Чтение онлайн

— Расскажите подробнее о сюжете, мне кажется, это важно, — попросил Утенок. — Какова главная цель «темных»?

По словам Офелии, цель врагов — порабощение человечества, а этого можно добиться двумя способами: во-первых, людей можно просто поработить, чисто физически; во-вторых, их можно сделать рабами при помощи идеологии. Во втором случае также есть два варианта: можно внушить веру в непреодолимую силу, господствующую над всеми их поступками и даже мыслями, то есть, создать тоталитарную псевдо-религию; а можно двинуть в массы идею, что высшей ценностью человеческой жизни является получение удовольствия, во всех его видах и формах, а потом использовать эту идею как приманку с рыболовным крючком внутри.

— А на работе вы не тем же самым занимались? — поинтересовался Утенок.

— В принципе, да. Но ведь у нас была другая цель, — Офелия нахмурила брови. — Мы хотели облегчить людям жизнь, дать им помощников для тяжелой работы.

— Все вы, ученые, так говорите, — заметил Фидель. — А по итогам толпы гастов идут в штыковую атаку на мирных жителей.

Офелия едва заметно усмехнулась:

— Вы себя называете мирным жителем, Фидель? Вы ко мне пришли с шестиствольным пулеметом наперевес.

— Вы успели посчитать количество стволов, Офелия?

— Нет, но я с этой моделью косила фрагов в игре. Так что его характеристики мне известны.

— Ну, то игра. Реальность немного другая.

— Не уверена, судя по вашим рассказам.

Рассказы рассказывают рассказчики, пулеметчики косят фрагов из пулеметов, игроманы в игре сталкиваются с летающими нигилистами, и те разрывают их на куски за пару минут. Потому что нигилисты знают, чего они хотят, а игроки играют в игру. Побеждает сила, а не интерес. Если у тебя на кону стоит «The End» в конце игры, ты проигрываешь тому, кто тупо хочет выебать твою бабу и занять твое место субботним вечером на диване перед телевизором с пивом в волосатой руке. И неважно какими словами ты будешь описывать причину своей неудачливости. Для этого есть «рассказчики», им и карты в руки. «The End».

— Что-нибудь еще можете сказать об этой игре? — Фидель достал телефон и посмотрел, сколько было времени. — Какие-нибудь подробности, все такое.

Офелия задумалась, немного помялась, но, наконец, решилась:

— Глупости, конечно, но у меня, то есть, у моей героини в игре, был помощник.

— Да? Интересно. И как его звали?

— Ну, это был не человек. Это был кот. Не совсем кот, а полу-кибернетический, что ли. Это долго объяснять…

— Не так долго, как вам кажется, Офелия, — Фидель потыкал в экран телефона пальцем. — Ага, отлично! Не откроете ли дверь, у вас, кажется, гости. Откройте, откройте, я серьезно.

Девушка пошла в прихожую и открыла дверь. В квартиру деловитой трусцой вбежал черный кот.

— Знакомьтесь, Офелия, это ваш помощник, он же — Ночной Кот, — представил Фидель псевдоморфа. — Ты где шлялся, Котяра?

Ночной Кот посмотрел на Фиделя, как будто понимал, о чем тот говорит. Впрочем, вполне возможно, что так оно и было. Кот мяукнул и уселся на ковре возле спящей Ведьмочки.

Офелия выглядела так, будто к ней в гости пришла мумия Тутанхамона. Вдруг она прошептала, быстро и отчетливо:

— Кодовое слово «щит и меч».

Кот вскочил и рванул к входной двери, а потом зашипел, выгнул спину и поднял хвост пистолетом.

— Господи, это он! — воскликнула девушка. — Кодовое слово «все-на-месте».

Псевдоморф тут же успокоился, неспешной походкой вернулся в комнату и развалился на ковре.

— Интересно, — пробормотал Фидель. — Я, конечно, всегда знал, что жизнь — игра, но, похоже, игровая индустрия перешла на новый уровень реалистичности. Впрочем, кое-что уже прояснилось. Осталось только ответить на один вопрос. Офелия, как вы думаете, почему кое-кто из влиятельных и могущественных людей или сил, как-угодно, так не хотел, чтобы я встретился с вами?

Девушка удивленно посмотрела на него и только молча пожала плечами.

— Может быть, дело в реакторе? — предположила она. — Без меня он не запустится.

— Может быть, — согласился Фидель. — Тогда еще один вопрос. Что вы должны сделать в вашей игре в самое ближайшее время?

— Я должна покинуть Замок и вернуться к своим.

— Одна?

— Нет, с котом.

— Ну, тогда не будем медлить. Вот вам броник, наденьте, — Фидель достал из рюкзака бронежилет и протянул Офелии. — Оружие какое предпочитаете? Пистолет, автомат?

— Оружие у меня есть, — буднично так ответила Офелия.

— И какое, если не секрет?

— Да нет, какой тут секрет. У меня есть мой кот и пузырек аспирина, последний, кстати.

Фидель подошел к Ксении и нежно погладил ее по волосам:

— Вставай, девочка. Самое время немного покуражиться.

ФИДЕЛЬ:

Мы идем назад тем же маршрутом, каким добрались сюда. Мне не по себе снова проходить мимо той детской площадки, но нервы надо держать в узде, нервы мне еще пригодятся. Я звоню Герингу, спрашиваю, все ли там в порядке. Он отвечает, что да, спрашивает, нашли ли мы Офелию. Не нравится мне этот тип, но приходится с ним сотрудничать. Я никогда не доверял федералам, потому что хорошо знал, что при малейшей слабине они сядут тебе на шею или, еще того вероятнее, закроют на пару десятилетий, если ты слишком сильно отсвечиваешь, выделяешься из серой массы, не принимаешь их правила игры, которые они любят менять на ходу, когда чувствуют, что ты достаточно тертый калач, чтобы сделать их на их же поле.

Слава богу, на детской площадке уже никого не было, но моя радость была недолгой, потому что возле реактора, на площадке возле него, стояла толпа гастов, выглядящих так, будто их скроил неумелый портной из обрезков разных тканей. У многих из них не было голов, а вместо них были странные грибообразные выросты, у многих вместо ног были руки и, наоборот, парочка разгуливала на четвереньках с проворностью прирожденных тетраподов. Их было не меньше пары-тройки сотен, при виде нас они зашевелились, точно в предвкушении праздничного момента.

Я остановился и снял с предохранителя пулемет. Блок стволов раскрутился за доли секунды, можно было открывать огонь. Правда, патронов мне хватило бы на десяток миллисекунд огня, не больше.

— Кто это? — спросил я Офелию.

— Это неудачные… Экземпляры, — сказала она. — Это мой народ. Я должна провести их в рай.

— А где у них рай?

— Там, — она показала на биореактор. — Там их рай. Так учит их религия, которую мы им… Навязали.

— Поэтому они с радостью идут на переработку…