Чтение онлайн

— Меня интересуют только монеты. Давай их.

Я удивленно посмотрел на него.

— Ты что, спятил? Я не могу передавать здесь такие деньги. Надо все сосчитать. Мы поедем и найдем укромный уголок.

И снова в здоровом глазу Лэнгдейла мелькнуло подозрение.

— У тебя деньги точно с собой?

Я похлопал себя по нагрудному карману.

— А что у меня здесь, по-твоему?

Он еще некоторое время колебался. Потом посмотрел на двух мужчин у стойки. Те внимательно следили за нами.

— Ладно. Пошли, — сказал он.

Мы сели в мою машину. Я проехал несколько кварталов, свернул на одну боковую улицу, потом на другую, заехал на тротуар и въехал в какую-то темную аллею.

— Это место подойдет, — сказал я мрачно и остановил машину, выключил двигатель и вышел. Лэнгдейл вышел вслед за мной. Внешне я был совершенно спокоен, хотя внутри у меня все кипело от злости. Я не собирался деликатничать с этим шантажистом, мне было необходимо спасать Джин. Она была в руках Андерсона, а этот человек мог сделать все, что угодно.

— Может, нам лучше… — начал Лэнгдейл, но я схватил его за плечо, развернул и нанес удар в переносицу. Он отшатнулся, споткнулся о какой-то камень и рухнул на землю.

В свете подфарников было видно, как на лице Лэнгдейла, который с трудом уселся, отразилось удивление и боль.

— Встать, — сказал я.

— Ты с ума сошел, Дженсон? — простонал он.

— Встать!

Он с трудом поднялся. Я снова ударил его в лицо.

— Что ты делаешь, Дженсон? — бормотал он, морщась от боли и вытирая текущую из носа кровь. Он был испуган и не понимал, почему его бьют. — Перестань, Дженсон. Мне больно.

— Ты знаешь, где Андерсон. Ты собирался навести его на Майера.

— Не бей меня, — простонал Лэнгдейл. — Не бей меня.

— У него сейчас Джин. Ты продал ее Андерсону. Ты увидел ее снимки в газете и навел его. Ты должен знать, где Андерсон.

Мысль о том, что он продал Джин, привела меня в ярость, и я пнул Лэнгдейла.

— Где Андерсон? Мне нужно его найти.

— Ты что-то мне сломал, — плакал он. — Я слышал хруст.

Но я уже очумел. Его стоны только еще сильнее бесили меня. Я приподнял его и снова ударил.

— Где Андерсон? — требовал я.

— Перестань. Ты меня убиваешь.

— Андерсон!

— Ради Бога, не бей. Отпусти меня. Я не знаю.

Я склонился над ним.

— Слушай меня. Ты скажешь, где Андерсон, понял? Ты понял?!

— Я не знаю. Не знаю.

— Ты мне скажешь, иначе я убью тебя.

— Мне больно. Я больше не могу. Я не знаю, где Андерсон.

Меня не оставляла мысль, что, может быть, в эту самую минуту Андерсон убивал Джин. Я опять приподнял Лэнгдейла и ударил. Удар пришелся в висок. Наверное, я зря так сильно его ударил. Теперь он лежал без сознания. Таяло драгоценное время. Дрожащими руками я достал сигарету и закурил. Через некоторое время Лэнгдейл застонал. Я пошел к машине, достал фляжку с бренди, вернулся к Лэнгдейлу и заставил его сделать несколько глотков.

— Ты скажешь мне? — спросил я, убирая фляжку в карман пиджака.

— Ради Бога. Я не могу… У меня что-то сломано… Я…

— Где Андерсон?

— Я не знаю. Ты зря меня мучаешь. Я не знаю, где он.

— Я не шучу, Лэнгдейл. Ты должен мне сказать, иначе я тебя убью.

— Нет, Дженсон, я не знаю.

— Где Андерсон?

Он молчал. Мне не хотелось смотреть на его окровавленное лицо, я пошел к машине и выключил подфарники. В это мгновение Лэнгдейл решил воспользоваться ситуацией и скрыться от меня. Я догнал его, и мы повалились на землю. Я был сверху.

— Ты должен мне сказать, — хрипел я, тяжело дыша. — Не вынуждай меня убивать тебя, Лэнгдейл.

Я уже почти впадал в истерику из-за его глупого упрямства.

— Я… не знаю… Андерсон… — еле прошептал он и снова потерял сознание.

Пот ручьями тек по лицу и заливал мне глаза. И тут я тоже разразился рыданиями отчаяния. Я поднялся, на дрожащих ногах дошел до машины и, тяжело дыша, повалился на нее.

— Будь ты проклят! — сказал я громко.

Немного отдышавшись, я снова склонился над Лэнгдейлом. На этот раз я влил ему почти треть содержимого фляжки и долго хлопал по щекам. Он застонал.

— Послушай, Лэнгдейл.

— О, Господи, — завыл он. — Не надо!

— Говори! Ты должен мне сказать.

— Я не знаю… Оставь меня…

Я понял, что он «сломался».

— Тебе лучше сказать, Лэнгдейл, — продолжал давить я, хотя уже почувствовал облегчение, — иначе мне придется убить тебя.

— Он убьет меня, — заплакал он. — Не заставляй меня говорить. Он убьет меня. Он псих.

— Ты думаешь, я не убью?! Говори, скотина!

— Я скажу… Но он убьет меня.

— Где он? — страшным голосом спросил я.

— Причал Хайсон, — простонал Лэнгдейл. — Там старый склад. Он там…

— Ты поедешь со мной и покажешь.

— Я не могу. Я умираю от боли.

— Можешь. Ты мне все покажешь, гад.

Теперь я уже обращался с ним аккуратно. Я помог ему подняться и сесть в машину, влил в него остатки бренди, и мы поехали.

— Вон тот старый склад, — сказал Лэнгдейл. — Ты должен защитить меня, Дженсон. Он убьет меня.

Я выключил двигатель, полез в «бардачок», достал свой револьвер. Лэнгдейл с закрытыми глазами сидел обессиленный рядом. Я раздумывал. А вдруг он наврал мне. Я уйду, а он исчезнет. Мне ничего не оставалось, как оглушить его рукояткой пистолета. Немного поколебавшись, я положил пистолет на место. Самое лучшее было бы позвонить в полицию, но на это ушло бы много времени, а мне дорога была каждая минута.

Я вышел из машины и направился по узкой темной аллее в сторону заброшенного склада. Дверь была плотно закрыта, окна зарешечены. Сердце мое лихорадочно колотилось, когда я пошел вдоль стены к боковому входу. Там дверь была тоже закрыта изнутри. Я пошел дальше. Каждый мой шаг отзывался громким эхом. Теперь уже я был у заднего входа в склад. Нащупав дверь, я нажал на нее, и она поддалась. Едва я перешагнул порог, как в лицо мне ударил яркий свет фонарика. Я поднял руки, чтобы защитить глаза.