Чтение онлайн

Нед отвел ее в сторону к деревьям у флагштока, намереваясь поговорить так, чтобы не слышала съемочная группа.

– Они вам доверяют? – спросил он. – Это ваша обычная группа?

– Да. Но они считают, что у них пытаются перехватить работу.

Нед посмотрел в тигровые глаза; лицо ее обрамляли шелковистые светлые волосы. Это был момент честности, а не очарования.

Не улыбаясь, он сказал ей очень тихо:

– Вы помните троянского коня?

– Что вы сказали?

Он подвинулся к ней так близко, что его губы касались ее уха.

– Эпизод с троянским конем помните?

Она искоса взглянула на него. В тигровых глазах застыло сомнение.

– Это что – шутка, полковник?

– В фургонах вооруженные солдаты. Надеюсь, что они не понадобятся. Вы должны иметь это в виду, а съемочной группе расскажите то, во что они поверят.

В ее взгляде теперь читался страх.

– Они будут заперты там целый день? Вот как вы обращаетесь со своими солдатами!

– Это необходимо. По крайней мере мы так считаем.

– Ройс об этом знает?

– Нет. Кроме вас об этом не знает никто.

Она с сомнением перевела взгляд с него на свою команду, издали наблюдавшую за ними, а потом на фургоны, с которыми они повздорили. Джилиан плотно сжала губы, но тем не менее выглядела великолепно.

– Вы можете убрать их подальше от глаз.

– Надо, чтобы они были вблизи от дома. А это что такое? – Еще два фургона медленно въезжали на территорию от главных ворот. На их боках было написано «Ходгкинс и дочь. Традиционные обеды».

– Стой! – крикнул Нед, побежав к первому фургону. Он остановил машину и потребовал, чтобы двое сидящих спереди вышли из нее.

– Документы, пожалуйста.

– Да мы только что их показали.

– Покажите снова.

Фургоны были набиты продуктами, тяжелым оборудованием для кухни и обслуживания гостей. Четыре человека на глазах у Неда выгрузили все, что находилось в фургонах. Они расставили невероятное количество тарелок, подносов, стаканов и бокалов, спиртовок, очагов для подогревания пищи и даже четыре туалетные кабины с надписями «Для мужчин» и «Для женщин». Нед открыл и проверил внутри каждую кабину.

Гарри Ортега, шедший мимо, увидел, как он выходит из кабины для женщин, и с издевкой спросил:

– Кто-нибудь стащил кучу дерьма, полковник?

– Очень смешно, Гарри. Я на некоторое время уеду, но обязательно вернусь к десяти тридцати. Я хочу, чтобы эти четверо немедленно убрались с территории вместе со своими фургонами. Задержи у ворот весь персонал и все машины от «Ходгкинса», пока я не приеду.

– Послушай, я знаю этих парней.

– Это здорово. Но все равно придержи их за воротами, пока я не приеду.

– Ну, я не понимаю, – сказал обеспокоенно Ортега.

– Все ты понимаешь, Гарри. Я только что все тебе объяснил.

Начальник охраны Уинфилда обрадовался.

– Ну, если это приказ, тогда другое дело. О'кей.

– Гарри, ты с каждым разом становишься все лучше.

Нед быстро направился на поиски Джилиан Лэм. Он заметил шапку светлых волос еще издали, а возле нее всю группу, которая, готовясь к съемкам, казалось, забыла об инциденте. Или отложила это.

– Что вы им сказали? – спросил он Джилиан.

– А что я могла им сказать? Все, что эти конкурирующие фургоны ни стали бы делать, мои парни сочли бы за вызов.

– И?

– И я просто попросила их довериться мне. – И улыбнулась.

Нед приложил руку к сердцу.

– Дорогая, даже я доверяю вам.

К десяти часам Макс Гривс и Нед просмотрели уже многие пункты подготовленного Шамуном сводного плана; он состоял из четырех страниц. Хотя Гривс и утверждал, что все предусмотрено, Нед с горечью почувствовал, что никогда уже не придется ему работать с таким толковым человеком, как Шамун, который к тому же почти всегда угадывал его мысли. Гривс, хотя и старательный, не годился ему в подметки.

Может, Бюро и не научило его толком бороться с преступностью, но благодаря ему он усвоил обычную дисциплину, которая теперь не позволяла ему задать вопрос, вертевшийся, как чувствовал Френч, на языке. Они убрали в карманы по экземпляру составленного Шамуном плана, и Нед решил, что был прав, не рассказав ничего о нем Гривсу. Это бы слишком расстроило его. Потом, если когда-нибудь будет «потом», он узнает правду или часть правды.

– Какие сведения дал компьютер о Фаунсе?

– Записей нет.

– Это значит, что мы не сможем достать его фотографию. – Нед взял фуражку и поднялся. – Пошли. Уинфилд слишком долго остается без присмотра.

Зазвонил его телефон.

– Заместитель военного атташе.

– Нед, – начал Ройс Коннел сразу, – я ищу тебя по всему Лондону. Зайди ко мне в кабинет, пожалуйста. Только сейчас же.

– У меня здесь Макс Гривс.

– Хорошо. Зайдите вдвоем. – Ройс повесил трубку.

Когда Нед и фэбээровец вошли в кабинет, Ройс просматривал толстую кипу телексов. Он сидел в сорочке, что было необычно. Нед догадался, что Ройс хочет сохранить свой светлый костюм до приема в Уинфилде в девственной чистоте. Пиджак висел на деревянной вешалке.

– У нас нет до сих пор ясной картины того, что случилось. Понятно, что в Дамаске произошло несколько взрывов. Были ли бомбы установлены на земле или сброшены с воздуха – неизвестно. Убитых в этом районе насчитывается двадцать семь. Все сирийцы, среди них и дети.

– Кого обвиняют в этой акции? Нас?

– Это случилось среди ночи, поэтому все говорят, что ночная бомбежка беззащитного города – фирменный знак США. Это наша манера расправлять плечи, – добавил Ройс с горечью. Но это повлекло за собой волнения: демонстрации, поджог автомашин и зданий. Все эти действия направлены против американцев. Результат – новые жертвы, главным образом сирийцы.