, отыскать своего хозяина.

Аннабет знала, что должна была подняться. Им следовало поспешить. Но, глядя на вихрящиеся слои магии, она боялась и пальцем пошевелить. Ей понадобилось множество лет, чтобы изучить Туман — магическую границу, разделяющую мир смертных от мира греческих богов и монстров. Но она никогда не думала о Тумане, как о реальной завесе. Как там Сейди назвала ее... Дуат?

Аннабет задумалась, а не связан ли Туман с Дуатом или, быть может, это вообще одно и то же? Число завес, которое она увидела, было ошеломляющим — словно гобелен, сотканный на одной канве сотни раз. Она боялась встать. Запаникуешь — тут же утонешь.

Сейди протянула ей руку. Ее глаза были полны сочувствия.

— Слушай, я понимаю, впечатлений много, но ничего не изменилось. Ты все та же опытная, владеющая рюкзаком, полубогиня, которой ты всегда и была. А теперь, у тебя еще и замечательный кинжал есть.

Аннабет почувствовала приливающую к лицу кровь. Это она обычно поддерживала боевой дух остальных.

— Да. Да, конечно, — она взяла Сейди за руку и поднялась на ноги. — Пора искать бога.

Здание было окружено сетчатым забором, но им все же удалось протиснуться через щель. После чего их путь лежал через поле, усеянное колючей травой и сломанным бетоном.

Зачарованное вещество на глазах Аннабет, казалось, исчезало. Мир больше не выглядел таким многослойным и калейдоскопическим, но это ее ничуть не печалило. Она не нуждалась в особом видении, чтобы знать, что башня была полна плохой магии.

Вблизи красное зарево в окнах казалось еще более сияющим. Фанера гремела. Кирпичные стены трещали. В воздухе формировались иероглифические птицы и каркасные фигурки, плывущие по направлению к зданию. Создавалось такое впечатление, будто даже граффити на стенах дрожали, как если бы символы, изображенные на них, пытались ожить.

Что бы там ни находилось внутри, Аннабет тянуло к тому месту так же, как ранее тянуло к Крабику.

Она ухватилась за свой новый бронзовый кинжал, понимая, что он слишком маленький и слишком короткий для того, чтобы обеспечить ей равносильную схватку. Но именно поэтому Аннабет и нравились кинжалы: они помогали ей не растерять бдительность. Ребенку Афины никогда не следует полагаться на лезвие, если вместо него он может пустить в ход свое остроумие. Победу в войне одерживает разум, а не грубая сила.

К сожалению, соображалка у Аннабет на тот момент немного хромала.

— Хотелось бы мне знать, с чем именно мы имеем дело, — пробормотала Аннабет, пока они крались к зданию. — Для начала я предпочитаю вооружиться знаниями.

Сейди заворчала.

— Говоришь прямо как мой братец. Скажи мне, часто ли монстры, прежде чем напасть, позволяли тебе роскошь пробить их по google?

— Никогда, — признала Аннабет.

— Ну вот. Картеру только волю дай, так он часами будет копаться в библиотеке, читать про каждого враждебного демона, с которым мы можем столкнуться, помечать самое важное и делать для меня карточки, чтобы я тоже училась. К сожалению, демоны не предупреждают нас перед атакой, да и представиться у них особого желания не возникает.

— И какой у вас стандартный план действий?

— Пробиваться вперед, — ответила Сейди. — Думать по ситуации. Импровизировать. При необходимости разносить врагов на маленькие кусочки.

— Чудесно. Ты бы понравилась моим друзьям.

— Приму это за комплимент. Думаешь, нам в те двери?

Ко входу в подвал вел ряд ступенек. Поперек двери кое-как была прибита доска, вероятно для того, чтобы не пропустить внутрь «любопытных Варвар»; сама дверь была слегка приоткрыта.

Аннабет хотела было предложить Сейди разведать периметр. Она не доверяла легким путям. Однако та не дала ей и слова молвить, побежав вниз по ступенькам и резво проскользнув внутрь.

Аннабет оставалось лишь последовать за ней. Как потом выяснилось, пойди они через любую другую дверь, их ждала бы бесповоротная смерть.

Интерьер тридцатиэтажного здания напоминал собою выемчатую оболочку, в которой кружил водоворот кирпичей, труб, досок и прочего строительного мусора, наряду с пылающими греческими символами, иероглифами и красными неоновыми пучками энергии. Это было одновременно ужасающе и захватывающе — словно кто-то заморозил движение торнадо, осветил его изнутри и выставил данное диво на всеобщий показ.