Постчеловек
Шрифт:
— Проходим! Не толпимся! Живее!
— Давай-давай, проходим! — подогнал людей конвоир.
Негромко переговаривающиеся люди заполнили небольшую комнатку, напоминающую врачебный кабинет — белый кафельный пол, светлая плитка на стенах… В дальней части комнаты, за толстым стеклом, уткнувшись в мониторы, сидели несколько человек во врачебных халатах.
— Так, стоим молча, ждем и не дергаемся! — грубо процедил конвоир. — Иначе по хребтине огрею! — И выразительно покачал резиновой дубинкой.
Невольные пленники начали переглядываться, чуть слышно возмущаясь, а находящаяся рядом с Костей женщина испуганно ойкнула.
Вперед выступил подслеповатый дедушка, с трудом опирающийся на клюку.
— Что вы с нами… как с говном разговариваете? — с трудом разлепляя слезящиеся глаза, продребезжал он. — Я, между прочим, заслуженный…
Удар!
— Стоять молча! — рявкнул андроид. — Чего непонятно?!
Дедушка схватился за живот и беззвучно рухнул на пол. Кто-то дернулся помочь упавшему.
— Назад! Буду стрелять! — злобно пригрозил конвоир и, откинув дубинку, схватился за автомат. Передернул затвор.
Дернувшийся помочь замер и медленно вернулся в толпу.
Несколько секунд стояла звенящая тишина, а затем до Кости стали доноситься приглушенные голоса:
— Фашисты… скоты… как с животными… ироды! — возмущались люди. Однако на открытый конфликт никто так и не пошел…
Один из врачей за стеклом оторвался от монитора и помахал рукой, привлекая внимание андроида и, когда тот повернулся, показал большой палец: «Начинаем!»
— Выровняться в шеренги! — подобрав дубинку, приказал конвоир и, когда люди с грехом пополам выполнили требование, велел: — Стоять и не шевелиться, начинается дезинфекция!
Костя зажмурился, предполагая, что их обдаст ядовитого цвета жидкостью вроде той, что показывали в некоторых старых фантастических фильмах… однако ничего не происходило. Совсем ничего! Он даже подумал — что-то пошло не так, но…
— Цифровая дезинфекция завершена! — сообщил в громкоговоритель врач-за-стеклом. — Признаков повреждения и заражения не выявлено. Уводи!
— Разбиваемся на группы по десять человек! — скомандовал андроид-конвоир. — Первая группа идет за мной, остальные стоят и ждут дальнейших указаний. Все, кто попадет в первую группу, запомните число — двадцать девять! Это номер вашей группы.
Народ начал суетиться — все почему-то захотели попасть именно в первую группу! Вероятно, полагая, что чем раньше они куда-то пойдут, тем раньше все это закончится!
Костя в первую «десятку» не особо-то и хотел, но и сам не понял, как толпа вынесла его вперед! Вроде только-только спокойно стоял где-то в серединке, а потом раз — и вот он в компании других несчастных идет в обратном направлении!
Навстречу попадались другие группки, одна за одной… Лица людей выражали растерянность и непонимание происходящего. «Их только доставили и ведут на дезинфекцию», — сообразил Костя.
В конце концов, под недовольные окрики конвоира, требовавшего «дать скорости», их впустили на склад. Это было светлое, просторное, и даже в какой-то степени уютное в своей простоте помещение с высокими деревянными стеллажами, забитыми коробками, источающими запах картона и пыли… Перед всем этим «великолепием» расположился одинокий стол с сидящей за ним дородной женщиной. Между столом и стеллажами — наваленные друг на дружку тюки.
— Подходим по одному! — зычно прогорланила кладовщица.
И народ стал послушно подходить. Женщина окидывала каждого невольного пленника, который приближался к ней, изучающим взглядом, после чего стоящий за ее спиной андроид торопливо доставал из тюка одежду и со словами: «Забирай скорей!» кидал вещи к столу.
А люди все прибывали и прибывали, заполняя пространство перед столом и толпясь вокруг. Костя, получив одежду, не глядя свернул ее в один объемный мешок и отошел к стеночке. Там, с трудом найдя более-менее пустой уголочек, распотрошил получившийся «комок», разглядывая, что ему выдала кладовщица. Добыча оказалась хороша: меховая шапка, шерстяная кофта, ватные штаны, телогрейка, теплые ботинки и варежки.
Напялив на себя всю одежду и тут же почувствовав, как начинает мокнуть поясница, Костя так и остался стоять в сторонке, ожидая дальнейших указаний андроида и посматривая на толпу… как вдруг заметил в ней знакомое лицо! Расплывшись в улыбке, радостно позвал:
— Кэтька!
Девушка не услышала. Она куталась в розовый плюшевый плед и слегка тряслась, то ли от холода, то ли от страха.
— Кэт!
Та удивленно захлопала ресницами и закрутила головой, стараясь понять, откуда звучит ее имя. Увидев Костю, кивнула и робко улыбнулась.
Спустя минуты ожидания Кэтька наконец-то получила одежду и подсеменила к другу.
— Котик, я так рада тебя видеть! — побросав шмотки, она буквально повисла у парня на шее. На глазах невольно выступили слезы. — Тебя тоже приволокли сюда, как беспородную шавку?
— Ну, не то, чтобы приволокли… — смущенно приобнимая полуобнаженную — хоть и в пледе — подругу, ответил Костя. — Скорее, я сам пришел. Почти добровольно.
— А меня конкретно приволокли, представляешь? Особенно этот их главный старался, лейтенантишка недоделанный… Ублюдки! Хрупкую девушку… — Кэт возмущенно стукнула Костю кулачком по груди, словно это он был виноват во всех ее страданиях. Затем, чуть подуспокоившись, спросила: — А ты как? Не били?
Яковлев решил не расстраивать Кэтьку рассказами о вполне адекватном капитане Быстряго и лишь пожал плечами:
— Нет, не били. Я пытался выполнять все, что от меня требовали…
— Я тоже, а толку? — вздохнула Кэт. — Не знаешь, зачем мы здесь? Тут столько народу…
— Нет, не знаю. — Костя покачал головой. — Слышал только, что нас вроде как должны куда-то доставить. Видела грузовики? Вот в них, я полагаю, людей куда-то и отвозят.
— Любопытно, — задумалась она и предложила: — Давай держаться вместе?