Чтение онлайн

– И как руководители хозяйств относятся к этому?

Михаил Викторович усмехнулся, из чего я понял, что

сознательность некоторых авторуководнтелен еще не па уровне. Так же как и сознательность отдельных общественников, которые помогают Госавтоинспекции не от души, а по расчету.

– Но уж те, которых, по нашему представлению, освобождают райисполкомы в период жатвы, абсолютно надежны. Чаще всего это - общественники со стажем, а если "первогодки", то уже достаточно обстрелянные.

– А велика ли истинная необходимость держать на трассах людей, которые, в общем-то, решающими правами не располагают?

– Во-первых, не совсем малыми правами они располагают, а во-вторых эффект присутствия. Появление на дорогах людей с жезлами в руках - уже само по себе является фактором сдерживающим. Не имеет значения - в форме человек или просто с нарукавной повязкой. Водитель знает: если за ним заметили нарушение, возмездие непременно последует. В одном случае тут же, в другом - через какой-то срок. Иной раз человек и позволил бы себе лишнее, да... То самое: эффект присутствия.

ПУТИ, КОТОРЫЕ ВЫБИРАЕМ

Во время нашей встречи с Леонидом Митрофановичем Манжосом, начальником Алейской ГАИ, в кабинет вошел Павел Васильевич Чефонов - старший "roc".

– Родионов ждет.

– Пусть заходит.

Рослый, хорошо сложенный паренек вошел в кабинет не то, чтобы стеснительно, но как-то не совсем уверенно. Я наклонился к Михаилу Викторовичу и угадал, почти наверняка: "Новобранец?"

Разговор, который, видимо, являлся заключением предшествовавшей беседы, был кратким и определенным, хотя и устанавливал дальнейший жизненный путь человека.

– Хорошо подумал?
– Взгляд у Манжоса цепкий и требовательный.
– У нас работа - не сахар... "Гражданин, пройдемте" - зто не для ГАИ.

– Еще до демобилизации вес продумал.

Дальше разговор принял чисто служебное направление, из которого мне запомнилось рассуждение Анатолия: "Раз есть среднее образование, надо идти к высшему. Иначе - не логично... Вот насчет института еще не решил. Во всяком случае что-то по профилю".

Ушел оформляться на работу в ГАИ вчерашний солдат, комсомолец, уроженец Алейска Анатолий Родионов. Для него вопрос "кем быть?" решен, оказывается, еще в армии Работать в автоинспекции, получить специальное образование по профилю. Так ему хотелось и такая у него полная возможность.

Ушел Родионов, ушел и Чефонов. Закрылась за ними дверь и разговор наш, шедший до перебива в русле, вдруг затормозился. Спросил я что-то у Михаила Викторовича, он ответил невпопад и вдруг, будто перекликнувшись мысленно с Манжосом, сказал о коротким смешком:

– Вот так, Леонид Митрофанович, все у человека соответственно желанию. Сам пришел, сам выбрал.

А что, может, в этом и наша доля заложена? Доля тех, которые не выбирали?

И опять молчание. То ли грустноватое, то ли чуть приподнятое...

Оно мне очень понятно, это молчание двоих, немолодых уже людей, майора и подполковника милиции. Различны их пути в автоинспекцию: один - бывший тракторист, шофер, механик; другой - инженер, партийный работник. Ни тот ни другой и в мыслях не держали, что придется им надевать милицейскую форму. Но... Одного вызвал секретарь райкома партии, другого - секретарь крайкома. Им не предлагали все взвесить и хорошенько подумать, им обрисовали обстановку и сказали: "Надо!"

Было это в те годы, когда партия укрепляла органы внутренних дел. Как трудились эти люди на новых постах - хорошо или плохо - не им судить. Только одно показательно: если полтора-два десятка лет тому назад в милицию шли работать неохотно, да и общеобразовательны;! уровень приходивших был невысок, то ныне авторитет людей, охраняющих общественный порядок, неизмеримо вырос, и среднее образование (как миним) м) - уже не желательно, а почти непременно для человека, который решил посвятить себя трудному делу.

Да, теперь выбирают. Причем взаимно. Те, которые хотят обосноваться в милицию - работу, а милиция - работников.

И людям, которые в свое время не выбирали, такую перемену, происшедшую при заинтересованном их участии, видеть лестно. Когда личность способствует изменениям к лучшему, стоит ли осуждать ее за то, что она ставит это себе в заслугу? Настоящая жизнь и состоит в том, чтобы человек завоевывал право на гордость.

Только при этом не надо путать понятия. На гордость, не на гордыню.

Вопрос Михаила Викторовича как бы пошатнул ту незримую переборку, которая придавала пашей предшествующей беседе характер несколько натянутый. Я спрашивал, мне отвечали. Без излишних подробностей, тем более - без эмоций. Черт его, этого писателя знает, пооткровенничаешь с ним, а он так разукрасит... Подобную настороженность я частенько примечал в людях, с которыми отношения уже миновали грань знакомства, но еще не подошли к приятельским. Исключения составляют, пожалуй, лишь знакомства железнодорожные.

Вовремя позволил себе Михаил Викторович толику лирики. Леонид Митрофанович отодвинул в сторону толстенный журнал, из КОЕГО на меня обрушивались достоверные данные, налег грудью на скрещенные по ребру столешницы руки и коротко подтвердил:

– А что!
– и тут же ко мне: - Не знаю, интересно вам нет, а когда я в шестьдесят втором пришел инспектором дорнадзора, в районе всего около тысячи автомобилей было. Это - государственных, а личных вообще не было. Штук тридцать-сорок мотоциклов бегали по району... Асфальтированных дорог... ноль целых, ноль десятых километра. В самом Алейске чуть дождь грязь до ушей. А по трассе, особенно на Усть-Калманку, весной и осенью на тракторах только и проезжали. Нас, сотрудников ГАИ, несколько человек. Да и у тех работа только в сухую погоду... На линию едешь, а сам в небо смотришь. Мотоциклы были старенькие, запчастей днем с огнем не найдешь.

– Ну, теперь-то легче стало. Кругом - асфальт, бетон, да и транспорт не тот.

– Насчет транспорта, допустим, он у всех изменился... А насчет легче... Три года назад в районе было сто семьдесят два личных автомобиля. Сейчас более полутора тысяч. Да около шести тысяч мотоциклов. Осенью по району к десяти тысячам транспортных единиц подводит. За десять лет машинный парк вырос вдесятеро, а штат работников - меньше чем втрое.

– Для жалоб у тебя вроде и повода нет, - перебил Горошезский. Транспорта прибавляется, а аварийность стабилизирована.